Эроградстори | Эротический сайт | Игра с интересом. Без сокращений

Игра с интересом. Без сокращений

2019-12-21 20:59:37
Жанры: В попку, По принуждению, Подчинение и унижение, Оплодотворение, Сперма
Оценка 0 Ваша оценка


 

Глава 1. Моя сестрица

 

 

Летние каникулы радовали душу и, как это бывает у студентов, всегда подбирались неожиданно. Все зачеты и экзамены сданы, на ближайшие два месяца у меня, кроме сплошного отдыха на даче и расслабона с друзьями, не намечено никаких планов.

​Окончание первого курса колледжа для меня далось не легко. Конечно колледж, в котором я учился после девятого класса, не институт, но и здесь экзамены ещё никто не отменял. Провалявшись месяц дома с ангиной, на экзамены я выходил с огромными пробелами. Голова отказывалась переваривать удвоенный объем информации, и кроме учебы ни о каких планах на каникулы тогда совсем не думалось. Быть отчисленным жутко не хотелось, и хоть наша группа не представляла особо дружного коллектива, но я уже привык к ней. А переносить экзамены на осень, а потом всё лето думать об этом, было не в моих правилах.

​Но теперь-то всё позади! Мои родители занятые люди, им, конечно, часто бывает не до меня. Я это понимал и не обижался. Одного меня заслать на дачу, они боялись, а поехать вместе со мной, не получалось. Раньше эта головная боль родителей решалась просто - меня отправляли с бабушкой. Вот были чудные деньки! Наш домик стоит чуть обособлено. От других домов его отделяет вечно пылящая просёлочная дорога и длинный ряд кустов старого шиповника. Рассказывали, что шиповник  специально посадили вдоль всей дороги ведущей к полю в пятидесятые годы, но зачем - толком уже не помнили. Так вот, дом стоял в дальнем углу участка, который сзади упирался в речку-переплюйку, мы всегда ее так называли. Летом там было просто отлично. Кругом ни души, тишина, стрекотание кузнечиков, запах свежескошенной травы. Правда, скукотища жуткая, особенно вечером. 

Теперь оставаться стало не с кем, поэтому на дачу ездили не часто. Дом стоял с закрытыми ставнями на заросшем травой участке. Именно так всё выглядело в наш последний приезд.

​Как я уже сказал, каникулы свалились неожиданно и уже в первую неделю я начал изнывать от безделья, зависая в интернете. Родители всегда злились, когда я, по их мнению, занимался ерундой. При этом мне всегда ставилась в пример двоюродная сестра Вика. Кузина или просто сестрица, так называл её я, настойчиво, три года подряд, поступала в медицинскую академию и сейчас закончила там предпоследний пятый курс. По мнению родителей, она точно будет хорошим ответственным специалистом. В свои двадцать шесть лет, Вика уже успела очень выгодно побывать замужем, правда недолго. Их роман был бурным, а брак распался через год. От этого романа ей осталась квартира и автомобиль. История тёмная, но вроде Вика застала мужа бизнесмена с секретаршей. Развод получился быстрым и спокойным, даже вроде они друзьями остались, если конечно бывает дружба между бывшими супругами. По слухам, сестра, после развода загуляла, неделями дома не ночевала, пошла по рукам и даже чуть из академии не вылетела. Но по каким-то причинам резко образумилась и сумела в последний момент взять ситуацию под контроль. Теперь у неё был новый жених, за которого, вроде, она должна скоро выйти замуж. Я разок его видел, на вид ботаник, но говорят перспективный биолог, получивший грант на изучение чего-то там, связанного с излучением.

​Каждый вечер, мне назойливо капали на мозги нотациями, что надо заняться чем-то полезным, например английским, а не сидеть аськаться в интернете целыми днями. Сам же я с нетерпением ждал выходных, чтобы поехать с родителями, как они мне обещали, на дачу.  

​В среду у мамы отмечался День Рождения. Как всегда пришли наши близкие родственники и мамины подруги. Вместе с тёткой, сестрой моей мамы, пришла и Вика. Было шумно, маму поздравляли, дарили подарки. Посидев немного за столом, я ушел в свою комнату поиграть на компьютере. Гонки были в самом разгаре, когда в комнату вошла Вика. При её высоком росте она была великолепно сложена, а ноги будили воображение. Узкая талия выгодно подчёркивала длину ног, а плоский живот сестрицы не давал усомниться в постоянном посещении фитнеса.

-Как дела, Серёженька? -  немного с издевкой спросила она.

Терпеть не могу, когда меня называют Серёженькой. 

-Нормально - пробурчал я, уставившись в монитор.

- Ну что у тебя новенького?

-Да ничего собственно. Каникулы у нас.

С Викой я общался мало, в основном мы пересекались на встречах родни, и общих тем для разговоров, у нас особо не было.

-Оторвись ты от экрана, уж не так часто видимся! - властным голосом произнесла она.

​Поставив игру на паузу и чертыхнувшись про себя, я повернулся. Кузина уже сидела на диване, закинув ногу за ногу, рассматривая меня чуть прищурившись. Её стройные загорелые ноги, как-то сразу притягивали взгляд. В мои семнадцать лет, видя перед собой красивуюженщину, я сразу воспринимал её, как объект эротических грёз. Рассматривая Вику, я невольно испытывал восторг. Пропорциональная грудь соблазнительно выступала из глубокого декольте темного короткого платья, плотно облегавшего тело. Выглядела моя двоюродная сестрица очень дорого и ухоженно, если так можно выразиться о молодой привлекательной женщине. Пышные светлые волосы и утонченные формы лица, с минимумом макияжа, только усиливали это ощущение. Буквально во всём чувствовалось умение произвести впечатление. Она даже сидела держась прямо, не касаясь спиной дивана, отчего её фигура выглядела подчёркнуто сексуально. 

Не спеша, Вика поднялась с дивана, подошла к письменному столу и принялась просматривать кипу журналов небрежно сваленных у окна. Теперь она стояла задом ко мне. Платье так плотно обтягивало все тело, что я видел контуры бюстгальтера и тонкие полоски трусов. Словно почувствовав, что я самым наглым образом разглядываю её точеные ноги, Вика обернулась и, как мне показалось, успела увидеть, куда я пялюсь. Быстро отведя взгляд, я опять повернулся к компьютеру.

- Какие-нибудь фильмы интересные есть посмотреть? 

- Всё, что есть, лежит на полке. Ну и на компе много, - пытаясь справиться с участившимся дыханием, ответил я.

Вика поискала среди дисков стоящих на полке и вынула один без коробки.

-Нет названия, что здесь?

-Да уже не помню, наверно лабуда разная,- соврал я привставая.

-Ага, сейчас посмотрим, что смотрит молодежь. Люблю что-нибудь юмористическое, - и не спрашивая меня, вставила диск в проигрыватель, а потом включила телек.

На широком экране появилась сцена из порнографического фильма. Качество картинки было отменное. Раздались хлюпающие и чавкающие звуки вперемежку со стонами. Я тут же убавил громкость. 

-Так-так значит, научно-популярные фильмы смотрим по половому воспитанию, - весело сказала она. - Нужное дело!

-Да так, было просто...  Дали посмотреть… Не моё, - покраснев, замялся я.

-Ну конечно дали, - холодно улыбнулась она лишь краями губ, обведя меня каким-то манящим, завораживающим взглядом, отчего мне даже стало не по себе.  

В ответ Вике я что-то промямлил про «спрашивать надо» и про «смотреть без спроса». Вика, деланно погрозив мне пальчиком, рассмеялась, и вынув диск, опять подошла к столу, дав тем самым снова мне возможность осматривать свою великолепную фигуру. Мысленно я представил эту красивую и уверенную в себе женщину в просвечивающемся купальнике. Воображение мое все больше распалялось, и я почувствовал, как встал мой член. Мне необычайно захотелось коснуться её длинных стройных ног, аж сердце заколотилось чаще. В этот момент  в комнату вошли моя тётушка и мама. Продолжая уже начатый меж собой разговор, тетя спросила у мамы: 

- А как насчет продуктов и готовки?

- Можно сразу захватить с собой побольше, а уж в случае чего в магазин съездят, он недалеко. Так что ничего страшного, отдохнут и домой сами приедут,  - ответила мама, и уже обращаясь к Вике: - у тебя ведь тоже сейчас каникулы, так может возьмешь нашего оболтуса и съездите отдохнуть на дачу. Сергея одного мы боимся отправить, натворит еще чего, с тобой же другое дело. Кстати и своего жениха прихвати, вместе веселее, если конечно он не против.

Вика, подумав сказала, что идея ей нравиться, недельку она с удовольствием отдохнет на свежем воздухе, а жениха она брать не захотела, со смехом сказав, что хочет побыть без него, он слишком ревнивый. При этом она опять очень странно взглянула в мою сторону, как будто оценивая что-то, но кроме меня этого никто не заметил. Мама заверила, что все будет нормально, а со мной пусть не церемониться. Меня-то как бы никто не спрашивал, но естественно я был не против. Подальше от нотаций родителей, свобода делать, что вздумается, свежесть леса, река - что может быть лучше! Обсудив все вопросы, связанные с предстоящим отдыхом, все вернулись за стол, оставив меня наедине с компьютером и моими мыслями.  

 

Глава 2. Интригующая игра

 

​Следующий день пролетел незаметно. С друзьями, как всегда, я катался на велосипеде в парке, учился бренчать на гитаре, а потом, обрисовал им ситуацию, рассказав, что еду с кузиной на дачу, и выглядит моя сестрица очень даже ничего. Мы поприкалывались на женскую тему, Димон, в шутку, предложил взять у него бинокль, чтобы подсматривать за Викой, а Вовик даже попросил сфотить мою старшую сестрицу в купальнике, когда пойдём на реку, и скинуть ему посмотреть. Они пообещали приехать ко мне среди недели с ночевкой, если предки отпустят. 

В пятницупосле обеда, Вика заехала за мной на своей машине. Вещи я давно собрал, захватил даже маску и ласты. Нетбук с модемом я тоже взял, хоть связь на даче была отвратная. Мама накупила огромную сумку всяких продуктов. Погрузив всё это, мы выехали. Я слушал музыку, Вика с разговорами не приставала, вела автомобиль уверенно, и к вечеру, сделав две остановки, мы благополучно доехали.

​Уже начало смеркаться, когда справившись с древним замком мы ввалились в дом. Вика тут же принялась расставлять все по местам и убираться, а я пошел открывать ставни и таскать воду из колодца. Насос почему-то не был подключен, так что пришлось доставать воду вручную, крутя скрипящую ручку. Мутноватая вода годилась только для мытья полов, да для заполнения пустых бочек в огороде. В доме после уборки стало сразу уютно. Помыкавшись с насосом, мне удалось его включить и прокачать воду. Провозившись со всеми делами до самой ночи, мы так устали, что даже полностью не стали разбирать вещи в сумках, отложив это на завтра. Заняв две комнаты в доме, я и Вика разбрелись спать, каждый к себе. 

​Проснувшись, я долго ленился вставать, и лишь услышав, как шумит льющаяся вода,  вышел на крыльцо. Вика чистила картошку напротив умывальника. Чувствовалось, что под её красного цвета майкой ничего не надето. Подойдя умываться, я оказался напротив, склонившейся над столом, сестры. Через вырез майки были видны упругие крепкие груди, чуть подрагивающие при движении рук. От такого вида дух перехватывало. Поинтересовавшись, как спалось и, вальяжно посмотрев на меня, Вика, как-то загадочно улыбаясь подмигнула.

​Позавтракав, я разложил из сумок все привезенные вещи в большом резном шкафу и тумбе возле окна. Маленький телевизор решено было поставить в большой комнате. Большой её называли условно. Все комнаты, их четыре, примерно одинаковые, разве, что Викина поменьше всех, но с самой большой двуспальной кроватью. Большая комната служила гостиной, в ней находился обеденный стол и сервант с посудой, а еще диван, два кресла напротив друг друга и невысокий длинный журнальный столик между ними. Стену украшал здоровенный, но совершенно бестолковый прошлогодний календарь с девицами в купальниках, который Вика разыскала в сарае. После вчерашней уборки гостиная выглядела очень уютно. Телевизор я разместил напротив дивана, специально притащив для этого из чулана табуретку. Антенной заниматься было неохота, и я пообещал Вике, что обязательно всё доделаю вечером. До обеда мы полностью привели дом в порядок. Отдых начинался!

​Жарко и душно. На небе еле двигаются редкие кучевые облака. Ветерок изредка тормошит верхушки деревьев на опушке леса. Послеполуденное солнце припекало. На мое предложение пойти купаться Вика сразу согласилась. Речка протекала прямо за нашим огородом. Кругом вымахала высокая трава. Не дожидаясь кузину, быстро переодевшись, я взял пляжное покрывало, полотенце и побежал к реке. Предварительно вытоптав в траве место для загорания, я постелил огромное покрывало. Через некоторое время пришла Вика. Я уже лежал, нежась на солнышке. Сняв с себя платье, она осталась в узеньком купальнике бикини. О, это было шикарно. Спелые налитые груди готовы были выпрыгнуть из верхней половины купальника, плоский без единой складочки живот, длинные стройные ноги - все как в эротических фильмах. Кузина не спешила идти купаться. Походив вдоль берега, она легла рядом со мной. К этому времени я возбудился настолько, что перевернулся на живот, чтобы она не увидела восстание в моих плавках. Я старательно делал вид, что не обращаю на её присутствие ни малейшего внимания.

- Давай в картишки чтоль играть, я захватила с собой, - предложила она. – Может в дурака? 

- В дурака, - согласился я, встретившись с ней взглядом. - Только не подглядывать.

- За кем не подглядывать, мы же здесь одни, – глядя прямо мне в глаза, произнесла она. В её словах проскакивала двусмысленность.

- Карты имею ввиду, - отводя взгляд промямлил я, чувствуя себя не в своей тарелке.

- Ах карты… - поправляя купальник протянула она. – Тогда на что играем?  

- Кто проигрывает, тот лезет в воду, - бухнул я первое, что пришло на ум.

Вика, пожав плечами, согласно кивнула. Играла она хорошо, все время подкидывая мне карты. Отбиваясь чем мог я набрал кучу взяток и, в конце концов, проиграл. Вика тут же, не дав опомнится, потащила меня к берегу. Плавки по предательски отчетливо вздыбились в причинном месте. Чтобы Вика этого не заметила, я специально сгибался. Не сопротивляясь, я поскорей залез в воду. Конечно, Вика всё поняла. Холодная вода подействовала успокаивающе. Сестра некоторое время стояла и наблюдала за мной на берегу. Хотя речушка была не широкой, но течение имела быстрое. Если доплыть до середины то приходилось хорошо грести, чтобы течение не сносило на водоросли.

Основательно устав от борьбы с течением я вылез из воды, когда Вика уже опять загорала. Её голова повернулась в мою сторону, но темные очки от солнца не давали возможность понять, куда она смотрит. 

- Оботрись, вода холодновата. Коня застудишь, - Вика прыснула от смеха, смущая меня ещё больше.

Полежав некоторое время на солнышке и почти высохнув я, теперь уже сам, предложил отыграться.

- Какой ты азартный. На что играем? – откликнулась она.

Глядя на ее аппетитные бедра, меня так и подмывало сказать - на раздевание. Но предложить это взрослой женщине, к тому же кузине, всё же не хватило духа.

-На то же давай, ну кто проиграет, в воду залезает.

-Не интересно, - сразу, как будто предвидя это предложение, ответила Вика и подняв солнцезащитные очки одарила меня оценивающим долгим взглядом, после чего добавила, - мы ведь не дети воды бояться, давай предложи что-нибудь попикантней.  

- Не знаю тогда, - опять замешкался я.

- Придумала, - Вика уселась на покрывале. - Будем на желания играть. Согласен?

Новое условие меня заинтересовало, и Вика разъяснила, что сколько карт остаётся, столько и желаний надо выполнять. Я чувствовал какой то подвох, но глядя на кузину просто млел. Согласно кивнув, я раздал карты. На этот раз удача меня не оставила. Вика, как специально, проиграла, оставшись с двумя картами.

- У тебя есть два желания, - напомнила она. - Так, что дерзай.

В голову абсолютно ничего не лезло. 

- Смелее, ну...

Решив, была не была, и боясь вдруг Вика накричит на меня или пожалуется родителям, я специально безразлично произнес:

- Искупайся без… - я хотел сказать, без купальника, но от собственной дерзости запнулся, и пробубнил, что-то невнятное про лифчик, потом замолк и уже не решился продолжить.  

Кузина странно посмотрела на меня.

- Без бюстгальтера? Ты это что ли имел в виду? – как-то недоуменно уточнила она, наверно так поняв мой бубнёж.

- Вот-вот, без бюстгальтера, - быстро подтвердил я, своё желание. – Забыл, как эти треугольнички с завязками называются правильно…

Сестрица ничего не сказала, и всё также сидя, завела руки за шею, чтобы развязать бантик верёвочки бикини, но в последний момент, словно её что-то вспугнуло, замерла в нерешительности.

- Только это снять? – вдруг засомневалась она. 

У меня буквально комок к горлу подошёл от волнения. 

- Просто искупаться топлесс? – опять недоверчиво спросила она.

Вика явно тянула время, не зная, как поступить, и будто боясь быть увиденной, несколько раз огляделась по сторонам. 

- Это и есть твоё первое желание?

- Ну, не хочешь не снимай. Ты же сама предложила на желания сыграть… - замялся я. - Нет тут никого кроме нас. 

- Да хоть бы и был кто, я никого и не стесняюсь, - фыркнула она.

Я уже думал, что она так и не покажет мне свою шикарную грудь, но немного поколебавшись, она грациозно поднявшись с покрывала, виляя точёными бедрами, направилась к реке. Я понял, сейчас будет нечто интересное, и не ошибся. Остановившись у кромки воды, она повернувшись ко мне в пол оборота, стала медленно снимать верх бикини. Я не верил своим глазам. Сняв верх от купальника, Вика, полностью повернулась и бросила его мне. Скрывая глаза за темными очками, закинув руки за голову, она демонстрировала свои высокие, великолепной формы, спелые груди. Тонкая талия и стройные ноги усилили эффект от увиденного. Сердце бешено колотилось. Вика смотрелась, как модель в эротическом журнале. Затем она повернулась и зашла в воду. Я переваривал просмотренное. Чего скрывать, иногда я с друзьями подглядывал за девчонками в женской раздевалке, но это ни в какое сравнение не шло с тем, что видел сейчас. 

​Немного поплавав, она, как ни в чем не бывало, выйдя из воды, вытерлась, стоя рядом со мной, и не надевая верх бикини, легла загорать. Чувствовалось, ее недовольство, что я заметил, как она тянула время и смущалась. Я же сделал вид, что не произошло ничего не обычного, искоса кидая взгляды на её красивое соблазнительное тело. Потом она перевернулась на живот и попросила натереть её кремом. Я и не думал отказываться, старательно втирая крем в её бархатную кожу.

- Ты что до этого никогда в компании с девушками на обычное раздевание не играл? - неожиданно спросила сестра. 

- Нет, - честно признался я, - а что?

- Зажатый ты какой-то, - задумчиво произнесла она. - Обычно парни облапать норовят и всё такое прочее...

​В недоумении я уставился на безмятежно лежащую старшую сестрицу и не подумав ляпнул:

- А разве можно так? - и тут же стушевался. 

- Как так? - заинтересованная, она повернулась ко мне. 

- Ну это... Трогать...

- Ах трогать, - передразнила игриво она, растягивая слова, но потом серьёзно проговорила: - Когда на раздевание, то пригравший просто вещи с себя снимает, и только. Для малолеток хватает, но гораздо интересней на желания играть, вот как мы сейчас, больше возможностей. Надо только не комплексовать. 

- Понятно... - только и нашёлся, что ответить я, не рискнув узнать про какие возможности она намекает. Мне всё время казалось, что Вика вот-вот опомниться и накричит на меня, поэтому старался не раздражать и не разглядывать полураздетую кузину. 

- Так ты чего-то другого хотел? - невозмутимо проворковала сестра.

- Ничего, просто так спросил, - быстро соврал я. 

- Я и подруга, в позапрошлом году, ездили отдыхать, - томно потягиваясь, ни с того ни с сего начала Вика, когда я уже нахально размазывал крем по её бёдрам, - тоже играли с парнями на желания. Приехала с похабными рисунками и надписями, на животе и интимном месте.

- Где? Да ладно… Прям там?

- Не там прямо конечно, повыше. 

Она кокетливо перевернулась на спину, опять давая возможность моему взору пощупать тёмные бугорки сосков на упругих грудях.

- Вот здесь, - ответила она и чуть приспустила, и без того мало чего закрывающие, узенькие трусики купальника.

Мне на мгновение открылся чисто выбритый светлый треугольник лобка, с ярким пятнышком вытатуированной звёздочки чуть сбоку, а ниже угадывался краешек выпуклых половых губ.   

- Наказали меня так, - возвращая полоску ткани на место, беспечно произнесла она. 

Я быстро вопросительно взглянул в её тёмные очки, и тут же почувствовал, как горят мои щёки. Сердце билось часто часто. Не зная куда смотреть, я в итоге остановился на сосках моей полураздетой кузины. 

- Руками чуть прикрывалась, когда без купальника осталась, - продолжила Вика не обращая внимание, что я беспардонно уставился на её обнаженные груди. – Ну вот и не засчитали мне тогда желание. Взамен него три других выполняла. И ещё надписи мне сделали пастой из хны, ну знаешь наверное, в тюбиках продаётся для рисунков на теле. На животе нарисовали член и стрелочки вниз, ну а там, внизу, написали «трахни меня»… Ну в общем загорать я могла только в закрытом купальнике. Надписи уже дома, через недельку смылись конечно, но сначала через светлый мокрый купальник были заметны. Хорошо, что тогда у меня не было постоянногомужчины. Сейчас, с моим ревнивцем, такое не прокатило бы. Как бы я ему эту живописьобъясняла по приезду?

​Я был буквально шокирован такими откровениями сестры. Некоторое время мы молчали, и мне показалось, что она специально затеяла этот разговор, чтобы проверить мою выдержку. Сидеть возбуждённым с полуголой женщиной требовало терпения. А ей видимо нравилось смотреть на мои мучения.

- Разве отказаться ты не могла? Обязательно надо все желания выполнять?

- Конечно обязательно! Иначе будет не интересно играть. Тем более, я же сама в картишки села играть. Ну а ребятки там серьёзные были.

-А если, например от тебя… Ну не от тебя лично конечно… От проигравшей девушки захотят что-нибудь уж… - я подбирал слова, не зная как на них отреагирует сестра, - типа не совсем приличное, ну там… 

Не дав мне договорить, она хмыкнула и продолжила.

- Это же дело принципа. Нужно или выполнить желание, или уж не играть в такие игры. Тем более неприличных желаний нет, в рамках разумного конечно, никто ведь не зашлёт грабить банк. А вот за неисполнение могут и насильно заставить, и никто заступаться даже не будет. Уж если проиграла, то будь любезна отработать. И поверь, снять бюстгальтер и трусы, это самое безобидное, что можно потребовать от проигравшей!

– Выходит, я тоже тебя раздеть могу? – начал осторожно я.

- Это твоё второе желание такое? Только раздеться и всё? - словно ожидая этого спросила Вика, и увидев мой смущенный кивок, приподнялась, полностью освобождая себя от низа купальника.

Теперь я сидел с абсолютно голой женщиной, глупо пялясь на неё. А она лежала на спине, чуть согнув холёные стройные ноги в коленях, но бёдра были прижаты друг к другу, поэтому всю картину женских прелестей я не видел. Ведь не говорить же ей, чтобы пошире ноги раскинула. Я отвёл взгляд, старательно делая вид, что не удивлён. 

Смотря в сторону реки, я немного успокоился, и продолжая начатый разговор, спросил, особо не надеясь, что она захочет отвечать: 

- Значит и тебя не только раздевали?

- Да уж конечно не только, – чуть помедлив, эмоционально ответила Вика. – Ты только сейчас догадался? Все такие игры обычно принудительным сексом заканчиваются. Нормальная ситуация для взрослой незакомплексованной женщины. 

​Вика интригующе замолкла, а спустя некоторое время кокетливо продолжила: 

- Меня на десерт оставили, а вот моей подруге не повезло, начали с неё и переделали с ней все, что можно и нельзя… Мы, пьяные дуры, вместе тогда проиграли, только карт у нее намного больше осталось. А сколько карт осталось, столько и желаний исполнять. Весь прикол в том, что все это происходило за две недели до её замужества! Поехала отдыхать называется. Эти козлы быстро просекли, что невеста не захочет огласки своих подвигов, и незаметно телефоном снимали, когда она только первый раз разделась, чтобы у нее выбора потом не оставалось. Если бы ты видел, какие желания она выполняла накануне своей свадьбы, то про какое-то дурацкое приличие не спрашивал даже. Надо мной тоже конечно хорошо покуражились, но я хоть предохраняться не забывала, поэтому и не залетела, в отличие от… Ой…

Она прикрыла рот ладонью и скомкала окончание фразы, как будто поняла, что проговорилась.

- От кого в отличии? – быстро переспросил я, стесняясь встречаться с Викой взглядом.

- Как будто ты не понял. Если нас двое было, – сделав выразительную паузу, ответила она.

- Не защищенный секс типа? – сумничал я.

- Ой, не рано ли тебе еще про это, - игриво осведомилась она.

- Да нет, в самый раз, - парировал я не очень уверенно.

- Если тебе интересно могу, конечно, просветить про контрацепцию. Я после развода сначала очень беспечная была в этом плане, но потом жизнь заставила во все нюансы вникнуть.  

Мне было интересно, но сразу продолжать эту тему не стал. Как-то неловко было обсуждать ссобственной раздетой взрослой кузиной такие деликатные вопросы. Казалось, Вика провоцирует меня узнать ещё, что-нибудь приватное, чтобы показать, насколько она может быть раскованной при желании.

- Итак желания закончены, - опять привстав, констатировала она, и добавила ехидно, – это ничего, что я тут просто так голая лежу?

​Я не знал как себя вести. С одной стороны, то что она разделась ещё не значило, что можно нагло рассматривать и трогать её тело, с другой стороны, она ведь сама намекала, что возражать не будет. Понимая, что моё терпение опять проверяют, я, стараясь не выдать волнения, пожал плечами, и предал ей части купальника. 

- Ой, а я думала мне до следующей игры без купальника нужно ходить. Хотела уж просить тебя дома хоть халатик разрешить накинуть, – как-то уж очень притворно разочарованно вымолвила она. - Ну раз ты не против, то я одеваюсь.  

Я чуть не поперхнулся от таких упущенных возможностей, не понимая, серьёзно она говорит, или так шутит. 

​Ветер то и дело налетал на верхушки деревьев, а на небе облаков становилось всё больше и больше. Не удержавшись, я всё же продолжил наш, довольно щекотливый, прерванный разговор.

- Вик, выходит нет стопроцентной защиты, - как можно безразличнее начал я.

- Ага, типа того, - сразу подхватила она. - Я просто, если ситуация позволяет, без презерватива добровольно обычно с незнакомыми не трахаюсь. Кстати со знакомыми тоже, - она зачем-то подмигнула мне. - А подружку, как чёрт попутал, понадеялась на авось. Вообще, о чём думала, овца? Как оказалось потом, она даже не брала с собой ничего типа постинора, для таких вот экстренных случаев, и у меня не спросила. 

- Что такое постинор? – не понял я.

- Да таблеточки это такие. Их уж совсем когда припрёт используют, вредные они до жути. Изнасилование например, или, как у неё получилось, без презерватива трахалась много раз. Только принять надо, как написано в инструкции, не позднее чем через три дня после полового акта, иначе толку не будет. А лучше прямо в первые сутки. Я их с собой на всякий случай возила, – подытожила она. 

- Даже сюда взяла? – спросил я и сам смутился от своего нетактичного вопроса.

- Сюда то зачем, – засмеялась она дружелюбно, ничуть не обижаясь, - ты что, меня насиловать каждый день будешь?

- Не смешно, - покраснел я.

- Сюда и презервативов достаточно. Они у меня всегда в аптечке машины лежат, - доверительно сообщила она. – А ещё там для прикола вагинальное зеркало лежит одноразовое, на техосмотре полицаев этим гинекологическим атрибутом смущаю. Знаешь ведь для чего оно используется?

Я смутно догадывался, про что она спрашивает.

- Его ещё неправильно вагинальный расширитель называют, ну или Speculum, но это по-английски, - начала подсказывать Вика, но видя, как я отмалчиваюсь, спросила серьёзно, – ты что не видел что ли это в порнушке?

Я, всё больше смущаясь, попытался невнятно объяснить, как я представляю использование вагинального зеркала. Вика улыбалась.

- Вот сейчас когда придёшь, в интернете почитай про женскую физиологию. Будешь мне рассказывать, что там у нас женщин, как устроено, и для чего, кроме секса, это нужно. И про методы контрацепции почитай. Прямо так в поиске и набери. 

​Жара спала. Лёжа на покрывале, под уже не пекущим солнышком, мы надолго замолчали. Не знаю о чём думала она, а я не мог отогнать мысли о Вике и о её непонятном откровении со мной. Время шло к вечеру, пора было собираться домой. Вика ушла первой а я, вытряхнув покрывало и забрав сумку, пошёл за ней.

​Домой мы вернулись очень даже вовремя. Всё небо заволокло темными тучами. Ветер, до этого играющий в верхушках деревьев, теперь с неприятным шумом носился по траве, поднимал пыль на дороге. Пришлось выходить закреплять скрипящие ставни. Сразу как-то потемнело. В такую погоду приятно сидеть дома на диване, смотреть телевизор, попивая горячий чай с аппетитным большим бутербродом. Но телек без нормальной антенны не работал. Я злился на себя, что поленился установить ее днем. Пока Вика что-то делала у себя в комнате, я разложил нетбук, вставил модем и вышел в интернет. Медленная связь тупила, тяжелые сайты грузились долго, но почитать, то про что говорила Вика было можно. Я даже на youtube умудрился несколько роликов на гинекологическую тему просмотреть в плохом качестве. Занимательное получилась времяпровождение, я бы даже сказал - возбудительное. В порнухе конечно я многое видел, но в такие подробности никогда не вдавался.

Часика через два, когда уже начало темнеть я, дойдя до внутриматочных спиралей и их видов, решил сходить освежиться. В конце участка, за забором который смотрел на реку, находилась баня. Собой она представляла маленький домик с пристроенным летним душем. Залитая утром в бочку вода за день должна была немного прогреться. Сквозь щели в досках хорошо просматривались освещенные окна дома. Видно было, как Вика из кухни пошла в свою комнату.

​Оставив дверку приоткрытой, я быстро разделся, пустил воду и нырнул под ручейки душа. Вода оказалась не такой уж теплой, как думалось. Бодрящий душ сочетался с прохладой вечера. Все-таки как странно устроен человек вот, казалось бы, и условий нет нормальных по меркам городского жителя и вода не теплая как в квартире, а чувствуешь внутреннее успокоение, даже комфорт своеобразный деревенский.  Наверное, под каждые условия мы сами себе определяем ту степень необходимой цивилизации, которая вписывается в наши представление об этих условиях. Это как весы, одна чаша понятие комфорта, другая среда обитания. Скорее всего, глупо бы смотрелся запорожец с кожаным салоном, так же нелепо было бы видеть новый мерседес с ручным стеклоподъемником. А может и вовсе комфорт это состояние души... Мысли прервались так же неожиданно как начались. Вдруг я почувствовал, что на меня смотрят. В двери стояла Вика с полотенцем на руке. От неожиданности я даже забыл, что стою голый. 

-Ты еще не ополоснулся, давай побыстрей, - произнесла она. - Ах какой ракурс. Да ладно не стесняйся, я не буду смотреть. - Вика отвернулась и прикрыла дверь. Свет проникал только через щели в досках, поэтому полотенце пришлось находить на ощупь.

-Хорошо, только можно было дома меня подождать - пробурчал я. - И вообще, мне наплевать, смотри сколько влезет.

​Мне стало жарко от собственных слов.

- Так может мне войти, чтобы проверить, - ехидно отозвалась Вика. 

Я не знал, как отреагировать на это, но отступать не хотелось. 

- Проверь, если хочешь, - не уверенным голосом произнес я, скорее натягивая брюки.

- Я вся горю от страсти, - игривым голосом ответила она. - Давай уж выходи искуситель. Вечером проверю... Может быть. 

​По голосу было опять совершенно не понятно, шутка ли это или она говорит серьезно.

 

Глава 3. Неожиданное пари

 

​В доме тепло и уютно. По стеклу окна постукивают увесистые капли дождя. Ужин, как это назвала Вика, представлял бутерброды с ветчиной  и нечто зеленое, что Вика замешала в большой чаше полив маслом. Салаты мне никогда особо не нравились, но и выбирать не приходилось. Вика, видя мои муки с салатом, улыбалась.

-Это для потенции хорошо, мужская сила повышается, - сказала она.

-А у меня с этим проблем нет, - парировал я.

-Не сомневаюсь даже, уже наблюдала... - Вика подмигнула мне и прыснула от смеха.

Я старался не подать вида, что понимаю, о чем она говорит. 

-Да расслабься ты, что естественно, то не стыдно. Ладно, если поел то иди в комнату, я тут сама уберу, - добавила она.

​Дождь не прекращался, порывы ветра дергали старые ставни и они противно поскрипывали. Еще раз, попробовав настроить телевизор, я оставил эту затею. Без нормальной выносной антенны все это выглядело как езда на велосипеде без колес. Включив музыку, я уселся в кресло с нетбуком дальше штудировать женскую физиологию и контрацепцию. Высокий напольный торшер освещал только журнальный стол, оставляя комнату в полумраке.

Вика появилась так же неожиданно, как и когда я мылся. Теперь одетая в очень короткий светлый халатик, она выглядела предельно соблазнительно. Загорелые стройные ноги опять начали будить фантазию. Мой взгляд буквально ощупывал её. Я даже отметил, что она немного накрашена. Вика попыталась выжать из телевизора хоть что-то, склонившись над ним, при этом полы халата разошлись, и я видел её стройные ноги до самых полупрозрачных тоненьких белых трусиков. Кузина как будто специально заводила меня, принимая эффектные возбуждающие позы. Через некоторое время, махнув рукой, она присела в кресло, закинув ногу за ногу, при этом полы халатика опять разъехались на бёдрах. Мое возбуждение, как мне показалось, заметила Вика. 

- Серёж, ты чего так меня разглядываешь? Нравлюсь? – кокетливо осведомилась она.

Я не знал, куда деваться от смущения. Умела она поставить меня в неловкое положение своими вопросами. А главное, как ей ответить? 

- Халат у тебя красивый, - начал выкручиваться я, постепенно привыкая к собственной наглости, – и короткий, фигуру хорошо вырисовывает.

- Это пеньюар называется, а не халат, - подхватила она, и опять поставив меня в тупик, заговорщицки понизив голос, спросила: – У меня ещё чёрный облегающий есть, он покороче, хочешь переоденусь? Правда он немного своеобразный…

Я кивнул, и Вика упорхнула к себе, оставив после себя еле различимый парфюмерный аромат. 

Переодевалась она достаточно долго, для того чтобы моё воображение разгулялось, так, что когда Вика вошла, цокая по полу шпильками каблуков босоножек, в полупрозрачном тонюсеньком, облегающем сверху и немного расходящимся лёгким кружевом ниже пояса, чёрном пеньюаре, я даже не удивился, тому, что одет он был на голое тело. Пеньюар оказался настолько короток, что только-только прикрывал промежность, отчего стройные ноги моей сестрицы, выглядели ещё длинней и сексуальней. Сквозь невесомое кружево просматривались выпирающие бугорки тёмных сосков и впадина пупка. А совсем внизу, куда я стеснялся долго смотреть, отчётливо просвечивался светлый треугольник выбритого лобка и ни намёка на трусики. 

- Ну как? – виляя попкой и кружась на месте, спросила Вика. – Эротично?

- Эээ… Очень даже… - пряча взгляд и стараясь не показывать заинтересованность, произнёс я.  

- А как более эротично, в пеньюаре или в нижнем белье, - на полном серьёзе поинтересовалась она, остановившись напротив меня, жеманно поправляя волосы.

- Так я только в купальнике тебя видел, откуда мне знать, - не понимая, куда она клонит, очумело промямлил я.

- Да ты и без купальника даже видел, забыл что ли.

Она демонстративно наложила ладони на просвечивающие через ткань шары грудей и наклонилась ко мне. Потом, загадочно подмигнув, добавила:

– Я вроде ничего не скрывала.  

Я не растерялся и ответил:

- Ну я там не разглядывал особо, ты же недолго лежала, даже не вставала, а потом сразу оделась. 

- Вот те наглость какая, ничего он не видел, - всё ещё покачивая попкой, наигранно округлив глазки, озорно откликнулась она. – Одеться, кстати, ты сам мне разрешил, получается не я виновата, что не успел рассмотреть. Сам упустил возможность. Мог бы хоть на весь день меня обнаженной оставить и рассматривать сколько угодно. Ага, поняла… Это такой тонкий намёк, что я, оставшись без купальника, тебя маленько застеснялась, вот и загорала лёжа по этой причине, так? 

​Я ничего не намекал, и даже не держал в голове мысли про такое, но Вика сама подзуживала к продолжению спора.

- Конечно, стеснялась, раз даже сначала по сторонам оглядывалась.

- Не, ну вот же ты выдумываешь. Оглядывалась, чтобы осмотреться. Чего лишний раз засвечиваться, – воскликнула она, но видимо посчитав, что отговорка не убедительна, добавила: 

- Не воображай, что заставил меня простым раздеванием сгорать от стыда. Ты даже не представляешь на что я способна. 

- Да не переживай ты, - вырвалось у меня, видя как серьёзно Вика относится к нашему спору.

- Это я то переживаю? Ах так! Уси-пуси. Получается мальчик не насмотрелся на голую тётеньку и она же в этом виновата, – задиристо воскликнула Вика и села в кресло напротив. – Может мне опять остаться в чём мать родила, если в карты проиграю? А ты меня разглядишь, наконец хорошенько, а заодно и стеснительность мою проверишь своими желаниями. Что, скажешь, будем на это играть?

Я, сделав вид, что не понял её сарказма, согласно кивнул головой, возбужденно предчувствуя, что из этого может получиться что-то необычное.

- Значит так, если проиграю, то разденусь, и совершенно голой, по всем правилам таких игр, буду выполнять любые твои желания, - на слове любые она сделала ударение, и хищно посмотрев на меня, продолжила: - У тебя будет для этого… - она задумалась, что-то прикидывая в уме. – Два часа… Нет, пусть будет для начала три, чтобы не говорил, что не успел. Я полностью удовлетворю твоё любопытство. Обещаю быть очень послушной натурщицей, без комплексов и тормозов. Согласен или как? 

​Наступила долгая пауза, будто выданная мне на осмысление предложенного испытания. Подвоха вроде не угадывалось, даже наоборот условия показались крайне невыгодными длямоей старшей сестрицы. 

- Ах да, ну а если выиграю… - она поморщила лоб и махнув рукой, мол, с паршивой овцы хоть шерсти клок, - то полезешь антенну вешать и телевизор настраивать.

Она говорила об условиях этой вульгарной игры, как о сущей ерунде, всем своим поведением показывая полную невозмутимость. Даже про себя Вика употребила слово тётенька, а не девушка, лишний раз намекая на нашу разницу в возрасте и тем самым давая понять насколько ей, взрослой женщине, безразлично, в случае проигрыша, побыть голой в присутствие подростка. Видно ей нравилось всячески подчёркивать свою опытность и раскованность, наблюдая мою реакцию на провокационные предложения. Сестрица словно что-то доказывала мне и самой себе, ввязываясь в эту нелепую проверку своей стыдливости.

Теперь уже мне хотелось поставить её в тупик каким-нибудь вызывающим бестактным вопросом. Немного подзадоренный, тем, что она так снисходительно назвала меня мальчиком, я небрежно спросил:

- Даже вагинальное зеркало можно использовать?

Вика, вскинув брови, удивлённо взглянула на меня. Было видно, что она в лёгкомзамешательстве. А я довольный наблюдал, как она будет выкручиваться. 

- Конечно… Я же обещала быть послушной, - тихо подтвердила она, после паузы, хотя в голосе слышались нотки сомнения и недовольства. Она как будто боролась с собой, не желая ответить отрицательно.

- Ты всерьёз считаешь, что мне будет от этого стыдно? – вдруг с циничной усмешкой, воскликнула она запальчиво.  

Я предпочёл не отвечать. Чем ещё больше распалил сестрицу.

- Итак, играем на меня, - нарочито громко и неестественно разнузданно объявила кузина, показушно медленно закинув ногу за ногу, тем самым предоставляя мне возможность видеть её идеальные бедра в полной мере. 

Колоду она взяла с журнального столика, старательно демонстрируя, насколько мало интересуется результатом этой партии. Но, в этот раз, почему-то была заметна её напускная самоуверенность.

Мне жутко хотелось снова увидеть тугие груди своей взрослой сестрицы, ну и если повезёт всё остальное. Вика не спеша перемешивала колоду, томно поглядывая на меня. 

- Раздавай, - выдохнул я.

Она кивнула и начала раздавать карты на журнальный столик, стоящий между нами. Младший козырь был мой, значит мне начинать. Стараясь не смотреть на Вику, я пытался сосредоточиться на игре, но это слабо удавалось. Кузина, похоже, не особо стремилась обыграть меня, явно совершая нелепые преднамеренные промахи. К середине колоды мне удалось собрать четыре сильных козыря, и два раза подряд завалить кузину, подкинув ей кучу карт. Если так дальше пойдет...  У меня аж яйца пульсировали от напряжения. Колода заканчивалась, а Вика тратила свои козырные карты. Она отбивалась, а я всячески заваливал её, подсовывая тузы. Даже последние мои карты не были побиты. Сестрица изменить уже ничего не могла. Она проиграла и у неё остался веер карт! Внутри меня все ликовало.

 

Глава 4. Первые желания

 

​Вика откинулась в кресле и наигранно поджав губки, с любопытством посматривала на меня. При этом она водила пальцем вокруг ямочки пупка, словно демонстрируя свою готовность немедленно скинуть просвечивающий пеньюар.    

-Я полностью в твоём распоряжении. Правила игры на желания надо объяснять? - не глядя на меня спросила сестра как бы невзначай. 

- Да вроде всё понятно, - промямлил тихо я. 

- Хорошо, как знаешь... Время пошло, - дрогнувшим голосом сказала она. – Самой раздеться или меня ты будешь раздевать?

- Лучше ты сама, - внезапно испугавшись, хрипло выразил желание я.

Помедлив, Вика встала с кресла, и включив музыку погромче, отошла на середину комнаты. Повернувшись ко мне в пол оборота, плавно двигаясь в такт музыки, она освободилась от лямки пеньюара, обнажив спелую грудь. То же она проделала и с другой лямкой, приспустив кружевную ткань до самой талии. В полумраке её кожа казалась еще более смуглой, выделялись только треугольники и узенькие полосочки, более светлого цвета от купальника. Затем, грациозно прогнувшись, она медленно по ногам стянула скатанный пеньюар, оставшись совершенно обнаженной. Под музыку Вика провела руками по внутренним сторонам бёдер,открыв взору чисто выбритую промежность, потом по плоскому животу и великолепным тугим грудям. Эффектно разметав волосы по плечам, она, заложила руки за шею, оставшись так стоять на ковре посреди комнаты. И хоть коленки были сомкнуты, между бедер виднелся тонкий просвет, заканчивающийся треугольником в самом верху, а в этом треугольнике отчётливо выделялись половые губы. Её стройные холёные ноги обутые в тонконосые босоножки на каблуке шпильке и гладкий ровный живот переходящий внизу в тщательно выбритый лобок с небольшой, но заметной татуировкой в виде звёздочки, завораживали, а пропорциональное сочетание длины ног, объёма налитых грудей и узости гитарной талии, отлично вписывались в моё представление о фигуристых шикарных красотках из качественных порнофильмов. 

От такого зрелища у меня пересохло во рту и бешено заколотилось сердце. Забыв все, я только пялился во все глаза на голую старшую сестру. Постояв так, она, призывно виляя бёдрами, подошла к своему креслу. 

- Что дальше? – раскованно, спросила она, как будто позировать полностью раздетой было для моей взрослой сестрички в норме вещей.

Облизнув пересохшие губы, я сказал ей раздвинуть ноги и продемонстрировать полностью свои женские прелести теперь вблизи. Вика, как ни пыталась, но не смогла скрыть стыдливой нервозности. На меня сестра избегала смотреть. Видимо, чтобы по её лицу я ничего не заметил, она приблизившись, повернулась задом и расставив ноги, изящно прогнулась вперед. Мне стала видна анальная дырочка и валики половых губ. Замерев в этой позе, Вика левой рукой оперлась о колено ноги, пальцами правой руки немного раздвинула влажные губы своей вагины, выставляя на показ ярко-малиновую пещерку. Подобное мне приходилось видеть только в порно фильмах. Чуть придвинув кресло, я погладил половинки её шикарного зада и как бы невзначай просунул ладонь между загорелых ног. Вика дёрнулась, смущенно обернулась и мне показалось, что покраснела, но ничего не сказала. Скорее всего она не ожидала сразу такой бесцеремонности, поэтому видимо не сдержалась. 

На ощупь кожа была бархатной и упругой, моя ладонь полукругом проскользнула по внутренней арке бёдер, слегка коснувшись мокрых складок раскрытой вагины. Кузина ужепреодолев первоначальную скованность, воспринимала наглое ощупывание своего тела как должное, и только когда я коснулся бугорка клитора, она, вздрогнув, убрала руку, которой раздвигала вагину, но осталась стоять в той же прогнутой позе. Мне стало понятно, что хоть может ей сейчас стыдно, но она постарается скрыть свои чувства, и будет терпеть, ведь сама же предложила такие правила игры. Осторожно раскрыв пальцами влажные бугорки больших губ, моему взору открылись темно красные вытянутые листочки срамных губ. В этот момент Вика, выпрямилась и с раздражением сказала:

- Давай лучше я буду показывать все сама. 

- Застеснялась всё же, –  давя на её самолюбие сказал я, тем самым, как мне казалось, гася проявления недовольства, - а говорила, что…

- Ничего подобного, просто мне самой удобнее открывать то, что у женщин называется влагалищем, - быстро, в замешательстве стала оправдываться Вика, попавшись на мою уловку, а чтобы я не заподозрил ее в излишней скромности, она сама захотела попозировать более откровенно. Стараясь сгладить свой промах, оглядевшись, сестрица предложила использовать для этого длинный и узкий журнальный столик, объяснив, что если она ляжет спиной на него, тосможет пошире раздвинуть бёдра, для удобства демонстрации женских половых органов. 

- Ты же хочешь рассмотреть моё влагалище вблизи? Для тебя же стараюсь, - строго заключила сестрица. 

​Конечно же я хотел. Для вида немного подождав, я, не веря своей удаче, торопливо постелил на журнальный столик брошенный чёрный пеньюар и небрежно предложил Вике лечь. Голая сестра одарила меня манящим взглядом. 

- Мерси, вы очень любезны, молодой человек, - завлекающе произнесла она и вальяжно перекинув ногу через столик, сначала села, а потом, сползая задом к краю, легла спиной на постеленный пеньюар, при этом её загорелые ноги оказались напротив меня. Идеально выбритый лобок сексуально пересекал светлый след треугольника от бикини, а на светлом фоне, чуть левее центра, отчётливо красовалась вытатуированная, ядовито-красная звёздочка, обведенная чёрным жирным кантиком. Татуировка была сделана контрастной и яркой, поэтому хорошо бросалась в глаза даже при плохой освещенности. Кузина проследив куда я внимательно смотрю, почему-то встревожилась и резким невольным движением накрыла татуировку ладонью, будто это был безобразный шрам, который портил внешний вид такой шикарной женщины. Голая сестрица досадливо закусила нижнюю губу, и на сей раз действительно начала краснеть. Мне даже на миг пришла идиотская мысль, что вытатуированная на лобке заметная звезда таит в себе скрытый смысл, который компрометирует мою красавицу сестру, раз она так себя ведёт. Но уже через секунду Вика убрала руку, а я так и не въехал с какой стати моя взрослая кузина внезапно разволновалась. 

- Ты чего? - осторожно спросил я, лишь бы не молчать. 

- Ничего, - буркнула Вика сконфуженно. - Ненавижу эту татуировку. А ты, что подумал? - вопросом на вопрос, уже спокойней, ответила она приподнявшись и пытливо глянув на меня. 

- Зачем тогда тату делала? - не удержал своего любопытства я. 

- Так получилось, - расплывчато ответила Вика, опять ложась. И давая понять, что разговор закончен, нарочито равнодушно, выдала непонятную фразу: - Тебе ведь на мне жениться не предлагают... Вот и не привередничай...

​Размер овального столика не позволял лежать на нем полностью, поэтому свисавшие ноги кузины опирались на пол каблуками босоножек, а край столика находился ровно под тугой попкой моей обворожительной сестры. 

​Приняв удобное положение Вика подложила ладони под свои упругие ягодицы, чуть приподняв их. Затем медленно раздвинула стройные ноги в стороны, при этом валики, прикрывающие вход в пещерку, чуть разошлись, открыв теперь уже набухшие от прилива крови малые половые губы, похожие на пухлые, влажные листочки. Вика лежала, прикрыв глаза. Свет торшера хорошо освещал ее замечательное тело, плавно переходя от промежности к лицу. 

Внезапно мне пришла идея сфотографировать сестру в таком виде. Мой телефон лежал под журнальным столиком так, что не заметно достать его не составило труда. Только когда ярко сверкнула вспышка, Вика все поняла. От моего нахальства, она даже растерялась, а потом испуганно вскочила и требуя стереть фотографию, попыталась выхватить телефон из моих рук.  Телефон я сразу спрятал в карман, напомнив ей при этом, как она сама обещала выполнятьлюбые мои желания и быть очень послушной натурщицей. Сначала она попробовала было возразить, что такие вещи нужно обговаривать заранее, но сама поняла нелепость такой отговорки. Наконец кузина, видимо не желая терять свой имидж ничего не стесняющейся раскованной женщины, с видимым недовольством взяла себя в руки и даже натянуто извинилась. Ей снова пришлось, лежать голой, позируя перед объективом. 

- Только ты потом их сотри, - наигранно сдалась она, хотя в её голосе проскочили металлические нотки уязвлённого самолюбия. Было заметно, что она нервничает. 

​Стирать такие фотки конечно не хотелось, но то, что Вика после будет настаивать сделать это, я не сомневался.

​Вика поправила волосы и еще шире развела ноги. Снимки на экране смотрелись темноватыми, но даже при этом, кузина на них выглядела как модель в порножурнале. Не удержавшись, я положил ладони на спелые полусферы грудей, пропустив между пальцев твердые соски. Мне хотелось касаться всего, что видел. Спускаясь ниже, я провел ладонями по ее подтянутому животу, лобку, остановившись на внутренней части бедер. Склонившись над раскрытой вульвой я испытывал сильнейшее возбуждение смешанное с восторгом. Мой взгляд исследовал каждую складочку этой чудесной влажной щели, стараясь запечатлеть в мозгу мельчайшие детали. Раздетая Вика лежала передо мной, как живое секс пособие только, что прочитанного в интернете, к тому же она очень натурально исполняла роль бесстыжей флегматичной манекенщицы. Весь её показушно-невозмутимый вид говорил, что опытной женщине стесняться своей наготы не пристало. Напускная самоуверенность сестры лишний раз подчёркивала нашу разницу в возрасте, а меня это только заводило. Как будто угадав мои мысли, она максимально раскинула свои согнутые в коленях длинные ноги, а я продолжал свои познавание в области женской физиологии. Проводя пальцем вдоль щели, между ставшими уже темно бардовыми лепестками малых губ, от нижнего их схождения вверх, к клитору и обратно, мне захотелось помять эти сочные мягкие валики, как это видел в порнофильмах. Нагнувшись и очень сильно растянув податливые губки, моему похотливому взору открылось чудесное пурпурного цвета влагалище старшей сестры. Два снимка я сделал с близкого расстояния и на всякий случай скопировал их и всё что снял до этого, из памяти телефона в папку на карте памяти. Вика, свыкшаяся с ролью порнонатурщицы по показу женских гениталий, помогала моим съемкам, безропотно принимая даже самые вызывающие позы. Сказав, что так можно рассмотреть и сфотографировать ещё лучше, она подняла прямые ноги вертикально вверх, поддерживая руками бедра, опять широко развела их ножницами. Поза была необычайно возбуждающе-развратной. Теперь очень хорошо стала видна звездочка ануса.  

Пофотографировав ее и в этой позе, я опять скопировал всё в карту памяти. Получалось, что фотографии оставались и в памяти телефона и на карте памяти. Даже если старшая сестра потом заставит стереть отснятое, то останутся копии. Я делал всё быстро, чтобы Вика не просекла, что фотки дублируются. Даже снимать я старался, как можно быстрее и больше, чтобы было из чего потом выбрать.

Положив ладонь левой руки ей на живот, пальцем правой нежно потеребил светлый бугорок клитора. Вика чуть прогнулась, а живот под ладонью напрягся, я же положив всю ладонь на мокрую промежность, продолжал мелкой вибрацией трех сложенных пальцев теребить, ставшим уже твердым, клитор. Викино дыхание изменилась, став более частым и прерывистым. Я убрал руку. Притягивающая взгляд страстно-бордовая пещерка влагалища чуть раскрылась, приняв округлую форму. Мне захотелось почувствовать как там внутри, поэтому особо не раздумывая, погрузил палец в раскрытое лоно. Вика резко сомкнула ноги и привстала, одаривая меня ледяным недовольным взглядом. Моя рука оказалась плотно зажата между её загорелых бёдер. Пришлось изобразить подобие недовольства и покачать головой, что подействовало на сестру. Она сразу же отпустила руку и нехотя вернулась в прежнее положение.

- Извини, это я от неожиданности... Обычный женский рефлекс на глубокое проникновение во влагалище, - не очень убедительно соврала она, пытаясь улыбнуться.

Я чувствовал, что сейчас действительно могу делать с ней, что угодно. Уверенность, что сестра не будет сопротивляться, подстёгивала проверить это и заодно посмотреть, как далеко можно зайти.

 ​Очень глубоко введя два пальца по нижней поверхности скользкой пещерки, я пошевелил их, а затем, прижимая их к переднему своду, провел вдоль мягкой мокрой стенки влагалища, пока опять не достиг клитора. Затем ввел уже три пальца, надолго задержав их. Кузина лежала покусывая губы, прерывисто дыша, не решаясь протестовать. Я свободной рукой опять достал телефон, поднял руку повыше, фоткая под разными углами эту картину, стараясь при этом, чтобы Викино лицо тоже попадало в кадр. От нахлынувшего возбуждения мне стало жарко. Но, как и до этого, я уже автоматически скопировал фотографии в резервную папку на карте памяти. Сердце бешено колотилось, останавливаться не хотелось. Вид красивой женщины лежащей раздетой в этой сексуальной позе, да ещё так близко, мог свести с ума пожалуй любого. От одного такого зрелища можно было кончить. 

Опять я немного поиграл ее набухшим клитором и проскользнул пальцами в раскрытое лоно, ощутив обволакивающее тепло женской вагины. Когда я задвигал внутри, Вика заерзала попкой на столе и опустила ноги. Весь ее вид говорил, что возбуждена кузина не меньше меня. Неожиданно она сама начала массировать клитор, дыша все чаще и громче, потом напряглась, и задергала низом живота. Я понял, что скоро увижу оргазм моей двадцатишестилетней двоюродной сестрицы. В такт ее движениям я задвигал рукой быстрее. Наконец Вика, громко застонав и конвульсивно сжимая влагалищем мои пальцы, свела колени ног, сильно обхватив при этом влажными бёдрами мою ладонь. Так она, глубоко дыша, пролежала какое то время, а потом освободила мою руку. Валики половых губ ещё не успели сойтись в линию, поэтому между ними была хорошо видна густая прозрачную жидкость, которая выдавливаясь уже начала образовывать длинную свисающую каплю. Вика сложенными пальчиками размазала каплю снизу вверх по губкам, и виновато пожав плечами, сказала:

- Не сдержалась. Вынь из-под меня пеньюар, пока не заляпала.

Она, очень эротично выгнулась, приподняла попку, давая мне возможность вытянуть тонкую кружевную материю, а потом попросила салфетку.

Я испытывал некоторое смущение, когда сестрица, не обращая на меня внимания, вытирала салфеткой промежность. 

- Из меня вытекает всегда обильно после оргазма, - очень спокойно произнесла она, продолжая промакивать тёмные губки вагины, и зачем-то добавила, – особенно от вагинальных противозачаточных средств. 

Мельком бросив взгляд в мою сторону, она монотонным голосом учителя начала разъяснение.

- Когда была замужем, то обычно противозачаточные свечи фарматекса использовала. Вот так вводишь поглубже, - она пошире раздвинула ноги, и показав на себе как это делается, вытерламокрые пальцы скомканной салфеткой, а потом продолжила, - и через пять минут в меня уже спокойно можно кончать. Но сейчас их с собой не брала, есть только презервативы.

Я просто балдел от такой откровенности, не понимая, зачем она это говорит и как вести себя дальше. Она так обыденно рассказывала про совершенно интимные женские тайны, что я чувствовал себя маленьким мальчиком перед опытной в сексе учительницей. А то, что моя сестрица ещё и полулежала передо мной голой, только прибавляло к этому чувству примесь чего-то запретного, чего-то такого, что я не должен нарушать, но нарушаю. К тому же, сознание, что кузина старше меня придавало особую пикантность всему происходящему.  

- Ты ведь сотрёшь фотографии, когда я выполню все твои желания? – вдруг, с нотками сомнения, спросила она.

- Да, конечно, - наврал я.

Вика загадочно посмотрела на меня, и попросила: 

- Серёж, у меня спина затекла. Можно я встану.

- Вставай конечно, - разрешил я, хотя она могла бы и не спрашивать.

- Теперь надеюсь не будешь говорить, что ничего там у меня не видел, или опять что-то не разглядел? – снисходительным тоном человека одержавшего победу, спросила она вставая, а потом, хитро глядя на меня, издевательски добавила, – Какие ещё есть желания, а то может пора аптечку из машины нести…

- Зачем? – не понимая куда она клонит, осведомился я.

Вика сделала удивлённое лицо, посмотрев на меня при этом очень выразительно, потом пожала плечами, отчего налитые груди качнулись и снова затихли, целясь тёмными сосками в мою сторону.

- Так ты же хотел вагинальное зеркало на мне опробовать, - произнесла она нарочито удивлённо, а потом, как будто что-то вспомнив, покачала головой, - ах да, надо по любому идти, там же презервативы. 

Кузина опять выразительно посмотрела на меня, видимо ожидая ответа, и не дождавшись, опустив глаза, проговорила словно оправдываясь:

- Спираль я не ставила, незачем было, да и гормональные контрацептивы не принимаю… Без резинки меня не желательно…

- Какой резинки? – по инерции спросил я, хотя уже начал въезжать, про что она говорит.

- Да я так презерватив назвала, резинка она и есть резинка, - смутилась Вика. – Давай прямо сейчас аптечку из машины принесу, чтобы презервативы под рукой были, ты не против? Только ничего не подумай, можно и без них конечно, я не настаиваю, но пойми и меня…

Она не договорила. Чувствовалось, что в ней идёт внутренняя борьба, и за напускной самоуверенностью якобы свободной от предрассудков женщины, проглядывала тщательно скрываемая неловкость.

- Понимаю… - многозначительно протянул я, лишь бы не молчать. 

 

Глава 5. Всё по-настоящему

 

Всё это время Вика стояла передо мной, не пытаясь прикрыть свою наготу. Выглядела она немного напряженно, словно ожидая какой-то подвох от меня. 

- Кстати, где будем? – спросила кузина, прерывая затянувшуюся паузу.

- Что где? – уже запутавшись в словах, окончательно затупил я.

Вика недоумённо вскинула брови, поправила волосы, и выдавила из себя, как-то стыдливо проглотив первое слово: 

- Трахаться, хотела узнать, где будем… Здесь, на диване, или в моей комнате... Ну короче сам решай, мне всё равно.

Последние слова прозвучали, как будто она подбадривала саму себя. Я обалдело разглядывал её ноги, не решаясь посмотреть в лицо.

Такой быстрый поворот событий меня сильно смутил. Я был совершенно не готов, что так вот запросто мы перейдём к настоящему сексу. Если бы не серьёзность сестры, то я бы подумал, что она так шутит. Но шуткой это точно не было. Вообще мне была не понятна та лёгкость, с которой она воспринимает предстоящий секс. Похоже, для неё это была обязательная часть программы испытания. Тем более она и так сегодня весь вечер голой выполняла мои желания, так что терять ей было особо нечего. А может, я просто не понял с самого начала, что под фразой «выполню любые желания» она сразу предполагала, что нужно будет обязательно переспать со мной, поэтому сейчас она так спокойно говорила об этом. 

- И вот ещё что, - заговорщицки предупредила она, - когда закончим, использованные презервативы в туалет не бросай, если увидят, вопросы ненужные возникнут. Я ведь всё же твоя старшая сестра, хоть и двоюродная. Про инцест слышал?   

Прозвучало это таким будничным тоном, как будто разговор шёл о чём-то обычном и повседневном. Сестрица своим провокационным вопросом снова поставила меня в идиотское положение. Не зная, что говорить и как вести себя дальше, я молча сидел, глядя ей в живот. Пауза слишком затягивалась, я чувствовал, как краснею.

- Неси аптечку, а там посмотрим, - нелепая фраза сама соскочила с моих губ.

Вика согласно кивнула. Судя по выражению лица, она этого ждала.

- Сейчас принесу, - её интонация отчётливо выдала волнение.

Даже не накинув ничего на себя, она, колыхая грудями, прошла в свою комнату, а потом, позвякивая ключами от машины, всё также нагишом вышла во двор. Через полминуты она вернулась, цокая высокими каблучками своих босоножек, как манекенщица плавно и грациозно продефилировав передо мной по комнате с медицинским чемоданчиком в руках, который был гораздо больше стандартной аптечки. Совершенно не обращая внимания на свой вид, Вика вывалила содержимое чемоданчика на журнальный стол. 

Чего там только не лежало. Шприцы, какие то тонкие трубочки, таблетки в коробочках, прокладки, зажимы и пинцеты, а поверх всего лежал прозрачный пакет с вагинальным зеркалом. 

- С прошлой практики осталось, - видя моё любопытство пояснила она, стоя скрестив ноги и целомудренно прикрыв ладонями лобок. 

- Это тоже оттуда? – буркнул я, выуживая из этой кучи распечатанную и немного примятую большую пачку VIZIT на двенадцать презервативов.

​Моя голая сестрица, смущенно улыбнулась, взяла у меня открытую коробочку и подставив под неё ладонь, перевернула. На ладонь выпали смятые бумажки, блестящие обрывки от вскрытых упаковок презервативов и таблетки, видимо случайно туда попавшие.

- Вот чёрт, я думала ещё остались, - разочарованно произнесла она, заглянув во внутрь коробки.

Продолжая досадливо сжимать губы она, как бы раздумывая, бросила пустую коробку на стол и вопросительно глянула на меня. Взгляд был растерянный. Она не знала, как себя вести дальше, я это понял, когда сестра повернулась к окну, скрывая недовольное выражение лица. 

Со спины её талия казалась ещё уже, а замечательные половинки аккуратной попки манили к себе. Не удержавшись, я встал и обнял Вику сзади, лапая при этом её упругие сиськи. Она было дёрнулась, но вырываться не стала, оставшись стоять на месте. Я же действовал более уверенно, чем в первый раз, левой рукой продолжая тискать её грудь, а правой спускаясь по животу всё ниже и ниже, пока ладонь не нырнула в треугольник сжатых бёдер, которые всё женехотя разошлись, открывая доступ к манящему лону. Пробравшись между, восхитительно нежных на ощупь, половых губ, мои пальцы легко скользнули в узкую жаркую щель, но сразу сжавшиеся мышцы влагалища вязко обхватили их, затрудняя движение внутри эластичной вагины. На этот раз сестрице явно не нравилось моё бесцеремонное вторжение, но вслух она ничего так и не сказала, всякий раз напряженно втягивая живот, когда мои пальцы хозяйничали в ней слишком активно. Вдоволь наигравшись с её женскими прелестями, я развернул Вику лицом к себе и как заправский ловелас, прижав к себе, поцеловал в алые накрашенные губки. Мне пришлось немного привстать на носки, потому, что Вика на тонких длинных каблуках была выше меня. Она не сопротивлялась, но и не помогала мне. Просто стояла не двигаясь навытяжку, как живой манекен, оставаясь безучастной к происходящему. Свободно позволяя везде щупать и целовать себя, Вика сдержанно молчала, ожидая окончания этой затянувшейся процедуры. Поцеловав в засос затвердевшие соски на округлых грудях замершей кузины, я оставил её в покое, опять сев в кресло. 

​Сестрица задумчиво отёрла влажные после долгих поцелуев ореолы вокруг сосков,поправила растрёпанные волосы, промокнула ладошкой между ног и двумя пальчиками аккуратно расправила лепестки малых половых губ, а потом словно подбирая слова, холодно произнесла:

- Я обычно против секса без резинки… Только теперь это уже не имеет значение, у меня просто нет выбора. Ты же сейчас меня потащишь трахаться, а я буду обязана выполнить твоё желание.

Теперь она даже не пыталась скрывать свою озабоченность. Однако было видно, что для моей сестры это уже был решенный вопрос, она не оспаривала моё право ставить ей условия, и не отговаривала меня, чего я совершенно не понимал. И вообще она, чуть ли не специально подталкивала меня к сексу, а ведь секс между нами это вроде, как действительно инцест. Только сейчас моральная сторона этого вопроса меня не интересовала, да и кузина похоже на этом не зацикливалась.

- Куда ложиться? Могу обслужить на диване или на моей кровати. Могу стоя, могу… В общем в любой позе могу, хоть на столе меня разложи… - ёрничала она. - Тебе выбирать, моё дело ноги раздвигать… Все виды интимных услуг… Пользуйся, не стесняйся. 

Последнее она сказала с вызовом, прямо глядя мне в глаза. 

- Это ты стесняйся, а мне то что, - парировал я, понимая, что Вика специально ведёт себя так вызывающе, чтобы скрыть свои эмоции.

- Я? – неискренне удивилась она. – Ну уж не дождёшься.

От одной только мысли, что вот так невзначай, моя взрослая сестра, будет сейчас мне  отдаваться по настоящему, становилось не по себе. А обнаженная Вика продолжала стоять, покусывая губы и скрестив руки на груди.

- Ложись на диван, - не глядя в её сторону ответил я, а потом встал и пройдя мимо кузины быстро разложил диванные половинки.

- Только всё должно остаться между нами. И вот ещё, что попросить тебя хотела, - Вика на секунду запнулась, словно не решаясь сказать, - конечно, это только рекомендация, но желательно в меня не кончать. Ладно?

Я так был занят сладкими мыслями о представленной нежданной возможности на этом самом диване поиметь такую шикарную женщину, что не соображая, машинально спросил:

- Почему не в тебя?

- Потому, что залететь могу, - довольно резко ответила она, даже не удостоив меня взглядом.  

Теперь я понял, про что она говорит, но что ответить не знал, поэтому промолчал, жестом показывая, чтобы она ложилась.

-Ты хоть полотенце подстелил бы, протечет ведь, потом пятна останутся, - по деловому, совершенно бесстрастным голосом предложила она, укладываясь. 

​Я достал махровое пляжное полотенце, а Вика приподнявшись, аккуратно подложила его себе под попу, а потом лёжа на спине демонстративно, во всю ширину дивана, развела стройные ноги и со скучающим видом повернула голову к стенке, видимо не желая встречаться со мной взглядом. Подушку она не попросила по той же причине. Во всех её действиях сквозило притворное пренебрежение к тому, чем мы сейчас будем заниматься. Она словно отрабатывала обязательную повинность, хотя скорее всего для неё происходящее выглядело именно так. Наша игра неуклонно переходила в ту стадию, которая непоправимо нарушит наши привычные отношения. Сестра тоже наверное понимала это, поэтому даже я почувствовал её хорошо скрываемое волнение. 

Чтобы немного придать нашей забаве чувственности, ну и заодно показать Вике, что я не такой уж и неопытный юнец, хотя на самом деле это было конечно не так, я начал целовать еёшею и груди, улёгшись между, широко расставленных и согнутых в коленях, ног моей партнёрши. Так продолжалось пару минут, не более, я лежал на ней, мой вставший член тёрся ей о бёдра, но она не реагировала на мои поцелуи и ласки. И только когда я попытался войти в неё, а мой боевой конь пару раз неумело проскакивал мимо цели, Вика нежным движением руки, уверенно направила его в своё услужливое лоно. Старательно насаживая неподвижно лежащую сестру, всякий раз глубоко входя и сразу выходя из неё, я через некоторое время почувствовал, что Вика умело совершает ответные встречные движения, и даже иногда мягко сжимает влагалище, стараясь задержать мой ствол в себе. Так продолжалось какое-то время, и я уже начал опять целовать свою, тихонько постанывающую, старшую сестрицу, как вся идиллия неожиданно прервалась. У меня началось бурное семяизвержение, причём произошло это так стремительно, что всё оказалось в потерявшей бдительность Вике, которая тоже не успела среагировать. Конечно, остатки моего финального выстрела надо бы было излить на её плоский живот, но момент я упустил, да и положение это уже вряд ли спасло. Сейчас подо мной лежала растерянная женщина с полным лоном моей спермы.   

 

Глава 6. Не сдержался

 

Кстати, очень правильно сделала моя многоопытная сестричка, попросив подстелить полотенце. Видимо уже не первый раз она попадала в подобную ситуацию. В любом случае такая продуманная осторожность лишний раз доказывала, что моя очаровательная кузинаматёрая, искушенная в любовных утехах женщина.          

Как только поникший член выскользнул из её влагалища, оттуда буквально выплеснулась полужидкая масса, белёсой кисельной жижей прокладывая путь из приоткрытых половых губ, вниз, через промежность и сжатое колечко сфинктера, к медленно образующейся лужице под попой. Если бы не подложенное полотенце, всё это скользкое месиво оказалось на диване.

​Мы переглянулись, и я, не выдержав Викиного укоризненного взгляда, бодро вскочил, сразу натягивая на себя трусы и футболку. 

- Просила же… - размазывая сочившуюся из неё сперму и еле сдерживаясь, прошипела кузина. 

​Чтобы сгладить возникшую неловкость, я принёс из кухни салфетки, но моя сестра уже приподнявшись на локтях, вытирала между ног краем полотенца. Весь её вид говорил, что она возмущена моим поступком.

 - Ты нарочно так сделал, я знаю. Проверяешь как буду реагировать, да? Чего молчишь? - взвилась она, видимо думая, что я специально кончил в неё, типа из вредности.

- Вик, у меня так получилось, просто не сдержался, - я постарался сгладить обиду сестры.

  ​Судя по поведению, сестрица была в бешенстве. И надо сказать ей это шло. С её лица совсем исчезли мягкость и округлость, скулы выступили сильнее, подбородок как будто заострился. Ее внешность стала более строгой, жесткой и, в каком-то смысле, более эффектной. На меня она не смотрела. Резко присев на диване, моя старшая сестра закинула ногу на ногу и глядя в пространство, словно обдумывая что-то, нервно покачивала босоножку на мысочке. В этом ракурсе, узконосые босоножки без задника и с длиннющими каблуками, на ухоженных ножках моей сестры, выглядели как-то по проститутски. Только сейчас я припомнил, что она не снимала их, когда мы трахались.

- Ну ни фига себе не сдержался, - всё ещё злясь, ответила она, но взяв себя в руки, потом примирительно добавила: - Ладно проехали, сама конечно виновата. Я вообще не ожидала, что пачка будет пустой. Даже не помню, когда все презервативы потратила, а может просто переложила…

Вика нахмурилась, словно вспоминая что-то.

​Постепенно кузина успокоилась. Она перестала раскачивать на кончике мыска босоножку и сняла ногу с ноги, громко цокнув высоким каблуком по полу. Потом, словно опомнившись, Вика широко раздвинула бёдра. Теперь она, держа спину прямо, сидела на краю дивана с расставленными ногами.

- Извини, распсиховалась из-за ерунды, не обращай внимание… - теперь уже Вика старалась сгладить свой выпад. – Только не воображай, что я так уж и испугалась, когда ты кончил в меня. Просто лучше перестраховаться, чем аборт перед свадьбой делать.

- Ты про какую такую свадьбу? – растерялся я.

- Я замуж вообще-то надеюсь в конце лета выйти. Мы заявление хотели через неделю подавать.  Если сейчас от тебя окажусь в положении, то по срокам, прерывать беременность выйдет, как раз перед самой свадьбой. Вдруг, после аборта, что-то по женской части пойдёт не так? Плодное яйцо не полностью выйдет или кровотечение... Вероятность ничтожна, но есть риск засветиться. Вот что, в этом случае, я скажу моему парню с которым трахаюсь всегда с контрацептивами и который точно знает, что моя беременность не от него? Типа, извини дорогой, изменяла тебе вообще не предохраняясь, вот и залетела… Он ревнив до маразма, любой синяк за засос принимает! Да что там синяк, царапину любую замечает. А в постели до жути разборчив и предусмотрителен, уж очень боится, что забеременею незапланированно до свадьбы. Его на работу в Канаду приглашают в следующем году, поэтому нам пока рано детей делать, – доверительным тоном сообщила она, ещё шире раздвигая ноги и призывно отклоняясь назад. – Так, что пользуйся мной осторожней, чтобы у меня потом проблем не было.

​Сперма, из-за которой произошла вся эта заморочка с претензиями, обидами и извинениями, всё ещё предательски продолжала выдавливаться из приоткрытых половых губ сестры, когда она медленно окунула средний палец, на всю длину, во влагалище и так же медленно вытащила, брезгливо рассматривая, как полупрозрачная слизь выступила между раскрытых половых губ. Сделала Вика это явно, чтобы привлечь моё внимание и показать, что вытекло из неё далеко не всё, много осталось внутри. 

- Ты ещё оближи, - попытался пошутить я.

Моя сестра очень серьёзно посмотрела на меня и, не проронив ни слова, сунула измазанный спермой палец в рот. Потом она вытянула губы, как будто обсасывала длинный леденец и медленно вытянула палец изо рта, после чего облизала губы. Всё это время она смотрела на меня, словно ожидая мою реакцию.  

- Фуу… Во ты даёшь, - искренне удивился я. – А ещё так сможешь?

​Вика хмыкнула, опять окунула палец себе во влагалище, поднесла к губам и тщательно обсосала. Делала она это демонстративно в замедленном темпе, причмокивая мокрыми губами. Мне почему-то сразу расхотелось с ней целоваться.

- В интимном плане от меня, ещё что потребуется? – её вопрос прозвучал излишне пошло, как будто она стремилась произвести на меня впечатление своим бесстыдством.

- А ещё раз можно тебя… Ну это… - я замялся, избегая произносить обидное, на мой взгляд, слово.

- Трахнуть? – неприязненно завершила мою фразу Вика, очень свободно и нарочито уверенно озвучив то, что я не решился произнести.

- Да, - подтвердил я.

​Сестра недовольно сжала губы и согласно кивнула, а потом тряхнула головой, равномерно расправляя волосы. Её тонкие черты лица в полумраке казались окаменевшими. Она залезла на диван и встала на четвереньки, прогнув спину, как кошка. Выпяченная попка и раздвинутые точёные ноги словно приглашали войти в неё. Такую позу почему-то называют «встать раком», вспомнилось мне.

Я сразу всё понял и стянув трусы, тут же пристроился к ней сзади. На этот раз мой член легко скользнул в её мокрое лоно. Вика охнула и отработано ловко сделала движение мне навстречу.

Теперь я имел сестрицу не торопясь, растягивая удовольствие. Вика смачно ойкала, когда мой член, хлюпая входил в неё полностью, но я держал сестру за узкую талию, не давая заваливаться вперёд. Мои яйца со шлепком соприкасались с её лобком. Иногда член выскакивал из Викиного влагалища, и оттуда с характерным звуком выходил воздух, попавший во время быстрых фрикций.   

- Не в тебя? – тяжело дыша, спросил для порядка я, в один из таких моментов. 

- Теперь уж, какая разница, - цинично ответила сестра, прижимаясь грудями к дивану, чтобы удобней принять мой выскочивший член.

​Наконец Вика заойкала, припала к дивану и стала судорожно вырываться, пытаясь сползти с моего члена. В её ойканье послышалась какая-то обречённость, наполнившая меня сладостью победы, и в этот момент я разрядился опять в сестрицу.

Чувствовалась усталость, да и всякое возбуждение прошло, хотелось только остаться одному и переварить впечатления сегодняшнего вечера. Скорее всего, похожие чувства испытывала и Вика, которой наверняка тоже хотелось отдохнуть.

- Ну если ты не против, то хватит на сегодня, – измождённо попросила сестра, когда я вытаскивал из неё член. - Я ведь прошла испытание, все желания выполнены, претензий надеюсь нет?

Я кивнул, понимая, что получил от сестрицы и так слишком много.

- Только не думай, что замучил меня сексом, - опять высокомерно взвилась она и осеклась, добавляя уже просительно. – Если ты точно ничего не хочешь от меня, то я одеваюсь. Можно?

- Как хочешь, - миролюбиво отозвался я, не зная, серьёзно ли она просит у меня разрешение или так прикалывается. 

Вставая с дивана, она плотно прижала ладонь к промежности, видимо чтобы сперма не капала на пол, потом пренебрежительно фыркнула, и торопливо подхватив чёрный пеньюарсвободной рукой, почти бегом скрылась у себя в комнате, быстро отстукивая высокими каблучками цок-цок-цок по деревянному полу. 

Пока она приводила себя в порядок, я вышел на улицу, подышать свежим ночным воздухом, стараясь ни о чём не думать. Но из головы не выходил её последний вопрос. Почему она спросила разрешение одеваться? Получалось, что без моего формального согласия она так бы и оставалась лежать обнаженной? Я совершенно этого не понимал. Зачем спрашивать если можно взять и просто уйти. Но Вика, тем не менее, спрашивала разрешение, как будто ей надо было показать, что она по-любому выполнит то, что я скажу. И вообще, почему если даже ей что-то не нравилось, она всё равно это выполняла, хотя вполне могла бы и отказаться? Ведь реально её ничего кроме собственных слов, о выполнении любых моих желаний, не держит. Или всё-таки держит? Неужели не хочет, чтобы я принял её отказ за проявление стыда у такой опытной, взрослой женщины? Кстати, подобное толкование многое бы объясняло и возможно было наиболее близко к истине. Именно стыд или испуг она уж точно не хотела бы мне показывать, скрываясь за напускной уверенностью даже во время секса. Хотя с другой стороны, что ей мешало вообще до секса не доводить, ограничившись только раздеванием?

Вопросы возникали, а я пытаясь на них ответить вдруг просёк, что возможно всё гораздо проще. Вначале, действительно она выполняла мои желания потому, что сама же пообещала это делать и не хотела выглядеть проигравшей. Она всячески старалась выказатьмне, свою взрослость и сексуальную раскрепощенность, но потом, на определённом этапе, ко всему этому добавился ещё страх. Да, да, именно страх, что её интимные фотки останутся у меня, или ещё хуже, их кто-нибудь увидит. Вот и получается, что сочетание страха и желания доказать мне свою выдержку, делало её такой сговорчивой и податливой. Даже ещё не известно, что в этом сочетании играло главную роль. Только по любому, она уже не станет афишировать, что испугалась фотографий. Наверняка, всячески продолжит доказывать, что выполняла мои желания потому, что она современная женщина без комплексов, которая не делает из случайного секса проблему.    

Придя к такому заключению, я даже немного обрадовался. Получается Викой можно немного манипулировать в дальнейшем, только надо придумать как. Пока я размышлял, кузина, не проронив ни слова, успела проследовать мимо меня в душ и обратно. Значит прошло не менее пятнадцати минут.

Когда я вернулся, то застал Вику, в светлой футболке, расположившуюся на диване и с интересом рассматривающую свои фотографии в моём телефоне. "Вот чёрт", - подумал я, "лоханулся, оставил телефон без присмотра. Лишь бы не нашла копии". Но судя по всему она открыла фотки через настройки камеры, значит спрятанное на карте памяти, она не видела.

- Компромат лучше уничтожить, побаловались и все, надо соблюдать осторожность, вдруг кто-нибудь увидит, мне же это совсем ни к чему. Правильно? - совершенно обычным голосом, как будто ничего не было, произнесла она, удаляя по очереди все просмотренные снимки.

Я сделал вид, что расстроился, а Вика отложила телефон и удовлетворённо улыбнулась, ни о чём не догадавшись.

- Мне не хочется потом натурой отрабатывать, из-за таких фотографий, – подмигивая мне, кокетливо подытожила Вика.

- Как это? – встрепенулся я.

- Просто, вот как. – Усмехнулась она, и направилась в свою комнату, с видом победительницы.

 

 

Глава 7. Правила и наказания  

 

​ Утро следующего дня опять выдалось солнечным. Проспал я долго, часы показывали половину двенадцатого. Сквозь плотно зашторенные окна в комнату пытался пробраться день. Прослушивалось жужжание шальной мухи, безуспешно таранившей стекло в поисках выхода который, как всегда, был на пару сантиметров в стороне от нее. Вчера я долго не мог заснуть, прокручивая события дня, так и не решив, как теперь вести себя с Викой. Скорее всего, надо делать вид, что ничего не произошло, вдруг она переживает, что переспала со мной. Вот и сейчас проснувшись, я вспомнил вчерашний вечер, задавая себе всё тот же вопрос. Меня смущало, что Вика старше меня, да ещё и моя двоюродная сестра, поэтому секс между нами, как я уже понимал, это не хорошо, хотя угрызений совести совсем не чувствовал, даже наоборот хотелось повторить сексуальные эксперименты со своей старшей сестрицей. Только наверное она будет против. Помнится, она ещё про инцест упоминала, но явно саму Вику это тогда не беспокоило, иначе бы не трахалась со мной. 

Ну ладно, наконец решил я, хватит накручивать самого себя и переживать. Главное фотографии то у меня всё равно остались. Эх, хорошо однако я придумал скопировать их! 

По отсутствию посторонних шумов стало ясно, что дом пуст. Потягиваясь и всячески еще продлевая утреннее валяние в постели, я наконец встал, заглянул в комнату Вики и на кухню, после чего окончательно убедившись, что никого нет, вынул телефон и стал рассматривать вчерашние фотки. На всех снимках Вика демонстрировала себя во всей красе. Жаль конечно я не делал видео. Мечтательно просмотрев фотографии, мне безумно захотелось продолжения.

Понимание, что Вики нет и во дворе, пришло как-то неожиданно, подойдя к окну,  я обнаружил отсутствие её машины. Сначала был испуг, что она обиделась и уехала домой, но быстро пришло уразумение, что если вещи на месте, то скорее всего она просто куда-то отъехала. Поразмыслив ещё, я понял, что не станет она уезжать домой из-за вчерашнего, не в её интересах выносить сор из избы. Да и дуться на меня было не за что. Я же её не неволил, она сама мне вчера всё позволяла, включая и секс. 

Пришлось позвонить ей, чтобы прояснить, что происходит. Вика сразу взяла трубку, бодро сообщив мне, что едет назад из магазина. Голос её был дружелюбен, и мне стало понятно, что она не обижена, значит всё в порядке. От души отлегло.

Получается у меня есть ещё минут десять, пока Вика будет в пути. Надо перекачать вчерашние фотки в нетбук, как раз успею. Сделав это, я опять внимательно, уже на большом экране, просмотрел снимки. Замечательно! Несколько темновато, но видно всё хорошо.

- В магазин съездила, чего-то проснулась рано. Ну и дыра тут у вас, даже аптеки обычной нет. Только на том берегу сказали ближайшая, так туда ехать хрен знает как в объезд, - выкладывая из сумки продукты негодовала она, когда приехала. – Словно в деревне глухой живём. Презики, когда в магазине попросила, продавщица меня за прошмандовку наверное приняла, так смотрела подозрительно, как будто кроме меня здесь никто гандоны не покупал уже несколько лет. 

​На кухонный стол легла прямоугольная пачка презервативов. Поймав мой вопросительный взгляд, она заулыбалась и в обычной своей манере съязвила:

- На чужой каравай рот не раскрывай. Это в автомобильную аптечку. Запас.

​День пролетел незаметно. Мы сходили в лес, а после обеда опять купались и загорали. Вика с наслаждением рассказывала всевозможные анекдоты и с усмешкой наблюдая за мной, при этом делая вид, что вчера ничего не было. Мне жутко хотелось опять потрогать её груди и аппетитную попку, когда она загорала, но Вика сегодня была неприступной, пресекая любую попытку приобнять себя. Она специально, поигрывая со мной, как кошка с мышкой, пользовалась любым предлогом, чтобы показать свою стройную фигуру в открытом купальнике, принимая эротичные позы, но предложение поиграть в какую-нибудь карточную игру не поддержала, высокомерно сказав: 

- Опять на желания, и всё такое прочее, не хочу, а просто так не интересно.

- Ага, испугалась! - попытался раззадорить я её. 

- Чем же ты сегодня меня испугать-то можешь? – насмешливо откликнулась кузина. – Вчера вроде уже пробовал. И что?

- Ах да, у тебя же теперь презервативы есть, - на ходу импровизировал я. – Ты поэтому смелая?

Она небрежно пожала плечами, и возмущённо стрельнув глазами в мою сторону, отрезала:

- Не говори ерунду.

​Потом замолчала, словно что-то обдумывая, но уже через мгновение её словно прорвало:

- Презервативы совсем ни при чём. Вчера же их не оказалось, но от половой близости я не увиливала. Ты ведь пользовался мной, как хотел, верно? Вернее пользовался, как умел, так пожалуй точнее будет. Кстати, мог бы и поинтересней придумывать желания, я бы выполнила, уж поверь, но это теперь не важно. Так вот, заметь, я не отказывалась трахаться без резинки и противозачаточных, хотя в последнее время стараюсь так не делать. А знаешь ли, трахаться совершенно не предохраняясь, в самый залётный период между месячными, не самое разумное занятие, только ещё от тебя не хватало забеременеть. Второй аборт мне сейчас совсем не нужен, одно клеймо уже есть…

​Я изумлённо вытаращился на Вику и она резко примолкла, поняв, что на эмоциях болтанула лишнее, переборщив в запале с откровениями. Но видимо сестра реально сильно на меня разозлилась, и её распирало такое нешуточное негодование, что сорвавшись и перейдя на повышенный тон, уже не могла остановиться:

- Вот не хотела вспоминать, да ты вынудил... Мне, между прочим, уже приходилось исполнять чужие прихоти, и терпеливо подчиняться… После развода, никак не могла спокойно думать, что теперь мой бывший с шалавой какой-то вместо меня живёт, месяц на взводе была, а потомрешила развеяться ну и заодно наставить ему заочно большущие рога. Хоть и задним числом изменить мужу, но все равно ведь приятно. Долго придумывала, как пообидней изменить, ведь просто одноразово переспать с каким-то качком, было бы слишком примитивно и на серьёзную аморалку не тянуло. Наконец знакомая, узнав о моём желании, склонила подать анкету в закрытый slave-клуб для богатеньких и их отпрысков. Когда прошла все проверки и собеседования, стала выходные напропалую там проводить. Увлеклась групповыми секс играми. Глупая была, мстила так мужу бывшему, думала чем изощрённей меня трахают, тем сильнее он заревнует, когда я ему об этом специально расскажу. Так и жила двойной жизнью. Потом вошла во вкус и стала участвовать в экстриме... А дальше меня отдали... Ну не важно. В итогеслучайная беременность и запоздалый мини-аборт на седьмой неделе… Так, что поверь, вчера ты не придумал ничего нового. Все это я уже не один раз проходила. И не надо сейчас выдумывать, что отсутствие презервативов как-то заметно повлияло на моё поведение! - Викавыпустила пар одним дыханием, глядя на меня с превосходством победительницы, потом быстро добавила, словно боясь вопросов:– Конечно, я немного переживала, когда твоя сперма оказалась во мне, и ты это видимо заметил, но я же извинилась, хоть и не была обязана свои чувства полностью скрывать, ты мне таких условий не ставил. Мне надо было просто не стесняясь выполнять твои желания, и я с этим легко справилась. Разве не так?

- Откуда мне знать насколько легко это для тебя было, - вывернулся я, ошеломлённый Викиной тирадой.

- А тут и знать нечего. Легко и без проблем, - произнесла она раздражённо, словно бахвалясь. Потом немного подумав, и видно мне в отместку, заносчиво сообщила: 

- Я почему-то думала ты от меня будешь требовать что-нибудь посерьёзней банального траха. А ведь игра на желания даёт столько возможностей сделать из женщины послушную марионетку для сексуальных забав… Ты, милый, много интересного упустил. Мы ведь, на самом деле, совсем неправильно играли, ты просто не спросил, как можно развлекаться с женщиной в таких играх, и какие желания можно заставлять при этом выполнять, а я не стала углубляться в правила. Ведь ты…  Короче неправильно всё было.

- Что значит неправильно, ты уж Вик договаривай? – удивился я столь резкому интригующему признанию. – А как тогда надо правильно?

​Ответила Вика не сразу. Словно всё ещё не простив меня за реплику про презервативы, она презрительно хмыкнула и долго молчала, поджав губы, а потом, как будто делая мне одолжение медленно нехотя заговорила: 

-  Только если играть по строгим правилам, то можно максимально использовать возможности такой игры. Правила простые – чётко, без лишних эмоций, разговоров и пререканий выполнять, что говорят, а за неподчинение назначаются штрафные наказания. Иными словами за любое нарушение можно и нужно наказывать и это пожалуй самое главное. Поверь, боязнь быть наказанной, подстегивает женщину быть предельно терпеливой и очень-очень услужливой. 

Тебе, дорогой, надо было вчера, с самого начала, специально придумывать такие желания, которые принуждали бы меня к постоянной интимной близости. Отказаться, даже от самого жёсткого секса, которого ты от меня захотел, я бы не имела права. Значит была бы вынуждена подчиняться и помалкивать, стараясь всячески тебе угодить на любовном ложе, чтобы не нарваться на какое-нибудь болезненное наказание, типа введения во влагалище... - она запнулась, стыдливо кинула быстрый взгляд в мою сторону, и каким-то отчужденным ледяным голосом отрезала: - Ладно не важно... Сейчас не об этом... - Потом, замолкнув секунд на десять, словно набираясь решимости открыть тайну, вкрадчиво продолжила говорить: - Только одно дело просто трахаться для удовольствия, и совсем другое, трахаться почти насильно, когда тебя имеют во все дыры и обращаются как с блядью. Проверено, даже тренированная женщина может не выдержать, когда секс превращается в сплошное изнасилование. Помимо уязвлённой гордости, ещё и ощущения неприятные. Иногда трахают специально без смазки, чтобы больнее было... В общем такое издевательство долго не стерпишь. Значит и ты мог вчера превратить моё испытание в настоящее истязание сексом. Конечно я бы постаралась полностью удовлетворить все твои желания, но у каждой женщины есть предел терпения. Поэтому у тебя существовала реальная возможность спровоцировать меня нарушить правила, а заодно отлично покувыркаться со мной в постеле, получив от взрослой хорошо сложенной шлюхи, в которую ты сам меня превратил, всё о чем мечтают сверстники твоего возраста. И мало того, что не каждый парень может вот так запросто, в качестве наказания, безнаказанно изнасиловать, шикарную грудастую тёлку, не неся за это никакой ответственности, но и после изнасилования я бы была обязана вести себя сдержанно, не стесняться случившегося и уж тем более не закатывать истерику, если наказание было не совсем справедливым или излишне строгим, ведь любая повышенная нервозность тоже будет считаться нарушением правил... Вот на таких тонкостях и строится игра, если конечно это можно назвать игрой. Скорее это интересное испытание женских возможностей, дрессировка сочетающая кнут и пряник. Кнут это наказания а пряник... Ладно, тебе пока этого не понять... - Вика, на секунду задумалась. - Я вот грубый анал ненавижу, и всегда на этом попадаю. Ну короче, по правилам нельзя проявлять свой стыд или замешательство, даже если больно или неприятно, а отказ от секса это вообще очень серьёзное нарушение, влекущее неизбежное наказание. Понимаешь?

- Понимаю, но не очень. Зачем вообще нужны эти наказания, если ты и так была обязана мои желания выполнять? – тихо спросил я, представив себе голую Вику, исполняющую самые мои похабные желания.

- Наказания очень даже нужны и они совсем не безобидны. С их помощью можно полностью управлять своей партнёршей, заставляя её делать такое, на что при обычном интиме она никогда бы не решилась. А ещё наказания увеличивают время игры… В общем, игру можно сильно затянуть, если исполнительница желаний попадётся не слишком услужливой или через чур разборчивой. Вот и ты мог бы надолго затянуть нашу игру и не спеша пользоваться мной, получив намного больше, в сексуальном плане, чем пару вчерашних простеньких перепихов, - с нескрываемой самодовольной иронией сообщила сестрица, и подленько скривила губы. 

 

Глава 8. Шокирующие подробности

 

​У меня буквально пересохло во рту. Викины слова заставили вообразить, как бы я использовал вчерашние желания, если бы знал всё, что узнал сейчас.

- Получается за нарушения, не только наказывают, но и время прибавляют? - догадался я. 

- Именно так. Ты бы вчера так быстро соображал. Как ты уже наверное понял, все желания, которые надо исполнять должны быть только из области секса. А вот при наказаниях можно заставлять делать, что угодно. Вот и получается, что за всякое смущение, лишние разговоры и другие нарушения прибавляют дополнительно время, и наказывают, причём очень обидно и больно. Могут влагалище растягивать бутылкой. Могут засос на видном месте оставить или длинную свечку затолкать сам понимаешь куда… - сестра запнулась, словно проговорилась и поморщилась. -  Поначалу, после таких наказаний, ощущения мерзкие, чувствуешь себя использованной... Потом привыкаешь и уже не думаешь про это, стараясь делать без рассуждений, что тебе приказывают. Вообще в плане секса, в такой игре, с женщиной можно проделывать, что угодно, запретов вообще нет. Это основное правило. Например, если играющих много, то я бы была обязана по первому требованию, быстро и молча, отдаваться всякому желающему или обслуживать сразу нескольких партнёров, никаких ограничений не существует. 

- Ты хочешь сказать, что даже со мной смогла бы без ограничений… - робко спросил я. 

- Почему нет?  - вопросом на вопрос хитро ответила Вика.

- Ну ты же старше и всё такое… - сконфуженно уточнил я, намекая на родство. 

- И что из этого? - Кузина сухо улыбнулась, словно вспомнив, что-то интересное. Томно вздохнула и заговорила снова: 

- Я была свидетельницей, как одна моя знакомая, Ирка, кстати та самая которая меня в клуб привела, была вынуждена трахаться со своим младшим братом. Да, да, и не надо морализировать на эту тему. Так, можно сказать, спонтанно вышло, хотя конечно не без моей помощи. Все знали, что у неё есть сводный брат и живут они как кошка с собакой, в постоянной ругани. Случайно, поймав братца подсматривающим за собой, она оттаскала того за волосы. Братец за это тайно вскрыл на её компе переписку, и отслеживал всю её почту, а ещё нашёл у сестры пару пляжных фотографий топлесс и потом пытался мелко шантажировать её этим. Она буквально терпеть не могла своего младшего брата, и он отвечал ей тем же, стараясь везде где можно следить за своей сводной сестрой и искать компромат на неё. 

​Вот поэтому, когда девка, сославшись на молочницу, пропустила обязательный субботний групповой секс, я решила позвонить её брату и без труда выяснила, что прогульщица вчера ушла на свидание и осталась на ночь у своего парня. Это была серьёзная провинность, ведь личная жизнь была под запретом. 

​Припёртая фактами, наша красотка созналась, что влюбилась, вступила в несанкционированную половую связь, и всё к свадьбе идёт. Не понимаю на что она надеялась. Конечно ей запретили даже думать о замужестве. Она должна была порвать все любовные отношения. Заодно мы придумали Ирке отличное наказание. Я снова позвонила её братцу, и надеясь, что тот клюнет на наживку, предложила приехать посмотреть эротические фотографии его взрослой сестры, в конце разговора игриво намекнув, что если он поторопится, то сможет увидеть не только фото. А смотреть реально было на что. Копия Anita Blond, порноактрисса такая была, видел небось. Не шучу, реально очень похожа. Мужики от таких выразительных баб тащатся. Деваха стройная, красивая, тело подтянутое… Короче смазливенькая высокаяблондинка с роскошным крепким бюстом. У нас ведь в клубе был строгий отбор. Принимались только нерожавшие девушки модельной внешности, не состоящие в браке или, как я, разведённые.

​Приехал этот любитель эротики скоренько, и мы, не теряя времени, прошли в смотровую комнату, куда затем привели его старшую сестру. Обычно в этой комнате провинившихся клубных девок, под видом проституток, на выбор, показывали клиентам перед сексом. Предъявляли товар лицом, вернее телом, так сказать. Это довольно издевательский метод наказания... Девушка полностью раздевалась, демонстрируя своё тело, её придирчиво осматривали, а затем, уводили трахаться на всю ночь. Иногда пробно трахались непосредственно в смотровой комнате, большая кровать для этих целей имелась. Никогда женщина заранее не знала, кому её отдадут в сексуальное пользование, и бывало возникали непредвиденные, чертовски неприятные сюрпризы. Я сама так однажды попала. Пришлось заниматься сексом с парнем моей лучшей школьной подруги. Мы хорошо знали друг друга, он даже на моей свадьбе гулял, а подруга свидетельницей была... Типичный мажор, сынок состоятельных родителей... Противный, прилипчивый. И надо же такому невезению случиться, что кто-то ему про наш клуб рассказал. А перед этим, как нарочно, у меня нарушение было, не вспомню уже, то ли опоздала, то ли без разрешения трусики под мини юбкой носила... Не важно... Ввели меня в смотровую комнату, для показа, а там этот... Конечно я его сразу узнала и запаниковала от неожиданности... Даже чуть было назад в коридор не выбежала, но вовремя поняла, что так только себе хуже сделаю, получу дополнительное наказание, а трахаться всё равно придётся. Поэтому взяла себя в руки, немного успокоилась и сделала вид, что мы незнакомы. Как положено встала напротив, не спеша полностью разделась и расставила ноги. Он тоже меня узнал, сначала смутился немного, а потом.., -  Вика провела рукой по воздуху, словно отгоняя неприятное воспоминание и взглянув мне в глаза, серьёзно продолжила: - После развода он ко мне подкатывал с ухаживаниями, но я его резко отшила. Причём он не успокоился и позже опять пробовал романчик со мной закрутить. Только насрать мне было глубоко на его любовный пыл. Ну не нравятся мне наглые мажорчики, не мой типаж. Кто бы мне тогда ляпнул, что сама перед ним ножки раздвину и трахаться лягу, ни за что не поверила, рассмеялась бы и у виска покрутила. 

​А вот пришлось... Не представляешь, что я чувствовала, когда голой стояла перед парнем, любовные ухаживания которого перед этим отвергла. А он сидел, развалившись в кресле, сально разглядывал меня, предвкушая долгую ночь секса, и злорадно улыбался, ликуя от такой неожиданной удачи. И если раньше, я была для него неприступной вершиной, сладкой мечтой, вожделенной женщиной, за интимную близость с которой, он готов был ползая на коленях покрывать страстными поцелуями мои ноги; то сейчас, в один миг, моя репутация с позором рухнула ниже плинтуса; теперь во мне он видел только бывшую в употреблении,  использованную блядь. Хоть красивую и стройную, с хорошими формами, но всего лишь легкодоступную и безотказную блядь! Такое стремительное изменение мнения обо мне, было мерзко и противно сознавать... Но я хорошо научилась контролировать свои эмоции, поэтому никто не заметил моих переживаний. В итоге он поимел меня во все дыры и ушел очень довольный, чего не скажешь обо мне... Хорошо хоть не залетела...

​А что ещё оставалось делать? Отказаться трахаться нельзя, неучтивость проявлять тоже нельзя, разговаривать нельзя, даже в туалет без разрешения нельзя...

​Вика примолкла. Потом видимо вспомнила к чему затеяла этот разговор и опять настырно переключилась на свою знакомую её младшего брата.

- Я это к тому, что нашей красотке, тоже само собой, не говорили, перед кем именно придётся позировать обнаженной. Привели полуголую в комнату и только тогда она своего братца увидела. Сюрприз! У неё аж глаза изумлённо округлились, забеспокоилась, покраснела, но взбрыкивать не стала, видимо надеялась, что до секса не дойдёт. Ни на кого не глядя, молча от бюстгальтера освободилась, трусики по бёдрам вниз спустила, перешагнула через них и не показывая стыда, встала перед своим младшим братцем в выдрессированной позе "ноги врозь, руки за голову". А когда тот достаточно возбудился от зрелища, ему в шутку предложили трахнуть эту стройную голую куклу. Только с обязательным условием – никаких презервативов и кончать только в неё. И если он так сделает, то пообещали, что старшую сестру отдадут ему всексуальное пользование на месяц. Скандальное условие для инцеста, правда?

​По братику было видно, что он хоть и стесняется, но совсем не против, а вот его сестра, вообще-то девица без комплексов и тормозов, услышав, что предстоит при всех перепихнутьсясо своим младшим братом, сильно напряглась и занервничала, а уж когда поняла, что мстительный братец вероятно станет её полноправным хозяином и сможет делать с ней, что захочет, то вовсе приуныла и чуть не разревелась от такой малоприятной перспективы. Она стояла абсолютно обнаженная, опустив взгляд в пол и покусывала губы, стараясь не показывать своего панического состояния. Глядя, что с ней твориться, мы специально стали подливать масла в огонь - начали рассказывать парню, какая замечательная шлюха его красавица сестра. Потом подробно описали, как он сможет наказывать эту шалаву, если той вдруг вздумается показывать характер. Становилось заметно, что пареньку всё больше и больше хочется хорошенько развлечься со своей взрослой сестричкой, но он всё ещё комплексовал, побаиваясь видимо последствий. Пребывая в нерешительности, он вопросительно смотрел, то на меня, то на понуро стоящую голую Ирку, то на остальных присутствующих. Выглядели эти душевные метания забавно. Пришлось настойчиво, по второму кругу, втолковывать этому сопляку, что его старшая сестричка не будет против переспать с ним, а всё происходящее надо воспринимать, как интересную и познавательную порно игру, в которой привлекательная незамужняя женщина, в данном случае его двадцатитрёхлетняя красавица сестричка, обязана старательно обслуживать любого на кого ей укажут, иначе её ждёт особое наказание. Поэтому, - не спеша объясняла я ему дальше,- никаких проблем точно не возникнет, ведь эта длинноногая кукла уже давно не девственница, да и список её половых партнёров перевалил за сотню. Терять-то нечего. Одним членом, побывавшем в её гостеприимном влагалище, будет больше, какая разница, потерпит. А чтобы братец совсем расслабился, я клятвенно заверила, что при любом раскладе, его сестра ничего никому, не расскажет, даже если случайно забеременеет от него.

      ​Представляешь, каково было оголённой красивой женщине слушать такое про себя в присутствии младшего брата, которого совсем недавно дома бранила и хлестала по щекам, всего лишь, за безобидное подглядывание. Мало того, что слушать, так потом ещё и ложиться при всех с ним трахаться по самой полной программе, причём даже не предохраняясь. Уж я хорошо понимаю состояние молодой незамужней женщины, которую обстоятельства вынуждают согласиться на такое. И надо ведь не просто лечь под жаждущего секса юнца, а ещё угодить ему и даже молча стерпеть, когда он оставит в истраханном влагалище изрядную порцию спермы. Я конечно тогда немного офигела, видя, как этот обнаглевший от похоти засранец реально готов залезть на свою старшую сестру, а раздосадованная сестра даже не делает попыток избежать залётного инцеста. Короче, всё получилось само собой, а ведь мы же не собирались по настоящему их спаривать, просто припугнуть немного хотели, взбодрить. Но девка оказалась такой дисциплинированной, что безотказно отдалась своему же брату предателю, изображая, что ебётся совершенно добровольно и это её ни капельки не напрягает. Охала и стонала она тоже правдоподобно, и даже где-то с середины старательно подмахивала, делая непринуждённый вид. Но я то видела, как эта покладистая сучка испуганно замерла, когда младший братец спускал глубоко в неё.

​Зрелище всем понравилось, тем более всегда интересно посмотреть на реальный секс между братом и сестрой. Инцест сейчас в моде, поэтому решили продолжить эту интересную традицию. Почти каждую неделю им устраивали такие весёлые свидания. Она конечно бесилась, это было видно, но сделать ничего не могла, поэтому секс между ними походил на борьбу. Ирина, брезгливо поджав губы демонстрировала своё презрение, а Андрей, так звалиэтого сопляка, в отместку наказывал её из-за малейшей мелочи и нарочно старался кончить в неё. Месяц, обещанный Андрею, почти подходил к завершению. Ирка вела себя примерно, без замечаний трахаясь с братом, и уже казалось, что вот вот её отпустят, но эта дура сама всё испортила. Вышло совершенно по глупому - её увидели в парке с каким-то парнем в обнимку. Я сразу рассказала про это Андрею, а уж он, по Иркиной домашней переписке, выяснил, что сестра продолжает встречаться с парнем из своего института. Любовь типа у них, серьёзные отношения, планы на будущее... Бред. Как будто месяц потерпеть не могла...

​Вика поморщилась, словно от кислятины и замолчала. Молчал и я, ошалев от услышанного. Но моя кузина, ничуть не смущаясь продолжила:

- Только зря она про замужество мечтала... В результате, от всего одного звонка, вся эта любовь-морковь накрылась медным тазом... И мало того, что никакой свадьбы не состоялось, так ещё и сама Ирка, надолго превратилась в порно игрушку для своего младшего брата. А уж сколько здоровья и нервов она угробила, терпя его бесконечные сексуальные издевательства. И всё из-за своей гордыни и желания что-то доказать брату. 

​Мне всегда было интересно, как они общаться смогут в дальнейшем, как в глаза друг другу будут смотреть. Вряд ли Ирка сможет забыть, что вытворял с ней младший братик, и уж точно не простит ему, потерю жениха которого вроде любила. А уж про всё остальное, как заставит себя не вспоминать, даже если замуж выйдет и сможет родить... В чём я сомневаюсь. Хотя это конечно дело не моё…

Всё время, когда я слушал этот монолог, меня не покидало непонятное возбуждение. Вика безучастно разглядывала облака, лёжа на покрывале, оставив меня в полном непонимании, как воспринимать эту пошловатую историю. Что она хотела мне этим сказать? Неужели и с ней можно было так вчера? Сама Вика вроде восхищалась выдержкой девицы, но в то же время осуждала, что сестра спала с братом. Или наоборот не осуждала… Непонятно… А мне то как реагировать?

- Она же реально забеременеть от собственного брата могла! – осторожно проговорил я, нейтральным тоном, чтобы было не понятно моё отношение к инцесту.  

- И что? Можно подумать нельзя прервать беременность от секса с младшим братом. Да запросто. Такой же аборт, в чём проблема? - раздраженно отшила меня Вика явно что-то не договаривая.

- Ты не поняла, - меня покоробила прагматичная циничность Вики. - Я имел в виду, не беременность конкретно от брата, а беременность вообще... Как таковую. Хотя сестре залететь от своего брата нельзя вроде. Даже жениться на родной сестре нельзя... Разве не так?

- Я тебя умоляю... - небрежно отмахнулась от меня кузина. - Её же рожать не заставляли. При сексе между близкими родственниками, детей заводить нежелательно, это ты прав, а залетать... Да сколько угодно... И вообще, о какой женитьбе может идти речь? Ты о чём? Ну а если допустим, провинившуюся клубную девку заставили трахаться с несколькими парнями одновременно, и она случайно забеременела, то кому на ней надо жениться, так по твоему? - ухмыльнулась Вика, и подумав добавила, - Не забывай, Ирка была обязана лечь с кем ей скажут, и не имела права ничего требовать от партнёра по сексу. Хотя слово "требовать" тут конечно совершенно неуместно. Ей не то что требовать, просить-то, и даже просто разговаривать было строго запрещено. Любой громкий вскрик, а уж тем более разговор, сразу приравнивался к нарушению дисциплины. И наказание могло быть очень серьёзным и болезненным. В идеале, хорошо натренированная клубная женщина, была обязана вытерпеть любое изнасилование молча, без криков и просьб не кончать в неё. В этом и заключалась проверка выдержки. Поэтому, я почти уверена, Ирка не решилась бы отказаться от секса с братцем, даже если на сто процентов заранее знала, что залетит от него... А вот с женитьбой ты переборщил, во всяком случае жениться на общей девке, только потому, что та залетела после очередного использования, совершенно не обязательно и, кроме того, противоречит правилам. Или ты всерьёз думаешь, что беременность после принудительного секса к чему-то обязывает? Типа, раз женская честь растоптана, то насильник должен жениться на незаслуженно пострадавшей девке... И наплевать, что перед этим её трахали все кому не лень, ведь честь страдает только от случайной беременности, так что ли по-твоему? Вот только с чего ты взял, что женщине нужна компенсация за предстоящий аборт? Во всяком случае, я бы точно не хотела выходить замуж в подобной ситуации. 

- Не говорил я, что ему жениться на сестре надо, с чего ты взяла, - стал оправдываться я. - Меня просто заинтересовало, как бы вела себя сестра и какие чувства испытывала, узнав что беременна от своего брата. Обидно же...

- Скажу тебе так, - резковато перебила меня Вика, - некоторые наши молоденькие девки, умудрялись случайно залететь при самом обычном сексуальном контакте, даже когда им разрешали вагинально предохраняться. Вот этим было наверное действительно обидно. А всем остальным, забеременевшим от прямого запрета применять средства контрацепции при наказаниях, на кого обижаться? Ну если только на себя саму. И самое главное, допустим обиделась и что? Кому есть дело до твоих чувств? Залетела, делай мини аборт быстрее, в чём собственно проблема? На ранних сроках, до шести недель, прерывание беременности практически не приносит осложнений и вообще считается простейшей процедурой.

​ Например я, даже когда просто трахалась с разными партнёрами, была морально готова, что могу случайно залететь. А уж провинившиеся девки и вовсе прекрасно понимали, как рискуют. Поэтому беременность после наказаний, неожиданностью уж точно ни для кого не являлась... Естественно страшно первый раз идти на мини аборт. Но если под наркозом на ранних сроках, то вообще ничего не чувствуешь. Хоть каждые три месяца делай. А вот частые поздние аборты, особенно после девяти недель, да ещё с выскабливанием, могут в итоге бесплодием закончится. Но в любом случае это уже чисто женские заморочки не отменяющие основного правила, гласящего, что у женщины нет права отказаться трахаться, лишь на том основании, что она может забеременеть. Это надеюсь тебе понятно? По правилам, женщина обязана полностью отдаваться своему половому партнёру, а все возникшие нежелательные последствия должна решать самостоятельно. Если много приходится трахаться без презерватива, то чаще делай тесты на беременность, ну а уж если обнаружила что случайно залетела, то не доводи беременность до поздних сроков. Делай аборт вовремя и старайся не думать о моральной стороне происходящего. Считалось совершенно нормальным если за сезон, привлекательная клубная девка нагуливала от разных партнёров пару абортов,- сестра задумалась, как будто припоминая зачем она это говорила. 

​Я тоже изумлённо притих, не смея нарушить Викино молчание. Но моей разошедшейся сестрице похоже не терпелось расставить все точки над i, поэтому она, строго нахмурившись, заговорила опять на повышенных тонах:

- Вот и скажи теперь мне, чем Ирка отличалась от остальных шлюх чтобы оберегать её от незапланированной беременности? Или ты думаешь, что секс со своим младшим братом приносит взрослой женщине какие-то особые льготы? Нет конечно! Реально наплевать всем вокруг, залетит шикарная сисястая длинноногая тёлка от собственного брата или не залетит. На подобную ерунду внимания не обращают... Правила есть правила. Андрей, в плане секса, мог делать с Иркой, что угодно! И не просто, что угодно, а абсолютно что угодно в квадрате! По всем понятиям она была, в первую очередь, безотказной красивой шлюхой, и только потом старшей сестрой. Тем более Ирка из-за своей гордости, иногда проявляла недовольство. А с недовольными, в нашем клубе, не церемонились. И уж если залетела при инцесте, то это не повод жаловаться на несправедливые наказания и строить из себя обиженную. Сама виновата, что вела себя плохо. А то брат, не брат... Не важно от кого беременность, главное вовремя её прервать, - назидательным тоном проговорила Вика. 

- Так вроде везде говорят, что аборты недопустимы... - возразил было я, но договорить мне Вика не дала. 

- Не собираюсь тебе ничего доказывать, будет время, набери в гугле "мифы о вреде аборта" и почитай внимательно. Просто сейчас тренд такой, пугать малолетних дур ужасными последствиями аборта. На этом все зарабатывают. А на самом деле правильно сделанный мини аборт, если до шестой-седьмой недели, практически не опасен для здоровья. Наоборот тренировка организму, встряска типа допинга. Надо только делать в нормальных клиниках, с хорошим УЗИ оборудованием, под местной анестезией, а не в быдлячих сельских больницах, где заразу подцепить можно или осложнение получить от неполного отсоса. 

- А таблетки? Помнишь ты про какие-то хитрые таблетки говорила, которые уже после пьют, как это самое... Ну чтоб не залететь, - не сдавался я.

- Ого, смотрю ты озаботился женскими заморочками. Не обольщайся, Ирку эти таблетки не спасли бы. Она ведь долгое время регулярно трахалась с братом. Постинор же, для случаев разовых, типа как мы вчера, трам-пам-пам без презика и разбежались. Нельзя постинором каждую неделю пользоваться. Понимаешь? 

Я отрицательно помотал головой. Честно говоря такие сальные подробности меня совершенно обескураживали. Но Вика, как нарочно, продолжала ковыряться в этой щекотливой теме. 

-  Это таблетки исключительно для медикаментозного аборта. Ну типа экстренная контрацепция. Даже если оплодотворение произошло, то оплодотворенная яйцеклетка не закрепиться на стенке матки. Но есть одно очень существенное ограничение применения этого средства. Нельзя такую отраву глотать после каждого полового контакта, – Сестрица хитро улыбнулась и мазанув по мне взглядом, слащаво прощебетала: - Что-то слишком много тебе рассказываю, как ты считаешь? Тебе хоть интересно?

Я кивнул, стараясь не смотреть на Вику, а она поигрывая сорванной травинкой, увлечённо произнесла:

- Конечно лучше не рисковать и пользоваться всегда резинкой или уж хоть вагинальными контрацептивами, тут я с тобой полностью согласна. Тем более в случае инцеста, - она сделала паузу и выразительно покачала головой, встретившись со мной взглядом. – Только это не всегда возможно. Мне вот вчера, по моей же глупости, предохраняться было нечем. А трахаться с тобой я была должна обязательно, никаких отговорок ты бы не принял, ведь так? Поэтому пришлось подавить в себе сомнения и не думать про всякую ерунду. Кстати, будь вчера у нас презервативы, ты бы всё равно мог ими не пользоваться, я бы не имела права протестовать. Ты тоже мог бы специально запретить мне использовать любые противозачаточные средства, если бы конечно они у меня были.

- Тебе? – ошалело удивился я. - Зачем?

- Чтобы иметь повод наказывать меня для продления игры, - Вика снисходительно посмотрела на меня. - Я повторяю тебе одно и тоже уже наверное пятый раз, а ты всё никак на въедешь, что любая женщина в такой игре, как вещь, как живая кукла для всех видов секса... Она как бы не принадлежит себе самой и следовательно не имеет права возражать… - Вика на секунду запнулась. - Ну ведь я десять минут назад, тебе рассказывала, как младший брат обращался со своей сестрой… Главное постараться вывести испытуемую женщину из равновесия, требовать выполнения таких желаний, которые заставят её нервничать и нарушать правила. А насильственный секс без предохранения, и есть такой раздражитель. Вот и придумывают такие желания, которые способны спровоцировать возмущение, недовольство, испуг… И не давать женщине выбора, требовать обязательного выполнения… а в случае отказа или малейшего проявления стыдливости, сразу наказать и конечно прибавить день к испытанию, а потом опять изнасиловать... Так по кругу, пока не надоест. 

​Кузина как-то пристыжено замолчала, артистично делая вид, что ей неприятно это рассказывать. Наш разговор всё больше и больше уходил в пошловатые тонкости игры на желания. И уводила его туда сама Вика, каждый раз, словно случайно вспоминая какой-нибудь пикантный эпизод игры, тем самым разжигая интерес всё новыми и новыми щекотливыми возможностями, которые предоставлялись бы мне, знай я вчера эти чёртовы правила. Причём, в какой-то момент, мне уже начало казаться, что сестра выдумывает некоторые правила по ходу нашего разговора, чтобы специально продемонстрировать шокирующую степень своей сексуальной раскрепощённости. Вика целенаправленно пыжилась внушить, что в игре на желания всегда есть риск залететь, но правила одинаковы для всех - испытуемая женщина не имеет права отказаться от незащищенного секса даже в случае инцеста. И её рассказ, как заставляли трахаться взрослую смазливую девку с собственным братом, похоже должен был убедить меня в этом. Особенно она почему-то муссировала тему насильной беременности в виде наказания. Но больше всего меня поразило, что Вика не ставила под сомнение моё право запретить ей предохраняться.  

​ Было очень похоже, что сестрица всё никак не может простить себе, что я заметил вчера её нервозный испуг, когда презервативов не оказалось в пустой пачке, и последующую её панику, когда кончил в неё. Вот, скорее всего поэтому, моя амбициозная кузина, теперь упрямо пыжилась доказать мне, что смогла бы вчера сколько угодно заниматься сексом, не препятствуя возможности забеременеть от меня, хоть это и крайне нежелательно в её положении. Звучало это дико, но говорить сейчас она могла, что угодно. Проверить реально, на что бы моя раскрасавица сестрица решилась вчера вечером, было сейчас невозможно. Да и вообще теперь ничего уже не проверить. Сестра явно больше не собиралась повторно оказаться в роли исполнительницы желаний и наверняка уже не заботилась о правдивости своих заверений. 

- Поэтому, частенько, при групповых играх, с провинившейся женщиной особо не церемонятся, - прикрыв глазки, застенчиво прошептала Вика. –  И попробуй без разрешения вскочить или соскользнуть с члена в момент семяизвержения, сразу за такое неподчинение особым способом накажут. Страх такого наказания знаешь как дисциплинирует, и в то же время делает незащищённой и уязвимой. Это изощрённое издевательство, поверь. К мысли, что залетишь непонятно от кого, нельзя привыкнуть… Начинаешь мандражировать и совершаешь глупые мелкие ошибки, за которые тоже наказывают. И так по кругу до бесконечности. Обидно до слёз, но нужно терпеть… 

​Сестрица как-то загадочно скривила губы. Меня же опять сильно удивило, что она совсем не стесняется рассказывать мне подробности игр, в которых возможно участвовала, словно пытаясь вызвать во мне ревность.

- Что ты имела в виду, когда говорила про наказание особым способом? - небрежно спросил я.

- Не важно… У тебя вчера всё равно не было повода проделать это со мной, - поспешно и путано начала она. - Обычно так поступают с женщиной, если она не хочет… Эээ… Если в неё… Ну, скажем так, недовольна что в неё кончили… 

- Так ты вчера вроде сильно недовольна была, когда…

- Неправда, - раздраженно перебила Вика. – Это только первый раз… И то сразу извинилась, за своё поведение. Потом я молчала… Хватит уже про это…

- Как бы не так, помню-помню, как ты сразу извинилась, - съязвил я, довольный, что могу её позлить.

- Ладно, признаю, что вела себя неправильно, как я ещё должна перед тобой повиниться, что бы больше ты об этом не вспоминал? – повысила голос сестрица. – Любая бы, на моём месте, занервничала.

- Ага, вот ты опять призналась, что нервничала и была недовольна, - не унимался я.

- Всё. Хватит. Замолчи. Ты не видел, как другие психуют… Особенно когда ни разу не залетали до этого, - истерично взорвалась Вика. – Да и потом это всё мелочи. Ну сколько можно одно и тоже перемалывать? Ведь сто раз уже повторила, что играй мы вчера как положено, по серьёзному, я бы так себя не вела. Я бы ни за что не рискнула просить не кончать в меня, а уж тем более предлагать презервативы. Ты даже не представляешь, что делают с провинившейся женщиной если она не даёт кончать в себя... 

​Вика резко замолчала, недовольно глядя на меня. Но высказала она похоже не всё, что хотела, поэтому неприязненно заговорила опять. 

- Да что там презервативы... Мне вообще ничем предохраняться без разрешения было бы нельзя. Напоминаю, что по правилам женщина не может отказаться от открытого сексуального контакта и не может самостоятельно применять противозачаточные средства. А наказания для того и придуманы, что бы не возникало соблазна нарушать правила. Так что не надо постоянно намекать, что вчера я вела себя как-то не так. Ты про правила только сейчас узнал и про наказания тоже. Так чего ты теперь пытаешься права качать, надо вчера было это делать, когда я голой твои желания выполняла. 

- А ещё за что наказывают? – перевёл разговор я, видя что сестра не на шутку завелась. 

- За всё! Например, за то, что сжала ноги, или за то, что вскрикнула, ну или за то, что сперму не проглотила, - чопорно перечислила Вика, постепенно успокаиваясь. – За поцелуи…

- Это чего, целоваться что ли нельзя? – искренне удивился я.

- В губы нельзя. Вернее, ты меня целовать можешь, если захочешь конечно, а вот мне отвечать запрещено, а уж тем более нельзя самой целовать партнёра в лицо или губы. Ты разве не понимаешь почему?

Что бы не ляпнуть чего неразумного, я предпочёл неопределённо хмыкнуть и пожать плечами, на что сестрица нехотя пояснила:

- Вот представь. Девка обслуживает нескольких партнёров, её пользуют и кончают во все места, в том числе в рот, а потом она лезет целоваться… Тебе бы приятно было? 

​Вопрос меня озадачил и сконфузил. Получалось, что она сама, прекрасно понимает, что участвуя в таких играх, опускается до уровня проститутки, которую даже целовать противно. Чтобы не обидеть Вику, я тактично не стал высказывать своего мнения по этому поводу, а только констатировал:

- Вот значит причина почему, ты вчера не целовалась, когда мы… Ну это самое… 

Я недоговорил, а сестра улыбнулась, как будто услышала, что-то весёлое.

–  Привычка просто... Не знала, как ты отреагируешь на такое нарушение... - и посерьёзнев, заключила: - Такие вот правила, но ты ими не воспользовался… Кто не успел, тот опоздал… Проехали.

 

Глава 9. Упущенные возможности

 

Сестра старалась говорить уверенно и спокойно, но присутствовало ощущение, что онапереоткровенничала, и теперь пытается достойно выкрутиться.

- Жалко, что вчера ты про это не рассказывала… - начал было я, но осёкся поймав на себе пронзительный взгляд кузины.

- Вот потому и не рассказывала, чтобы у тебя не возникло соблазна придумывать всякую хрень, типа грузиков на половые губы, или инсеминации. Все вы одинаковые, вам только дай волю, сразу измываться начинаете, - ответила Вика снисходительно и показала мне язык.

Это получилось так бесшабашно задорно, что мы засмеялись. 

- Какая такая инсеминация? - Ухватился я за новое слово. 

- Вот ты любопытный, где не надо, - она наигранно погрозила мне пальчиком, и кокетливопримолкла, потом махнула рукой, мол, всё равно уже всё разболтала, чего теперь скрывать, принялась растолковывать, - Это когда сперму прямо в матку вводят для искусственного оплодотворения. Можешь сам набрать в поиске ютуба это слово, и увидишь наглядно, что и как. Только там показано, будто это сложная процедура, на самом деле всё гораздо проще и быстрее. ​Вот таким нестандартным способом у нас наказывали строптивую девицу, если при половом акте, она предохранялась самовольно или паниковала, когда в неё кончали. Как говориться, боязнь залететь не освобождает от исполнения обязанностей. Клин клином вышибают. А уж после такого живодёрского наказания залететь больше вероятности, поэтому лучше не нарываться. Кстати, забыла сказать, после секса, вытекающую из влагалища сперму женщина обязана собирать и глотать… Есть такое правило.

Вика взглядом показала себе между ног и холодно улыбнувшись, проимитировала, как подставив ладонь к лону, собирает вытекающие соки, а потом сливает это себе в рот и слизывает остатки с пальцев. Вышло реалистично и изысканно пошло.

- Ой, что-то отвлеклась, - она встрепенулась, кокетливо вскинув брови. - Так о чём я? Ага, про искусственное осеменение…  Берут шприц, набирают сперму, надевают, например, тонкую катетерную трубочку, потом вводят её через цервикальный канал поглубже в матку и всю сперму из шприца туда выдавливают. Понятно излагаю?

- Если честно, то ни фига не понятно, через чего куда, что вводят, - отозвался я, зная Викину страсть строить из себя учительницу. 

- Надо было вчера, прежде чем тащить меня в койку совокупляться, взять вагинальное зеркало и рассмотреть моё женское естество, времени было предостаточно. Тебе бы только трахаться,  - надменно съязвила она, а потом заученными фразами объяснила: - Цервикальным каналом называется участок шейки матки, соединяющий маточную полость с влагалищем. Этот канал, по сути, отверстие такое, его еще называют зевом иногда. Не слышал? Ну вот именно через него во время менструации выделяется кровь, а во время незащищенного полового акта он становится воротами для сперматозоидов. Вот ты спускал в меня вчера, моё влагалище долгое время было заполнено твоей спермой, а через цервикальный канал сперматозоиды проникали в матку, и если бы у меня была овуляция, могло произойти оплодотворение... 

- Да что ты говоришь, - передразнил я её, хотя конечно понимал, что будущий врач, уж наверное знает, что говорит.

- Кстати если бы ты посмотрел этот канал у меня, то увидел ровное круглое отверстие, это говорит, что я ещё не рожала. А если бы рожала, то он был в виде растянутой полосочки, - продолжила Вика, не замечая мою реплику. – Так вот когда сперму искусственно вводят в матку против воли женщины, то для неё это как изнасилование, даже ещё обиднее. Очень эффективное наказание, рекомендую. 

- Так для этого наверное специальный инструмент нужен, - продолжал допытываться я.

- Ничего там специального не надо, - отмахнулась Вика, - шприц да тонкая трубка от катетера длиной сантиметров тридцать. Делов то. Даже у меня в аптечке всё это есть. Нет, конечно надо ещё влагалище вагинальным зеркалом раскрыть, как можно шире, и лечь правильно, но это уже детали… 

- Прикольное наказание, - ответил я, чтобы разговор не затух.

- Чего прикольного то? – завелась неожиданно она. – Ты представляешь что при этом чувствуетпровинившаяся женщина? Даже не в том дело, что необработанная сперма, при неудачном введении, может раздражение спровоцировать, а когда её вводят очень много, может и лёгкие болевые спазмы вызвать. Самое главное, вообще-то в том, что очень реально оказаться беременной или воспаление в матке получить. Это прикольно для тебя? Да?

Вика возмущённо передёрнула плечами, как будто я только что проделал с ней то, о чём она мне рассказывала, потом, немного успокоившись, заговорила снова.

- Не поймёшь ты… И зачем я тебе это всё рассказываю…

Я и сам чувствовал себя очень неуютно от Викиной тирады, понимая, что сказанул глупость.

- Какой смысл так наказывать?  - поинтересовался я, заглаживая свой промах. – Слишком мудрёно…

- Смысл очень простой, помучить, и заставить переживать. Ведь при овуляции вероятность зачатия очень велика…Чего не понятного? Такое издевательство над собой, не каждая выдержит…

- А ты бы выдержала если бы вчера тебя так… - начал было я, но остановился, проклиная себя за нелепый вопрос.

- Даже если бы и залетела от тебя... Мне двадцать шесть лет, я же не девственница семнадцатилетняя, которая не знает, что при случайной беременности делать, - язвительно ответила Вика, а потом словно поняв смысл моего вопроса, возмущённо встрепенулась. – Ты, зачем это спросил? Не наигрался вчера?

​Кузина, как мне показалось, специально упомянула про свой возраст, подчеркнув, в очередной раз, свою опытность и взрослость. А фраза про девственницу семнадцатилетнюю, был явный намёк на меня. Я даже за это немного обиделся на Вику. Снова захотелось уколоть её или подразнить.

- Хорошо, буду знать, какие возможности упустил, - подковырнул я сестрицу. – Ты меня должна благодарить, что легко отделалась.

- Вот уж, спасибо дорогой… Только повода я не давала себя наказывать. Мы и так без презерватива трахались, - на полном серьёзе ответила она. – Ты вчера получил от меня всё, что хотел. Я же не возражала против полового акта, не сопротивлялась и не мешала кончать мне во влагалище, и даже не предохранялась. Кстати тоже могла залететь от тебя, чего очень надеюсь, не произошло, тьфу-тьфу-тьфу… И вообще, хватит об этом. Надоело! Ты бы лучше про контрацептивы спрашивал и про то, как мне не забеременеть во время секса. Вот знаешь, что такое календарный метод контрацепции?

​Дальше Вика, назвав меня неучем, с надменностью учителя, прочитала мне целую лекцию, рассказывая, про какую-то овуляцию и менструальном цикле, из чего я только понял, что наибольшая вероятность залететь у среднестатистической женщины это период в десять дней, если отсчитать их первый день за двадцать дней до начала следующей менструации. Короче целая наука с формулами и графиками.

Потом она, видя мою скучающую физиономию, на примере себя рассчитала свои опасные дни. Выходило, что вчера у неё был как раз последний безопасный день, и чем дальше, тем больше вероятность зачатия. Ну а самый благоприятный в этом плане у неё выходил конец недели.

- Но это ещё не значит, что в конце недели, если в меня сперма попадёт то стопроцентно наступит беременность, нет конечно, но вероятность большая, эдак процентов тридцать, - прокомментировала расчёт сестра. – Я по привычке регулярно свои залётные дни отслеживаю. 

- Отличная привычка, а главное полезная. Достаточно сказать "у меня залётная неделя" и все члены сразу становятся аккуратными, – не упустил возможности вставить шпильку я.

​Вика раздраженно фыркнула, по её лицу было заметно, что она снова начинает заводиться.

- Это ты на мой аборт намекаешь? – голос её дрогнул, но она справилась с собой и натянуто улыбнулась лишь кончиками плотно сжатых губ. - Да вы, молодой человек, нахал.

​Я неопределённо хмыкнул, давая понять, что она правильно догадалась. Вику похоже задела моя реплика, и её опять понесло.

- Мне тогда вообще на всё насрать было. Тебе не понять... Очень хотела, чтобы до бывшего мужа слухи дошли, что я без него не скучаю. Месть. Глупо конечно... - Вика виновато запнулась.

- И чего? - притворно заинтересовался я, хотя на самом деле хотел лишь разговорить сестрицу. 

- Ничего. Когда поняла, что реально могу дотрахаться до беременности, поздно было выходить из игры. У меня накопилась куча непогашенных наказаний, которые приходилось отрабатывать натурой. Я конечно старалась быть осторожней. Без презерватива, в опасные дни, по возможности ни под кого не ложилась, вела себя примерно, чтобы придраться не к чему было, - Кузина опять замялась и уточнила: - Только от меня почти ничего не зависело. 

- А от кого? - напирал я. 

 

Глава 10. Ромашки и бабочки

 

​Сестрица отвернулась обдумывая ответ. Чувствовалось её нарастающее раздражение. 

- От моего... Назовём так, владельца. Только этот козёл решал когда и с кем я обязана перепихнуться. Я же тебе говорила о правилах. Иногда приходилось оказывать эскорт услуги с обязательным интимом. В общем от обычной "девушки по вызову" я отличалась лишь тем, что занималась сексом бесплатно и не имела право не исполнить желание клиента, - Вика дерзко посмотрела прямо мне в глаза и не отрывая взгляда медленно произнесла: - Первый месяц меня приучали к дисциплине, за малейшую оплошность привязывали к кровати и безжалостно устраивали коллективное перевоспитание. Ты ведь представляешь, что со мной делали?

- Догадываюсь... - не выдержав пристального взгляда сестры, пробубнил я. - Почему же терпела, разве уйти не могла?

- Потому, что сама в аукционе согласилась участвовать и как дурочка подписала фиктивный договор займа, который сковал по рукам и ногам. Да и компромата порнушного накопилось на меня горы. Вот и приходилось быть очень, очень послушной. Поначалу переживала, а потом привыкла .

​Про аукцион я ничего не понял, поэтому спросил: - На аукционах вещи покупают, а ты что там делала?

- Я и была той вещью которую покупали, - скептически усмехнулась она. - Стояла совершенно раздетой, с завязанными глазами, а меня ощупывали, лазили во влагалище, сжимали груди, шлёпали по попе и раздвигали ягодицы. Иногда водили в комнату с гинекологическим креслом осматривать рожала я или нет. Многих интересовало были ли аборты и почему развелась. Но в основном был востребован большой кожаный диван, на котором... Ну сам понимаешь...

- Забеременеть на кожаной диване, это так романтично,  - опять съязвил я, уже начиная привыкать к бесстыжим откровениям своей взрослой сестрицы.

- Перестань, - поморщилась Вика. - К моей беременности этот диван отношения не имел. Не надо мыслить так примитивно. В меня не кончали... И вообще тестировать женщину без презерватива было запрещено... - кузина осеклась, а меня аж передёрнуло от этого милого уточнения. 

- Это чего, любой желающий мог тебя оттестировать? - скаламбурил я. 

- Да, - вызывающе громко подтвердила сестра. - Покупатель имел право опробовать умение трахаться, выставленной на продажу женщины, протестировать, так сказать, в деле приобретаемую живую куклу для секса. Почему нет? Когда машину покупают, то тоже тест-драйв заказывают и никто не возмущается, если машину потом не покупают. Ну не понравилась, что тут такого. 

- Вик, у тебя сколько таких тест-драйвов перед абортом было? - опять дерзко поддел я кузину. 

- Не важно, - раздраженно отрезала она, - ясно же тебе сказала, что конкретно в тот раз меня трахали с презервативами, а забеременела я гораздо позже и совсем при других обстоятельствах. Ну чего привязался. 

- Ого! Да ты покраснела. Видать обстоятельства были интересные, - не отступал я. 

- Тебе прямо обязательно надо знать как и от кого я залетела? - занервничала сестрица. 

- Это тайна? - продолжал давить я, видя как Вика уходит от ответа.  

- Нет конечно. Просто неприятно ворошить грязное бельё, тем более... - заюлила она, и примолкла. 

- Тем более ты стесняешься, так? Не хочешь не говори, если стыдно. Я за язык тебя не тяну, - подытожил я нарочито скептически и даже рукой махнул пренебрежительно, чтобы раззадорить кузину. 

​Вика странно выглядела, как-то задумчиво и слишком серьёзно, будто раздумывая посвящать или нет меня во что-то очень личное. 

- Есть вещи к которым надо относится философски, если ничего нельзя изменить, - скромно произнесла она после короткой паузы. - Давай-ка я кое что проясню о стыде и абортах. Ты же уже понял, что добровольно покинуть клуб было, мягко говоря, сложно, слишком серьёзные люди были хозяева. Девушки попадая в их липкие сети очень надолго превращались в.., - сестрица на секунду замялась, словно не решаясь озвучить конец фразы, а потом решительно заявила: - назовём вещи своими именами... Девушек превращали в бесправных сексуальных рабынь для обслуживания гостей и удовлетворения их извращенных запросов. Так будет честней и понятней. За малейшее проявление стыдливости неминуемо наступала расплата в виде издевательских наказаний. Зачастую гинекологические последствия некоторых, самых изощрённых наказаний, были далеко не безобидны. Такая систематическая дрессировка давала свои плоды, воспитывая в рабыне безоговорочную готовность, по первому требованию, предоставлять абсолютно любые виды приватных услуг. То, на что никогда не согласилась бы дорогая проститутка, нам приходилось делать бесплатно, добровольно и молча. Вначале, особенно после первого изнасилования, конечно ощущаешь себя распоследней блядью, на душе мерзко, слёзы от стыдобищи и обиды, депрессия накатывает. Постепенно, внутренняя планка собственного достоинства опускается до уровня обычной эскортной шлюхи, чувства притупляются, и становится безразлично с кем вступать в половой акт, лишь бы не наказывали. Стыд и обида полностью исчезают примерно через месяц. За это время сознание перестраивается и принудительно трахаться с разными мужчинами становиться легко и безразлично. Доходило до того, что за вечер меня пускали по кругу несколько раз. Так о каком стыде ты говоришь, если порой я не могла вспомнить с кем трахалась всего день назад. 

​Вот и получалось, что соглашаясь вначале, в качестве развлечения, поиграть в простую игру на желания, благодаря продуманным правилам, женщина постепенно сама себя загоняла всамое настоящее сексуальное рабство. А когда привлекательная девушка уже не может отказаться от частой смены половых партнёров, когда обязательный секс превращается в ежедневную рутину, когда провинившейся девице специально вводят в матку сперму и запрещают пользоваться контрацептивами, то рано или поздно, она окажется беременной. Надеюсь это не требует объяснений? Я конечно не спорю, что нарочно держать женщину в постоянном страхе залететь, подло, но скорее всего, по-другому невозможно выдрессировать полное подчинение. По себе помню, как поначалу буквально трясло от перспективы забеременеть... - Вика болезненно поморщилась и накрыв ладонями низ живота, судорожно сжала загорелые бёдра, словно вспоминая неприятные ощущения. Мы встретились взглядами.

- Кстати, были и хорошие моменты, - спохватилась кузина, резко убирая с живота руки, будто обожглась, - после первого аборта женщине разрешали пользоваться средствами вагинальной контрацепции, но не более пяти раз в месяц, по своему выбору. Это конечно издевательство, пяти раз мало, чтобы не произошло оплодотворения, но вырабатывает привычку вычислять свои залётные дни и экономно распределять противозачаточные, не тратя их по ерунде. 

​Собственник женщины мог передать её на время в пользование, подарить, обменять, перепродать или освободить. Но это конечно в том случае, если рабыню покупали на аукционе, вот как меня. Срок пользования обычно определялся годом с момента покупки, если конечно нет замечаний. С обычными же клубными девками поступали проще, их трахали по жребию или назначали временного надсмотрщика, который дрессировал и наказывал, но дать свободу не мог. Срок общественного пользования женщиной в этом случае не определялся. 

​ Был конечно экзотический путь получения свободы. Для этого залетевшей женщине достаточно было заявить, что хочет родить, но первые четыре месяца беременности обязательно трахаться на общих основаниях. Как тебе такое? Лично я, за всё время, видела только одну сумасшедшую, которая решила рожать, да и то вынужденно и лишь потому, что очередной поздний аборт, грозил ей бесплодием. И ведь не молоденькая дурочка была, знала себе цену. В свои тридцать два года выглядела, как конфетка. Больше двадцати семи ей и не давали. Говорили, что Светочка бывшая модель, а сюда её вроде привёл какой-то богатый боров, отрабатывать долг... Подробностей не знаю. Одевалась со вкусом, следила за собой. Гордая, на всех свысока смотрела.

​Вот представь, идёт восхитительная, идеального телосложения тёлочка - строгий неприступный вид, плечи расправлены, высокомерный взгляд, хорошая подтянутая грудь выпирающая из треугольника глубокого декольте плотно облегающей полупрозрачной блузки боди, джинсы в обтяжку, ножки точёные обуты в изящные остроносые туфельки на десятисантиметровых тонких шпильках. Всё дорого и со вкусом подобрано. Плывёт такая грациозная кукла эротичной походкой, каблучками в одну линию цокает, бёдрами водит...  Игрушка! Загляденье! Никому даже в голову не придёт, что моложавая стройноногая краля, на самом деле, тридцатидвухлетняя потаскуха, а вся её показная недоступность остаётся в раздевалке, вместе с дорогой одеждой, дежурными презервативами и тестами на беременность, когда эта отвязная стерва терпеливо отрабатывает натурой в комнате для воспитательного секса. 

​Было у нас такое помещение, там освещенная сцена с громадной постелью, и стулья для зрителей в полумраке. Это как сеанс в кино. Продают билеты желающим и те смотрят, пуская слюни, как красивая деваха, у них на глазах, ебётся без разбора с кем ей скажут. Сеанс порядка полутора часов с двумя перерывами. За это время, нашу не первой молодости Светочку, успевали многократно поиметь во все доступные женские места, под аплодисменты довольных зрителей. Но уже назавтра она опять, как ни в чём не бывало, накинув маску светской дамы, уверенно дефилировала по торговым центрам, выбирая эротичное нижнее бельё, босоножки или косметику. Всё как с гуся вода, только стройнее от постоянного принудительного секса становилась. Немудрено, что на Светку запросто молодые клевали. А чего? Возраст непонятный, фигура обзавидуешься... Почти как у меня сейчас. Разве я, как женщина, тебе не нравлюсь? - Вика кокетливо раздвинула ноги, провела ладонью по шикарным загорелым бёдрам и мазанула меня вопросительным взглядом, явно ожидая похвалы в адрес своей возбуждающей внешности. - Ох, видел бы, как она профессионально трахалась... Но считалась своенравной рабыней, спесивой что-ли слишком, не знаю как объяснить... Иной раз, могла взбрыкнуть, особенно когда с ней развлекались парни гораздо моложе её. Был случай, наотрез отказалась быстро перепихнуться с малолеткой из службы доставки пиццы, в качестве оплаты так сказать... Очень её после долго под подростков подкладывали, чтоб знала своё место. Ну не важно...

​В общем вела себя порой очень не логично. Могла месяц терпеть самые грязные издевательства а потом сорваться по ерунде, как запаниковавшая школьница. Однажды, после обычной грубоватой воспитательной ебли, разревелась от обиды, когда её, заставили слизывать с пола грязное месиво спермы, нечаянно выплеснувшееся из её же расслабленной попы. Светочке, видите ли стало стыдно, в присутствии молодых зрителей, ползать на коленях по полуи лужицу спермы языком собирать. А то, что перед этим, она сосала любому желающему и засветила всему залу свои абортные звёзды и ромашки на выбритом лобке, когда голой ходила на поводке между рядами, это Светочку похоже не обижало.

- Что за звёзды и ромашки? - невольно заинтересовался я, и тут же понял, что Вика специально меня интригует, и уводит в сторону, предсказуемо ожидая вопроса. Но делать вид, что мне пофигу было поздно, поэтому я не стал скрывать любопытства. - У тебя тоже есть звездочка под трусами. Я видел вчера. 

- После аборта, женщина была обязана сделать интимную татуировку на лобке, - сразу отозвалась сестрица. - Вариантов рисунка было только три, это звёздочка, ромашка или бабочка, в зависимости от обстоятельств получения беременности. 

​Ромашкой обозначалась беременность после группового секса или сеансов коллективной воспитательной ебли, когда при всём желании невозможно понять от кого произошло зачатие. 

​Рисунок бабочки выдавал аборт после наказания инсеминацией. В этом случае женщина иногда знала, чья сперма вводилась ей в матку.

​Все остальные виды беременности обозначались звездочкой над половыми губами, примерно, как ты видел у меня. Кстати, волосы на лобке иметь, категорически запрещалось, чтобы факт прерывания беременности был хорошо виден при обнажении. Если женщина вела себя послушно и это был её первый аборт, то обычно клеймили звёздочкой, чтобы не портить репутацию. Ведь звёздочка мельче и не так режет глаз, если только одна.

​Любое клеймо на лобке являлось ещё и своеобразным предупредительным знаком, что женщину часто использовали без презерватива, - на полном серьёзе продолжила разъяснять моя бесстыжая сестрица. - Для нас эти татуировки были дополнительным унижением. Мы их по возможности скрывали даже друг от друга, хотя почти у каждой, в нижней части лобка, красовались яркие ромашки, звёздочки или бабочки. Ох, как же мы их ненавидели. Благодаря этим позорным меткам, нас воспринимали лишь, как бракованных кукол для развлекательного секса. Ведь стоило только раздеться перед незнакомым мужчиной, тот сразу понимал, что перед ним чья-то хорошо попользованная игрушка с абортами от постоянного траха без презерватива, если конечно тот знал значение этих вульгарных несмываемых отметин. Согласись, не очень приятно когда твоя сокровенная интимная тайна, о которой незамужние женщины тщательно помалкивают, предпочитая не афишировать свою прежнюю половую жизнь, так вот эта тайна запросто становиться известной любому, кто видит тебя без трусов. А если учесть, что все клубные девки мечтали, когда нибудь, удачно выскочить замуж, то понятно, почему абортных татуировок боялись больше, чем самих абортов. Богатенькие мужики не любят бывших в употреблении меченых шлюх. Вот ты, взял бы Светку замуж? - вдруг резко спросила Вика.

- Нет конечно, - вырвалось у меня.

- Вот видишь... - артистично всплеснув руками, заключила она. - Зато просто хорошенько потрахаться с ней точно бы не отказался, так?

- Не знаю, - буркнул я в ответ. 

- Чего тут знать, вам парням только секс голимый подавай. Хотя думаю, Светка слишком строптива была бы для тебя. Да и не любила она с молоденькими трахаться. Для хорошего секса я лучше бы тебе подошла, в качестве обучающей партнёрши, - подмигнула мне сестра, - но давай не будем отвлекаться, я уже запуталась про что начала рассказывать. 

- Ты говорила, что эта Света заартачилась пролитую сперму с пола слизывать, потом прослезилась от обиды, а перед этим сосала, - сумбурно напомнил я. - Только вообще-то изначально ты вещала про беременность, ещё про аукцион упомянула и про свой залёт, а после сразу начала рассуждать о стыде, абортах, наказаниях, воспитательном сексе, и ещё про...

- Ага, вспомнила, спасибо, - перебивая меня, выдавила сестра недовольно. - Только для полной ясности про наказания уточню, что вытворяли с провинившейся женщиной в воспитательной комнате.

​В сети гуляет замечательный порноролик, nathalie sainlouis gang bang, в поисковике вечером найду тебе, если будет желание посмотреть. Там показано, как методом группового изнасилования истязают рабыню. Девушка под конец ревёт и за низ живота держится, потому что влагалище натёрто, задница растрахана, и живот ноет от боли в матке. Ну вот примерно так проходил воспитательный секс с провинившейся девушкой и у нас. Я тоже попадала на это наказание, но терпела даже когда мне надорвали задний свод влагалища, запихнув до упора два здоровых члена одновременно. По правилам женщина не имеет право кричать, брыкаться, выказывать недовольство, сжимать ноги, выплёвывать сперму и много чего ещё, за эти нарушения наказание повторяют. Я тогда еле дотрахалась до конца, а потом бёдра сомкнуть не могла от боли, враскоряку лежала, словно после родов. Светке тоже, насколько знаю, несколько раз слегка рвали влагалище при воспитательном сексе. Это такая обычная профессиональная травма, можно так сказать.

- Слушай Вик, почему за выплюнутую и пролитую сперму вас наказывали? - смущенно поинтересовался я. 

- Ну это проявление неуважения типа, - отмахнулась кузина. - Просто принято так было, что если сперма вытекает, то надо собирать себе в рот и потом глотать и это не обсуждалось. Не берусь судить насколько такое правило гигиенично, но зрелищности добавляло однозначно. Представь, по окончанию сеанса перевоспитания, молодая обворожительная женщина с сексуальной фигурой, поднимается с ложа, встаёт перед зрителями широко расставив точёные ноги и подставив бокал под себя, набирает жижу льющуюся из влагалища и ануса, после чего давясь, выпивает мелкими глотками... Феерическое зрелище, правда? Но для этого опыт нужен и выдержка..

​ Вот и Светочка не впервые ведь трахалась в задницу, знала, что сразу после полового акта, надо ладошкой раскрытое очко и лоно прикрыть, чтобы не текло струйкой. С ладони легче потом слизывать в случае чего. Так нет, захотела себя показать и опытностью блеснуть. Эротично низко прогнулась на прямых расставленных ногах, а сфинктер ведь растянут от анального секса. Вот и не удержала...

​И вообще, что значит стыдно? Выходит трахаться во все дыры перед молодыми было не стыдно, а сперму с пола собрать, сразу застеснялась. Конечно потом, за такую дерзость, просила прощение, умоляла не наказывать... Только, кто виноват, что в тридцать два года не научилась эмоции контролировать? У игрушки для секса нет возраста и стыда, должна делать, что говорят. Разве не так? - на полном серьёзе воскликнула сестра. 

- Да, наверное, - решил подыграть я. 

​Удовлетворённо кивнув, Вика продолжила. 

- Вот за такие выходки она и страдала. То её в длительное пользование студентам отдавали, то выводили на шоссе как обычную проститутку, то карусельное воспитательное изнасилование устраивали, в общем развлекались с ней, совершенно безобразно. Поэтому, она, залетала регулярно, а ведь женщине, которой за тридцать, уже не желательно делать по три аборта в год, ведь не козочка двадцатилетняя чтобы о последствиях не задумываться, - назидательно вымолвила Вика, словно я в этом сомневался. - Ну вот когда в очередной раз эта привлекательная идиотка забеременела, она проконсультировалась с гинекологом и решила непрерывать беременность. Похоже в её возрасте, другого варианта, кроме как рожать, действительно не было, тем более после последнего, очень позднего, аборта у Светки обострились проблемы по женской части, грозящие бесплодием. Вот и не захотела видимо рисковать, только ходили слухи, что она нашла себе любовника на стороне, хоть это было запрещено, и забеременела от него специально, чтобы из клуба слинять. Не знаю, свечку не держала, от кого Светочка на самом деле в положении оказалась, может правда от обеспеченного любовника, который жениться обещал... Но на четвёртом месяце, после очередноговоспитательного секса, у неё началось кровотечение и следующим днём случился выкидыш... - сестра поучительно подняла палец. 

- Кстати во время беременности она пользовалась безумной популярностью у наших клубных самцов, особенно когда чуток стал расти животик. У неё все дни расписаны были. Всем же реально было интересно, как ведёт себя в постели зрелая беременная шлюха. Сволочи...

​После всего этого паскудства, Светка лежала в больнице, а когда вышла, её было не узнать. Худая, нервная, обозлённая на всех. В итоге, протрахавшись испытательный срок в пару месяцев без замечаний, Светочка наконец получила свободу. Говорили, что потом она долго лечилась от бесплодия в гинекологической клинике и спустя полгода, быстро выскочила замуж, что при её сексапильной внешности оказалось совсем не трудно, не смотря на пять абортных меток. Но детей у них вроде нет. Представляешь жёнушка кому-то досталась - обалденно красивая шлюха с кучей проблем по гинекологии. Не думаю, что сейчас, имея на лобке пять глубоко нанесённых, трудно выводимых татуировок, ей приятно вспоминать о абортах инаказаниях. Согласен? Вот и мне неприятно, хотя у меня на лобке, как ты видел, только одна крохотная звёздочка, а не как у неё, две ромашки, бабочка и пара жирных звёзд, которые даже трусики не закрывали, - сестра сделала многозначительную паузу, высокомерно оглядела меня и с серьёзным лицом продолжила. - Впрочем, я лично, комплексом вины, за свою единственную татуировку, вообще не страдаю, и считаю, что современная раскрепощённая женщина не должна ни перед кем отчитываться за свои поступки. Ты можешь думать обо мне что хочешь, даже можешь считать меня потаскухой - мне не стыдно! Конечно неприятно вспоминать, как меня наказывали и насиловали, но я же не дура, просто так посторонним людям рассказывать, что дотрахалась до беременности когда была сексуальной рабыней. С тобой, мне невольно пришлось быть откровенной, раз уж мы, играя на желания, занимались открытым сексом. А чтобы ты убедился насколько вчера я серьёзно относилась к твоим желаниям, мне сегодня пришлось специально посвятить тебя в тонкости правил такой игры. Иначе ты бы не поверил, что у меня очень богатый опыт выполнения чужих сексуальных прихотей. Не хочу повторять, но после открытого секса с тобой, я вполне могла забеременеть! А ведь не забывай, мне пришлось сознательно сделать этот шаг в пропасть, хотя я прекрасно понимала на какой риск иду трахаясь без презерватива перед самой овуляцией. И опять же, с моей стороны, не было проявлений стыда, ни до и ни после секса, ты наблюдал лишь желание угодить тебе. Беззаботно кончая в меня, ты получал удовольствие, не думая, какие проблемы могут возникнуть у молодой женщины лежащей под тобой, вот только между прочим, у этой женщины есть ревнивый жених! Если честно, то вчера я недопустимо прокололась, потеряв самоконтроль, когда ты неожиданно спустил в меня. Я не имела право повышать голос и уж тем более обвинять тебя в неосторожности. Эта небольшая заминка могла стоить мне очень дорого. Такое нарушение наказывается продлением времени минимум на неделю... Но слава богу ты не знал правил, и не стал меня наказывать. Уверена, растяни мы игру на неделю, продолжив трахаться каждый день без презервативов, я бы точно приехала домой беременной. И винить некого, кроме самой себя, так ведь?

​Но сейчас не об этом речь. Знаешь, многим парням нравятся опытные страстные женщины, бывшие в употреблении, так сказать. Клубный сексуальный опыт раскрепощает, вырабатывает терпение, женщина полностью раскрывается как шикарная любовница, а абортные метки, на мой взгляд, только повышают ценник такой любовницы. Конечно не каждый хочет видеть на лобке своей любимой обаятельной жены яркие залётные звёзды, особенно если их много. Только мне на это наплевать! Уверена, аборты после развлечений с мужчинами не портят репутацию умной женщины, даже наоборот придают своеобразный пикантный шарм, тайну, приобщиться к которой можно лишь сняв с красотки трусики. И я ни о чём не жалею и ничего не стыжусь, - пафосно отчеканила кузина явно заученную фразу. Но этого ей показалось мало и она заговорила вновь. 

- И давай закончим рассуждать о стыде. Надеюсь ты понял, что меня очень трудно заставить стесняться. Только повторяю, это не значит, что нужно рассказывать всем подряд, как и от кого я залетела. В конце концов ты и так много про меня узнал лишнего.  

 

Глава 11. Абортная звёздочка

 

​Вика замолчала. Не спешил задавать вопросы и я, осмысливая сказанное сестрой. В её словах действительно была логика и почему-то на сей раз сестре верилось. Глядя на неё сейчас, я поражался, как успешно в моей длинноногой сестричке одновременно совмещаются замашки чопорной учительницы и суждения отвязной бляди. 

- Так ты не будешь рассказывать, как свою абортную звёздочку заработала? - прервал я молчание, вновь делая попытку разговорить кузину. 

- Не считай, что я пытаюсь что-то скрыть от тебя, - после длительной паузы, слишком уж доверительно заговорила она, видимо приняв какое-то решение. - Пообещай, что не разболтаешь. 

- Понятное дело. Могла бы и не предупреждать. Ты прямо как девочка... - начал было я, но сестра сразу раздраженно перебила. 

- Вот я и играла тогда роль девушки. Да-да, именно настоящей, якобы нетраханной, девушки.Причём реально, телесно так сказать, была такой. Не веришь? - Сестра дерзко вскинула голову и наши взгляды встретились. - Ты хоть примерно знаешь, что происходит при первом половом сношении? - чуть повысив голос, спросила неожиданно Вика, но увидев мою ухмылочку не стала ждать ответа, сразу продолжила, - Когда девушка становится женщиной, её девственная плева разрывается. Это называется дефлорация. 

- Какое к чёрту первое сношение? Какая нафиг дефлорация? Ты же уже к тому времени давным давно, мягко говоря, не девственница была, к чему этот нелепый цирк?

- Много ты понимаешь, -  усмехнулась она, - сейчас полно косметических клиник где любая желающая, за один час, может вернуть себе невинность. Легко! Девственную плеву сшивают и новоиспечённая девушка опять готова к употреблению. Процедура скромно называется гименопластика или рефлорация. Слышал о таком?

- Ну нифига себе! И сколько раз можно искусственно возвращать девственность? Пару разиков небось, не больше, - нарочито озабоченно усомнился я, проигнорировав Викин вопрос. 

- Да хоть каждый месяц. Лишь бы было чего сшивать. Я после развода уже три раза рефлорацию делала, - скромно призналась сестрица. - Не по своей воле конечно. Заставляли... Мой владелец любил удивить гостей... Ладно, чёрт с ним, говорю же, вспоминать противно. 

- Ты же про другое начала рассказывать, - заинтересованно напомнил я. 

- Сам про восстановление девственности спросил, - жеманно возмутилась Вика, - я просто хотела сказать, что последнюю гименопластику сделала, как раз перед залётом, когда была отдана во временное пользование племяннику моего владельца. Дефлорация во время первого секса, была пожалуй главным условием этого испытания. Юноша закончил девятый класс и мне предстояло стать живым подарком, эдакой легкодоступной девушкой, которую он сделает женщиной. От меня обязательно требовалось достоверно потерять невинность и выполнить все последующие эротические фантазии паренька. По легенде я будто бы трахалась только в попу, а целку ревниво берегла для жениха. Про то, что я побывала замужем и девственность моя восстановлена, он не знал. Для верности его конечно проинструктировали, что со мной церемониться не надо, а в случае если я буду плохо исполнять обязанности любовницы, меня надо обязательно наказывать. Малолетнего ловеласа совершенно не смущало, что любовница старше его на семь лет, привлекательна, стройна и легкодоступна, имеет жениха, но при этом якобы всё ещё целочка. 

​Медленно раздеваясь, я всё время делала вид, что стесняюсь и даже просила не лишать меня девственности, заламывала руки, всплакнула для пущего эффекта. Во мне явно пропадала порноактриса, - сестра мечтательно вздохнула. - Только юноша от моих причитаний и слёз распалился ещё больше. Поспешно завалил меня на кровать и без всяких прелюдий и долгих поцелуев, принялся хамски неумело сношать. Я конечно для порядка вначале легонько посопротивлялась, но быстро сдалась, как только почувствовала внутри себя движение члена. Ощущения были действительно, как в первый раз, даже вскрикнула от боли и кровью измазала простыню, видимо качественно мне разорванную плеву сшили. Трахались мы на удивление довольно продолжительное время. Меня уже несколько раз предательски накрывал оргазм, а он всё никак не мог кончить, видимо от перевозбуждения. Наконец этот малолетний насильник задёргался, наполняя меня спермой, и затих. Когда он слез с меня, я болезненно сомкнула бёдра, выдавливая из себя сперму с кровью и опять картинно всплакнула, размазывая косметику, словно по настоящему лишилась невинности и очень страдаю от этого... Ох как меня пробило на актёрство, ты бы видел! Но потом началась каждодневная неинтересная рутина. Механические поебушки, от которых меня уже тошнило.

​Образно говоря, наверное неделю я не вылезала из его постели. Ещё ни с кем так не уставала, даже похудела. Как неудовлетворённые молодожёны, в медовый месяц, мы много трахались почти каждый день. Естественно он не пользовался презервативами, а я по привычке, побоялась просить не кончать в меня, хотя вполне бы могла под дурочку закосить... В общем через полтора месяца поняла, что беременна. Для меня конечно это был шок. Я, бляха муха, красивая молодая женщина, залетела от неопытного подростка и теперь должна просить его разрешение на аборт... Не удивляйся, так положено. Аборт только с разрешения... Ну просто после этой мерзкой процедуры пару недель секс противопоказан, поэтому нужно предупредить о временной нетрудоспособности, так сказать.

​Узнав о моей проблеме, этот шалопай, наприглашал таких же юнцов и их сопливых подружек и эффектно вывел меня без трусиков и лифчика, только в чёрных сетчатых чулках и босоножках на высоких шпильках. Я стояла голой и не знала, какую гадость ещё ожидать. А этот урод стал гордо хвастаться, что рвал мне целку, и сделал взрослую сучку беременной. Девчонки шептались и громко хихикали, а парни, судя по восхищенным взглядам, откровенно завидовали и пускали слюни. Потом я при всех делала струйный тест на беременность, а когда проступили полоски, меня, привыкшую кажется ко всему, решили наказать за медлительность, как будто скорость теста зависела от моей расторопности. Но спорить было бесполезно, поэтому молча подмылась и не одеваясь прошла в спальню. Сначала меня тупо лапали и совали шаловливые пальцы глубоко во влагалище, потом больно оттягивали соски и щипали сиськи. Особенно девицы изгалялись, видимо в отместку, что на меня заглядывались их ухажеры. Я терпела сколько могла, но не выдержала, завертела попой, когда эти стервы стали впихивать туда горлышко бутылки из под шампанского. За это дерзкое неповиновения меня долго трахали этой бутылкой во все места. Только почему-то настоящего секса не было, наверное парни своих девиц стеснялись. Больше всего я боялась, что не выдержу и на меня пожалуются. А ведь мне пообещали свободу, если проебусь без замечаний два летних месяца у этого юнца. Малейшая оплошность и всё придётся начинать сначала. Моя беременность никого не волновала - ну подумаешь взрослая шлюха-рабыня случайно залетела. Дальнейшему сексуальному развлечению со мной это не мешало. Наоборот пареньку льстило, что выданная ему в пользование сочная игрушка, забеременела впервые именно от него. Как ни странно, я его прекрасно понимаю и конечно претензий не имею. Юнцу просто повезло и он этим везением сумел правильно воспользоваться. Наигрался вдоволь живой куклой для секса, получил от взрослой привлекательной женщины всё о чём можно мечтать в его возрасте, потом обрюхатил послушную игрушку и легко отправил на аборт. Ни забот, ни хлопот, жениться не заставляют, за порчу имущества не ругают, денег не требуют. Офигительно, чего ещё надо парню? Идеальные половые отношения, без всяких обязательств. А что женщина на всю жизнь с клеймом позора останется, так это не его проблема, ведь как ты уже знаешь, по правилам, никакой ответственности за беременность рабыни не подразумевалось. Вообще! То, что запрещали предохраняться, наказывали инсеминацией или насиловали в неподходящие дни... - голос кузины предательски дрогнул. - Это всё никого не волновало. Считалась, что женщина сама виновата, в таком с ней обращении, и поэтому нет причин заморачиваться её проблемами.

​Поэтому ждать поблажек было глупо. Только вот если мне, из-за мелких придирок, прибавили бы время, то про разрешение на аборт можно забыть. А упрашивать и ползать на коленях не хотелось. Да и сроки поджимали. Рожать что ли потом от школьника??? Мрак!

​Все эти мысли мозговыносительным роем проносились в голове и я была готова терпеть любую пытку. Когда наконец наказания бутылкой закончились, меня била мелкая дрожь. Ноги сжать было больно, а попа и влагалище горели словно перцем посыпали. Уж лучше бы отдалась каждому желающему по-настоящему, чем так...

- Ты два месяца спала с девятиклассником? - уже не слушая, едва смог выдавить из себя я, нежелая верить сестре. 

- Да, а что тут такого? Стандартная ситуация. Нам сняли квартиру и трахались мы всегда там, ну не домой же мне к нему ходить. Ага, пришла я такая к нему, вся расфуфыренная, блузка в обтяжку, грудь выпирает, юбка короткая, ноги от ушей, каблучищи по пятнадцать сантиметров, дверь отец открывает, а я ему с порога, мол привет, я дорогая шлюха из клуба к вашему сыну, мы тут трахаться будем всю ночь, вы уж не обращайте внимание. Так? У меня было полчаса, чтобы после его СМСки приехать на съёмную квартиру и подготовиться. Опаздывать было нельзя, поэтому брала такси и неслась как ошпаренная. Первый месяц и на ночь приходилось оставаться. Я же говорю, у него в голове был только секс, секс и секс, - спокойно ответила она, словно не понимая, чему я так сильно удивлён.  

​Похоже сестрица всё же смогла разжечь во мне ревность. Мой член стоял и она наверняка видела это. Я словно в другом свете взглянул на свою обольстительную кузину. Распутство сестры меня возбуждало, вызывая противоречивые чувства - зависть к пареньку, который два месяца трахался с такой шикарной женщиной, и тихую, ноющую ревность к Вике, словно она изменила лично мне, когда не предохраняясь исполняла сексуальные прихоти моего ровесника. 

- Это же недопустимо так... Ладно бы любовь и всё такое, а то просто так с каким-то школьником, чтобы залететь ещё от него, - возмущенно выкрикнул я, с какого-то ляха приплетая сюда любовь. 

- Ты ничего не понимаешь, - не повышая голоса раздраженно отозвалась она, - и мыслишь стереотипами, как святоша. Ну почему взрослой женщине недопустимо заниматься сексом с парнем гораздо младше её, что за ханжество? Зачем чтобы трахаться нужна любовь, скажи? Ты опять никак не можешь понять, что на тот момент я была уже хорошо вымуштрованной  игрушкой для сексуальных развлечений. Игрушкой красивой, с очень хорошей фигурой, стройной и длинноногой, умеющей хорошо обслужить в постеле... Мужчины видели во мне только бесчувственную куклу для удовлетворения их самых смелых фантазий, эдакую безотказную смазливую механическую куклу с великолепным телом и гостеприимным влагалищем. Поэтому когда меня передали в пользование этому юнцу, отказаться трахаться с ним мне просто не могло прийти в голову. Я и сейчас не вижу ничего противоестественного, что между нами сразу начался активный секс. А что ещё молодой парень должен был делать два месяца с подаренной ему эффектной взрослой блядью, ну не стихи же мне читать. Он делал со мной всё что хотел, и мне приходилось терпеть любую его прихоть. В клубе мне всегда запрещали пользоваться средствами женской контрацепции, вот и с ним я сношалась, по привычке, не предохраняясь. Всё это я тебе уже рассказывала. По-твоему, раз я гораздо старше его и забеременела просто так без любви, то это позорно? Только, между прочим, практически все девушки, которых отдавали в пользование, покувыркавшись месяц со своими новыми владельцами, просто так или после специальных наказаний, залетали от них. И это считалось нормальным явлением. Даже шутили, что если клубная шлюха не сделала аборт от своего нового хозяина, значит она бережет себя для кого-то другого или с ней что-то не так. Иногда кстати так и было, после неудачного аборта некоторые девки не могли зачать. В нашем клубе вообще часто новеньких необъезженных женщин, целенаправленно доводили до беременности, укрощая их спесь и проверяя, так сказать, годность к оплодотворению. Вот после всего что ты услышал подумай, могла ли я с ним не трахаться?

- Отказалась бы принципиально, всегда же есть выбор. Наказаний что ли испугалась? Ты же такая опытная, потерпела бы. Зато аборт не пришлось бы делать, - продолжая злиться на сестру, ревниво пробубнил я, хотя уже жалел, что не сдержался.

- Вот тогда бы аборт точно пришлось делать, и скорее всего не один раз! - возмущенно встрепенулась Вика, словно я ляпнул несусветную фигню. -  Серёжа, ты просто никак не хочешь понять, что даже самая раскрасивая, гордая и принципиальная женщина, после воспитательных наказаний в клубе, выйдя под утро многократно изнасилованной во все интимные места, кардинально пересматривала своё поведение. Я не исключение. Мне тоже так сбивали спесь. Хорошо помню, как поклялась забыть гордость, отбросить все женские комплексы и быть послушной шлюхой, когда первый раз мне устраивали групповуху в комнате воспитательного секса. Это был непрерывный конвейер жестоких изнасилований. Я кричала, плакала, умоляла, пыталась вырваться. За мою несдержанность, напоследок, мне сделали очень болезненную инсеменацию, влив три шприца семени взятой из моей задницы. Я отключилась и пришла в себя на полу общего коридора, видимо после инсеминации меня, абсолютно голую, вытолкнули за дверь. Передвигаться у меня получилось только мелкими шагами, с остановками, держась за стенку, потому что низ живота схватывало словно я собиралась рожать, а из растраханного опухшего влагалища сгустками выходила желтая слизь мешанины спермы с сукровицей, которая неприглядно размазываясь по дрожащим бёдрам. Сидеть я тоже не могла, натёртый растянутый анус безумно саднил. Всё тело было в синяках и ссадинах. Особенно досталось грудям. Глядя в зеркало я видела крупные засосы на каждой груди и истерзанные воспалённые ореолы вокруг вытянутых сосков, словно меня всю ночь доили. Тогда я просто чудом не залетела, а вот воспаление матки долго пришлось лечить антибиотиками. И вот после всего этого ты рассказываешь мне про принципиальность и удивляешься, что я без предрассудков могу трахаться с кем угодно? Да я бы под любого легла, лишь бы меня больше не наказывали. 

- За что тебя так? - оторопело спросил я свою бесстыжую старшую сестрицу. 

- Ошейник специальный забыла надеть на вечеринке, - потупилась она, и покраснела, словно совершила, что-то из ряда вон выходящее. - Меня тогда перепутали со свободной женщиной и целовали в губы, а при сексе не кончали во влагалище, представляешь какой скандал получился...

​Сестрица тяжело вздохнула, и продолжила: - Так что не путай любовь с сексом, ведь это вообще не связанные между собой понятия. У меня сейчас тоже есть типа любимый мужчина, но я же вчера переспала с тобой. У нас был просто секс и я не вижу в этом проблемы, но сейчас мне нельзя забеременеть от тебя и поэтому приходится осторожничать, а тогда я слишком расслабилась... 

- Ага, так красавица расслабилась в кровати, что не рассказала ему, как мне, о своих залётных днях, - снова раздосадовано поддел я сестру. - Уставала бедненькая от секса, и не было возможности посчитать, да? Или не хотела портить настроение своему милому любовничку. А может просто он не догадывался, что взрослые девушки имеют свойство неожиданно беременеть?

​Из меня просто пёрла язвительность. Кто бы мог подумать, что моя взрослая сестрица такая шикарная развратная стерва. 

- Ты очень догадлив, я действительно вовремя не напомнила, - задумчиво процедила Вика и холодно скривила губы.

​Улыбка получилась издевательски высокомерной. Сестрица, будто бы придумывала ответную колкость, но видимо решила пойти другим путём. Ласковым противным голоском, растягивая слова, она вдруг спросила:

- Как сам думаешь, расчётливый хозяин разве станет просто так портить свою вещь, зная что она ему ещё много раз понадобится? 

- Это ты к чему? – насторожился я, догадываясь, что вопрос задан с явно провокационныминамерениями, и скорее всего сейчас мне будет опять неловко за свою глупую реплику.

- Вот представь, что с сегодняшнего дня, я обязана, скажем полгода или даже больше, отдаваться тебе по первому требованию. Ну проиграла себя в карты например, или ещё по какой причине. Не важно. Просто случилось так, что я оказалась в полном твоём распоряжении на длительный срок. Ты можешь меня трахать по своему усмотрению, хоть целыми днями подряд, можешь заставлять участвовать в групповухах, можешь даже отдать меня во временное пользование другому парню. Со мной можно проделывать что угодно, запретов нет. Ну ты же слышал, что я тебе сейчас рассказывала про сексуальные развлечения с хорошенькими женщинами, и фильмыты небось смотрел категории slave? Ведь так? Поэтому давай включай фантазию на полную!

​Я попытался робко возразить, но Вика жестом остановила мои оправдательные потуги.

- Просто представь и слушай, не перебивай, - и видя, как я виновато потупил голову, тихо и вкрадчиво продолжила. – В общем я превращаюсь в безотказную сексуальную игрушку, забавляясь с которой не надо задумываться о последствиях. Да, забыла сказать, мне конечно строго-настрого запрещено применять противозачаточные и уклоняться от попадания спермы во влагалище. Даже во время самых залётных дней мне нельзя избегать открытого секса, если ты так захотел. Считается, что это приучает к сексуальной дисциплине и служит отличным методом подавления излишней строптивости, но это я кажется тебе сто раз уже говорила. Короче никаких презервативов, контрацептивов и иных средств защиты от нежелательной беременности.Конечно, я обязана беспрекословно выполнять твои желания, а в случае малейшего неповиновения ты можешь применять наказания, вплоть до инсеминации. Также мне естественно нельзя самой выбирать партнёра для секса - трахаться нужно с тем, с кем мне укажут. Ты вправе вызвать меня в любое время, я должна сразу приехать куда ты скажешь. А когда мы трахаемся у меня дома, то ты можешь остаться на ночь, если вдруг после интимной близости захочешь поспать в обнимку с голой привлекательной взрослой девкой, со мной то есть. 

​Ну как тебе такой расклад? Нравится? Тогда продолжим, только потерпи задавать вопросы. И расслабься, отбрось обременительные нравственные предрассудки, они мешают тебе включить воображение. 

​Вика задумалась, коварно хмыкнула, словно ей в голову пришла интересная идея и опять обольстительно замурлыкала: - Итак, допустим я вся твоя и мне положено быть максимально услужливой и не задавать лишних вопросов. Вставать с постели без твоего разрешения мне нельзя даже когда ты уже кончил в меня. Сперма должна оставаться во мне до твоего ухода, только тогда я имею право бежать подмываться и приводить своё влагалище в порядок. Ясное дело, что мне запрещено носить трусики, бюстгальтеры, удлиненные юбки и брюки. Только мини юбки и дорогие, обтягивающие, коротенькие платья с глубоким декольте, чтобы мои стройные ноги, плоский живот и натуральные сиськи сразу привлекали внимание, а отсутствие лифчика и трусов сигналило о доступности. Тебе наверняка будет приятно видеть,как восхищенно разглядывают меня другие парни, завидуя обладателю такой породистой тёлочки. Ведь для посторонних людей я твоя старшая сестра с эффектной, запоминающейся внешностью, а для тебя и твоих самых близких друзей - всего лишь смазливая, длинноногая шлюха с отличной фигурой и большими буферами. Поэтому дома в твоём присутствии я обязана быть максимально обнаженной, а из одежды на мне могут оставаться только босоножки на высоком каблуке и тонкие чулки. Что ещё забыла?

 

Глава 12. Залётные дни

 

​Я не сразу понял, что обращается она ко мне. Слишком уж реалистично она описывала своё положение. Мой член уже предательски выпирал в плавках и поэтому, чтобы сестра ничего не заметила, я старательно делал вид, что эта пустая болтовня мне по барабану. Её вопрос застал меня врасплох. 

- Почему обязательно чулки? – только и нашёлся, что ответить я.

- Хорошо, чулки тоже запрещены, чтобы не мешали всем желающим облапывать мои бёдра, когда я стою рядом раздетой, - Вика опять чуть скривила губы в фальшивой улыбке. - Так нормально будет или есть ещё запреты? Можно много чего ещё напридумывать, например обязать меня постоянно ходить с вставленным анальным плагом, это своеобразное украшение в попе женщины. Видел такое? У меня дома где-то подобный плаг с кристаллом лежит, и есть ещё прикольная анальная пробка в виде лисьего хвоста. Но я отвлеклась... Давай не стесняйся, придумай, что бы ещё ты от меня потребовал.

- Да откуда я знаю, - пробурчал я, но слова сестры уже посеяли во мне азарт фантазировать всякие эротические дерзости и примерять это на Вике, отчего возбуждение только росло, вместе с бугром на плавках, а моя старшая сестричка видя это продолжила подзуживать.

- Ты только недавно обвинял меня в излишней стеснительности, а теперь сам застеснялся, как девственник. Попробуй изобрести такие правила, которые давили бы на моё женское самолюбие. Ведь я должна постоянно находиться на грани срыва, чтобы ты имел возможность применять наказания за допущенные мною промахи и нарушения, иначе будет сложно мною управлять.

​Я же тебе рассказывала, как наказывали Светку и как она неделями терпеливо сносила сексуальные пытки, а потом вдруг срывалась, буквально по ерундовым причинам. Поверь, у всякой женщины есть слабые места, которые делают её беззащитной и уязвимой. Особенно оскорбительно постоянно чувствовать себя подстилкой и выполнять унизительные правила. Поэтому есть вероятность, что рано или поздно любая, даже самая взрослая и выдержанная, кукла для секса сорвётся, разревётся, будет просить не наказывать её, или даже попытается отказаться трахаться. И такое поведение значит одно из двух, либо женщина перед очередным изнасилованием намеренно разыгрывает истерику, нагло полагая, что, если публично показывать свою внутреннюю чистоту и ранимость, то её пожалеют и не будут многократно пускать по кругу, либо нервы женщины действительно на пределе и ей безумно стыдно быть общедоступной блядью. Есть ещё вариант, что нервозность и паника могут происходить от боязни залететь, и этим страхом можно тоже довести женщину до неконтролируемого психологического срыва.

​В любом случае за малейшее неподчинение, за самое ничтожное нарушение сексуальной дисциплины, надо обязательно наказывать. Наказание должно быть обидным и желательно болезненным, чтобы строптивая красотка почувствовала себя морально и физически опущенной. Например для начала грубо взять её в попу, причём без смазки и предварительной растяжки, а после анального секса заставить вылизывать член. Ведь для некоторых девиц само анальное сношение уже оскорбительно, а уж грязный член вылизывать или глотать сперму вытекшую из задницы это совсем противно. Я уж про групповуху не говорю... В общем нужно добиться чтобы воспоминания от того что с ней вытворяли в процессе наказания, блокировали в дальнейшем все нравственные табу и глупые сексуальные комплексы. В результате выдрессированная женщина начинает привыкать без рассуждений отдаваться и безоговорочно подчиняться. Половой акт должен восприниматься примерно так же обыденно, как питьё кофе с хорошим знакомым. Никаких видимых недовольств или обид. Никаких заморочек относительно возможной беременности. Пришла; не задавая вопросов вышколенно быстро разделась; молча, легко и непринуждённо перепихнулась; и получив разрешение, сразу ушла, мило улыбаясь, всячески показывая, что очень довольна. Всё! Негативных эмоций живая кукла проявлять не имеет права. Вот тебе краткий курс воспитания хорошей сексуальной рабыни в домашних условиях, - сестра жеманно придвинулась ко мне и как бы случайно коснулась губами моего уха, многозначительно прошептав: - Примерно так ты бы мог вчера со мной развлекаться, я девушка не стыдливая...

​ Она резко отстранилась, чтобы видеть моё удивлённое лицо, и неприятно засмеялась. Стало понятно, что моя взбалмошная старшая сестрица просто издевалась надо мной. Но она опять придала лицу серьёзность и продолжила:

- Теперь давай опять представим, что ты сумел правильно воспользоваться правилами игры и, как я уже говорила, превратил меня в первоклассную услужливую сексуальную наложницу. Я обязана подчиняться, а ты придумываешь всевозможные запреты и ограничения, ну это мы уже обсуждали... Короче ты только-только начинаешь входить во вкус. Я без возражений, опасаясь наказаний, трахаюсь с тобой, а если надо то, с твоими друзьями. Вы частенько практикуете со мной жёсткий групповой секс и естественно всем наплевать, что я не предохраняюсь. Ты получаешь удовольствие от пользования своей любимой игрушкой. Тебе нравится ощупывать моё гибкое тело и по хозяйски оставлять лёгкие засосы на бёдрах и грудях во время любовных игр. Я старательно сдерживаюсь и не показываю вида, что очень бешусь, когда в самый залётный период, на очередной групповушке, в меня кончают все кому не лень. Иногда со мной трахаются по очереди, и ты даже ревнуешь свою взрослую сестру к приятелю, который специально грубо меня имеет, чуть не доводя до слёз, а потом нежно целует и успокаивает. Но плакать, а тем более отвечать на поцелуи я не имею права, поэтому сдерживаюсь и поднимаю раздвинутые ноги для следующего... Ну так далее и тому подобное, надеюсь суть ты уловил. 

​И нет ничего удивительного, что в первый же месяц такой активной половой жизни я залетаю. Ты сначала не веришь, но то что я беременна становится понятно по задержке месячных, ну а тест подтверждает мой залёт. Ты злишься. Конечно я не знаю точно от кого беременна, и это ещё сильнее тебя раздражает, потому что считаешь меня своей собственностью. Но затягивать нельзя, верно? Итак мне нужно как-то решать эту незапланированную проблему. Что ты думаешь по этому поводу? Какие предложения?

- Ну наверное тебе нужно делать аборт, - неуверенно предположил я. 

- Что значит наверное? - Вика импульсивно покрутила пальцем у виска, - разве у меня есть другие варианты? Нет, варианты конечно всегда есть, но я твоя сестра, не забывай про это. Или ты намекаешь, что мне надо рожать, а кто был последний, тот и отец? Только я вообще-то не готова становиться мамой непонятно от кого. Мне ещё замуж надо выйти для начала. Нет, я конечно не оспариваю право хозяина довести секс-рабыню до беременности, это оченьраспространённая ситуация. Даже когда рабыня залетает от собственного брата это тоже не имеет значения и вопросов не вызывает. Мы это всё с тобой уже обсуждали. Какая разница, в конечном итоге, от кого делать аборт, от брата или от парня с улицы. Но в любом случае, решение рожать или делать аборт изначально принимает сама женщина, исходя из обстановки. По правилам, затягивать срок беременности дольше пяти недель нельзя, если точно известно, что беременность от инцеста. В нашем случае стопроцентной уверенности, что я залетела именно от тебя нет, поэтому ты можешь тянуть с моим абортом семь недель, но это предельный срок, дальше у меня могут возникнуть проблемки. Все эти нюансы чётко прописаны в кодексе рабыни и своде правил. Поэтому если я не сделаю вовремя аборт, то ты нарушишь условия игры, и я автоматически получу свободу, надеюсь хоть это ты понимаешь.

- Вик, ну чего ты хочешь от меня услышать, - растерянно забубнил я, сбитый с толку. 

- Хочу услышать вразумительный ответ, стал бы ты специально заставлять свою старшую сестру трахаться с кем попало не предохраняясь, если бы знал самые мои залётные дни? А?Отвечай! - кузина вошла в раж и говорила на повышенных тонах, словно действительно всё происходит по-настоящему. Мне даже стало не по себе от реальности которую нарисовала Вика. 

- С кем попало не стал бы, наверное... - я наконец очнулся и стал понимать куда она клонит. 

- Опять "наверное"... Значит ни под кого бы не подкладывал, а просто трахал во все дыры своювзрослую сестру сам, пока она не залетит. А уж потом только отдал меня в групповое пользование. Так?

- Нет, - покрасневши, тихо выдавил из себя я. 

- Это конечно мне лестно услышать от тебя, но на главный вопрос ты так и не ответил. 

- Опять что ли про безопасный... - сообразил я, но Вика уже меня перебила. 

- Да опять про безопасный трах, и не притворяйся простачком, всё ты прекрасно понял. Получается ты знаешь в какие дни я попадаю, но никаких действий не предпримешь? И тебе не будет жалко портить свою живую игрушку?

Сестрица очень выразительно облизала губы, продолжая смотреть в мою сторону.

-  К тому же не забывай, я твоя сестра и беременность от тебя только осложнит наши дальнейшие отношения, особенно если об этом будет знать кто-то ещё. Конечно аборт ни к чему не обязывает, но вдруг что-то пойдёт не так... Понимаю, что для тебя это не аргумент, тогдаподумай вот ещё над чем. Сколько ты не сможешь пользоваться мной в случае, если аборт пройдёт не гладко или возникнут осложнения? Как минимум, месяц без секса и постельных развлечений с безотказной, умелой женщиной. То есть, вместо того, чтобы целый месяц получать реальное удовольствие, трахая меня сколько душе угодно, ты будешь только смотреть дешевую порнуху на компе. А теперь проанализируй все минусы от беременности. Не проще ли не спускать в меня в самые залётные дни? Врубился? - сестра снисходительно смотрела на меня, словно учитель на не выучившего урок двоечника. А когда пауза начала тяготить, назидательно вывела резюме:

- Вот для этого я всегда знаю свой менструальный цикл и ненавязчиво могу тебя предупредить, когда надо соблюдать элементарные требования безопасности. Заметь, всего лишь предупрежу, а уж решать тебе – я же не могу отказаться от интимной близости. Дошло?

​Чего ответить я не нашёлся, но уже зная как Вика любит поговорить на всякие пикантные темы, показывая мне степень своего бесстыдства, решил подзадорить её. 

- Я недавно про внутриматочную спираль читал... Почему себе не хочешь поставить? Тогда бы тебе предупреждать не нужно было.  

​Вика глянула удивлённо. 

- Браво, в правильном направлении мыслишь. Только опять есть кое какие нюансики... - произнесла она сухо. - Спираль, если бы я только с тобой спала, конечно не даст произойти зачатию, но когда партнёров много, то из-за неё я рискую воспаление получить. Из матки во влагалище выходит нить от спирали, за неё спираль извлекают. Так вот из-за нити, вход в матку открыт для бактерий, а бактерии могут быть разные. Помнишь мы говорили, что по правилам со мной возможен любой вид секса. Вот и представь сколько всякой инфекции может попасть напрямую в матку, когда сразу после анального секса следует вагинальный... При групповухе, сам понимаешь, это неизбежно. Рот, попа, влагалище, опять в рот... И так по кругу много-много раз. Ты же не откажешь себе в удовольствии попользоваться мной по самой полной программе, пока есть такая возможность, и будешь прав. Я ведь твоя собственность и только ты решаешь, как меня использовать. Так что внутриматочная спираль, как средство защиты, к сожалению, отпадает. Остаются ещё гормональные препараты, но они требуют каждодневного приёма, да и пить бы их пришлось тайком, ведь предохраняться без разрешения мне категорически запрещено, ты хорошо знаешь про это обязательное правило. Я же не дура на инсеминацию нарываться... Остаётся только предупреждать о днях когда кончать в меня нежелательно.Надеюсь я тебя убедила?

​Кузина откинулась на спину давая понять, что разговор закончен. А я молча, с увеличивающимся наслаждением разглядывал её очаровательные кремовые бёдра и ровный плоский живот, жадно прокручивая в голове услышанное. Меня не покидало дурное влечение к моей обольстительной старшей сестре, словно всё о чём мы только что говорили, произошловправду между нами. Реалистичности добавлял тот факт, что Вика сознательно приводила примеры на самой себе, а не абстрактно. Я даже почувствовал настоящую вину за мифическую беременность сестры. Ловко она меня прогрузила всей этой порнографической фигнёй. Выходило, что вполне возможно Вика вчера была готова играть, как она выражалась, по правилам, но я как дурак упустил момент, хотя с таким же успехом, все эти скабрезные разговоры ничего не означали. Сестрица возможно уже не знала чем ещё доказать свою взрослость и как заставить меня не вспоминать её вчерашнее проколы, поэтому отчаянно строила из себя отвязную супер давалку. А может просто так хитроумно развлекалась, сначала настойчиво заигрывая со мной, а потом резко загоняя в тупик своим медицинским прагматизмом. Причём в рассуждениях на скользкие порнографические темы, Вика никогда не ставила под сомнение саму возможность подвергать женщину сексуальному насилию. Совершенно не осуждались наказания и издевательские запреты. Даже невозможность предохраняться преподносилась, как обычное правило не подлежащее обсуждению. 

​Скорее всего Вика действительно получала удовольствие наблюдая как я возбуждаюсь, краснею и смущаюсь слушая этот циничный бред. Смакуя подробности, она всякий раз незаметно отслеживала мою реакцию и если видела, как украдкой я шарю взглядом по её грудям, животу и бёдрам, то демонстративно принимала очень эротичные позы. Кузине явно нравилось шокировать меня своими распутным вольномыслием. Иначе я не мог объяснить поведение сестры. Сравнивая себя с вещью, которую насильно довели до беременности, кузина постаралась максимально сгустить краски, чтобы было понятно почему живую игрушку надо оберегать от аборта. Возразить мне было нечем, да и не нужны были никакие возражения, ведь проверить, как Вика поведёт себя в реальности, возможности не предоставлялось. 

​Словно поняв о чём я думаю, она приподнялась и спокойно произнесла:

- Вчера я тоже знала, что в самом конце недели у меня будет наиболее опасный период. При этом, пару дней в запасе у меня оставалось. Прости конечно, что назойливо призывала тебя к осторожности, но лучше перебдеть чем недобдеть. Ты согласен? Хотя ты всё равно меня не послушал... 

- Получается ты по любому не могла залететь, – констатировал разозлившись я. Мне уже порядком поднадоели, Викины, заумные перестраховки, многозначительные недомолвки и затейливые рассуждения. – Зачем тогда эти долгие разговоры про дурацкую беременность?

- Ух, ну как же по-простому объяснить... Вот смотри. – Вика подняла длинный прутик, - Если я его буду перегибать, где он сломается?

- Посередине, наверное, - предположил я, особо не задумываясь. 

- Верно, - кивнула она, - там возможно и должен. А возможно и нет. Вот сейчас посмотрим, как будет на самом деле.

​Прутик сломался сбоку, прямо около её руки. Кузина выразительно посмотрела на меня.

- Все эти расчёты очень условны. На самом деле, если овуляция будет, например в воскресенье, то можно не предохраняться до четверга. Просто всегда берётся с запасом, на всякий случай. Понял наконец? 

- Не совсем, - не вникая ответил я. – Тогда чего ты боялась, если столько времени в запасе до воскресенья есть.

- Сколько уже можно… Повторяю ещё раз. Я ничего не боялась, не придумывай, хватит каждый раз меня этим подковыривать, - с нотками лёгкого негодования воскликнула она, - просто рисковать не хотела. Совсем точно рассчитать овуляцию нельзя, вдруг раньше наступит. А твой сперматозоид может прожить во мне, вернее в моих маточных трубах, несколько дней. А потом хренак, и я беременна. Тебе то конечно пофигу, а мне опять аборт… Ты знаешь, что чувствует женщина после аборта? А как его делают? Чего молчишь? Думаешь всё так безобидно... Насамых ранних стадиях это таблетками можно сделать, а поздней только вакуум-аспирация иливовсе выскабливание, очень неприятно знаешь ли… И обидно… И... 

​Вика ещё, что-то запальчиво пыталась мне объяснить, но я её уже не слушал. Всё это время я возбужденно обдумывал идею, как заставить Вику опять выполнять мои желания. Уж ябы теперь был смелей и вдоволь наигрался с этой гордячкой. Как будто нарочно, она опять, показушно снисходительно покачав головой, сказала, что таким необученным мальчикам, это она про меня так, вообще бы надо запретить о сексе помышлять до тех пор пока не повзрослеют, чем сильно меня уколола, подтолкнув ещё раз помечтать, как бы мы долго и смачно трахались, окажись сейчас сестрица в моей власти. Ещё я представил, какие унизительные желания заставил бы её выполнять, чтобы сбить эту высокомерную спесь, присущую обворожительным и амбициозным стервам, к которым уже причислил свою кузину.  

 

Глава 13. Поучительный рассказ

 

Словно в насмешку над моими мыслями, моя заносчивая сестрица, продолжая тему прерывания беременности, ни с того ни с сего, опять переключилась на свою знакомую по клубным играм,Иру и её младшего брата, про которых она уже рассказывала совсем недавно. 

- Вот Ирку направили на вакуумный аборт, потому что дотянула до восьмой недели. У неё перед этим цикл сбился, видать поздно поняла... А ведь я предупреждала Андрея, что при частом открытом сексе, нужно заставлять свою сестру каждую неделю делать тест на беременность, 

- Так это она от своего младшего брата всё же залетела? Ну ни фига себе! - воскликнул я удивлённо, не дослушав. - Ты ничего про это не говорила. Реально прям от брата забеременела?

- Не говорила потому, что не спрашивал... Конечно от своего младшего брата, Андрея, они же вообще не предохранялись. Я специально на этом твоё внимание заострила, вспомни. Мог бы и сам догадаться, чем заканчивается для женщины насильный секс без контрацептивов. Или после всего что ты узнал про правила slave-игр, тебя сильно удивило, что подневольная взрослая девка оказалась беременной от собственного брата? - Вика пристально впёрлась в меня хищным взглядом. - Можно подумать, окажись на их месте мы, тебя бы очень заботило залечу я или нет.  

- Ну это как-то неправильно, - вяло запротестовал я, опять поражаясь Викиной циничности. 

- Какая разница от кого первый раз беременна сексуальная рабыня? Это вообще дело десятое. Главное что теперь, после аборта, по правилам, ей можно будет законно пользоваться целый год противозачаточными, правда только вагинальными и всего пять раз в месяц, но лучше так, чем ни как. Конечно во время наказаний контрацептивами пользоваться бесполезно, ну так веди себя так, чтобы не наказывали. Ирке я тоже долго втолковывала, что пофигу от кого делать аборт.Залетела бы первый раз не от него, значит с кем-то другим до беременности дотрахалась, или вообще после групповухи, непонятно от кого. Как будто у неё мог быть был выбор. А так хоть примерно знала, что вроде от своего брата беременна после инсеминации, и то хорошо. В любом случае сначала была обязана пройти через полное сексуальное подчинение, а потом, заслужитьразрешение трахаться по любви. Винить нужно только саму себя, что нарушила кодекс рабыни и посмела иметь личную жизнь. Нехрена нагло спать с любовником, брат тут ни при чём. Не смогла вовремя унять свой гонор поэтому была наказана инсеминацией. И пусть считает, что ей очень повезло, что осеменение производили чистой спермой младшего брата...

- Но она встречалась с серьёзными намерениями, ты помню сама так сказала, - робко возразил я, испытывая жалость к этой Ире. 

- Ты что дурак? - взвилась моя старшая сестрица. - Не отработав под братом, кто бы ей разрешил замуж выходить. Бабу извините насилуют, чуть ли не через день, а ей подавай высокой и чистой любви? Ага щас! Сперва, как все, через субботники пройди, послушной секс-куклой побудь, несколько абортов сделай, привыкни к растраханной вагине и постоянному вкусу спермы во рту, а уж потом про счастливое замужество думай, если к тому времени на чувства будешь способна, - зло закричала Вика, словно я сказал, что-то совершенно глупое и вульгарное. Кузина похоже в этот момент думала о чём-то своём, поэтому не сдержалась.

​Увидев моё изумление, Вика почувствовала, что прокололась, и опять напустив на себя притворное спокойствие, проговорила:

- Все их серьёзные намерения легко зарубили на корню. Прямо во время очередной ебли, Андрей заставил позвонить плачущую Ирку своему парню, и та, задыхаясь от секса, слёз и обиды, заученно сообщила, что любит другого, хочет от него ребёнка, и сейчас замечательно трахается с ним. Простое и правильное решение. Братик просто красавец, отлично придумал. Тут же на Иркин телефон приходит смс, что мол пошла нахер прошмандовка, ебись с кем хочешь блядина, забудь, что я предлагал тебе жениться... Ну и тому подобные оскорбления. С Иркой сразу истерика конечно, ноги сжимает, вырывается, кончать в себя брату не даёт. Как нашло на неё. Словно не понимает, что только, что подписала себе приговор. От неё такой глупости никто не ожидал. На ровном месте нарвалась на наказание инсеминацией, и до кучи автоматически на три месяца продлила свою зависимость от прихотей братца. Потом конечно очухалась, поняла во что ей эта глупая истерика выльется, просила прощение, на коленях голой ползала, умоляла не наказывать. Андрей лишь ухмылялся. 

​О своей беременности, Ирка по недосмотру, узнала поздно, поэтому первый аборт она перенесла тяжело, две недели приходила в себя, прежде чем опять легла под младшего брата. Так у неё на лобке появилась первая метка: ярко жёлтая бабочка в самом низу треугольника, прямо над выпуклостью половых губ.  

​Не помню говорила или нет, наш клуб и женская клиника плотно сотрудничали. Каждой девке выдавалась специальная клубная карта на бесплатное обслуживание. По ней записывали к гинекологу, делали гименопластику, консультировали при возникновении всевозможных проблем, брали анализы, проводили аборты. По номеру карты, новый владелец женщины, мог войти в базу и узнать всю медицинскую информацию, включая перенесённые заболевания, беременности, рефлорации, и тому подобные интимные сведения вплоть до графика менструального цикла. Также в самом клубе велось полное досье, в которое заносились провинности, наказания, примерное количество секс-часов. Были там конечно и фотографии во всех ракурсах, пополняемые по мере желания хозяина женщины. Андрей любил устроить сестре встряску и многие фотосессии проводил прямо на дому. Это я к тому, что подневольная Иркадаже дома не могла просто так соскочить с темы.

​Долгое время эта дрессированная кукла вела себя чересчур послушно, даже после группового секса перестала бегать подмываться, просто протиралась салфеткой и с полным влагалищем спермы спокойно болтала по телефону. Раньше, после такой карусели, Ирка, иной раз слезу пускала, а дождавшись разрешения сломя голову неслась в душ, и потом ещё целую неделю ходила сама не своя. Загадка перемены поведения прояснилась, когда эта наглая стерва попалась на запрещенных противозачаточных.  

​Это я посоветовала Андрею хорошенько последить за своей старшей сестрицей. Объяснила, что принадлежащая ему женщина подозрительно беззаботно ведёт себя после сеанса открытого группового секса.

​Братец меня послушал и буквально через день застукал дома, как она по утрам тайком пьёт марвелон. Это гормональные контрацептивные таблетки, а ей, как ты помнишь, можно было пользоваться только вагинальными противозачаточными и то, не более пяти раз за месяц.Сразу стала понятна причина спокойствия этой хитрой подстилки. И опять всё кончилось для неё слезами и очередной истерикой, когда во время изнасилования, привязанной к столу Ирине, надорвали бутылкой передний свод влагалища. Андрей всегда придумывал болезненно обидные наказания для своей старшей сестры. Потом она опять просила прощение и любвеобильно трахалась с братом почти через день. А спустя пару месяцев она сделала свой второй аборт. Ещё одно клеймо на бритом лобке окончательно сломало внутренний стержень Иры. Красная звезда красовалась чуть выше и левее бабочки. Мне было чуточку жалко Ирку. Правда. Красивая стройная женщина превратилась в дармовую потаскуху, готовую трахаться с утра до вечера с кем угодно. Потом, как ты знаешь, я тоже была в некотором роде занята, а когда мы в клубной раздевалке пересеклись, то на лобке заметно похудевшей Иринки уже красовалась свежая татуировка, на сей раз большая грязно-серая ромашка. Сразу стало понятно, залёт получился от групповухи, и что очередной аборт она делала сравнительно недавно. Причём по её депрессивному состоянию можно было предположить, что третье прерывание беременности прошло не гладко. И точно. Когда разговорились, Ирка нехотя подтвердила, что третий залёт был самым обидным, а аборт получился проблемным и с нехорошими последствиями. Рассказывать подробно она ничего не захотела, но потом я случайно узнала, что произошло.  

​Иркин братец, паршивец мстительный, без предупреждения, как нарочно, внепланово отдал её, в самый неподходящий день, на платный сеанс молодёжной групповухи, вместо какой-то заболевшей девки. А она, словно неопытная идиотка, понадеялась на противозачаточные и побоялась заранее предупредить брата про свой залётный период. В итоге Ирка глупо израсходовала за сеанс все пять, положенных ей на месяц, вагинальных доз контрацептивов, а вечером её ждал неприятный сюрприз. Усталая и затраханная, она узнала, что по сегодняшней групповой ебле к ней есть претензии и серьёзные замечания. Во-первых, она громко вскрикнула и попыталась вырваться, когда в попу вводили одновременно два члена; во-вторых, она трахалась как механическая кукла, без энтузиазма; и в-третьих, в момент семяизвержения партнёра, она не всегда до упора насаживалась на член, хотя по правилам, Ирка была обязана сделать встречное подмахивающее движения, чтобы половой орган партнера скрылся полностью в её растянутом влагалище, касаясь головкой шейки матки. Конечно последнее нарушение было надуманным. Правило на практике редко соблюдалось, да и не всегда женщина в реальной групповухе могла отследить, кто и куда ей кончает, чтобы вовремя удержать извергающийся член поглубже в себе. Ну и сам понимаешь, многое зависело от позы в которой женщину использовали. Тем не менее, если не к чему было прицепиться, то и за это правило можно было обидно наказать. Ведь, по сути, такое несуразное нарушение, можно было раздуть и квалифицировать как использование неразрешенных противозачаточных методов. А это уже очень серьёзное нарушение, грозящее женщине групповым воспитательным сексом с последующей инсеминацией. 

​Вот именно по этому сценарию Андрей решил раскрутить провинность своей старшей сестры. Ирка, узнав, о такой трактовке своего обычного мелкого нарушения, поняла, что её специально подставили и запаниковала до нервных слёз. Стоя обнаженной перед развалившимся в кресле младшим братом, она всхлипывая сбивчиво пыталась объяснить про овуляцию, и настырно твердила, что без презервативов и противозачаточных неизбежно третий раз залетит. Потом разревелась, и вместо того чтобы смириться, стала нахально упрашивать отменить наказание, что, как ты сам наверное догадываешься, совершено недопустимо для клубной женщины. Естественно после такого неприкрытого хамства, Андрей отменять наказание не стал, а чтобы проучить обнаглевшую мерзавку, надавал, задыхающейся от обиды Ирке, пощёчин и перегнув её через спинку дивана, специально очень грубо, без смазки, оттрахал в задницу, причём кончил нарочно своей старшей сестрице в вагину. После этого объявил этой использованной шлюхе, что завтра она будет наказана двойным сеансом группового воспитательного секса, естественно без средств контрацепции. Голая плачущая Ирка, стоя на коленях, стала умолять брата хотя бы перенести наказание на неделю. Своё малодушное, непристойное поведение, она, пыталась оправдать какими-то ерундовыми домыслами, что если с прошлого аборта прошло только три месяца, то не желательно опять запрещать женщине предохраняться. Но на самом деле никаких поблажек на этот счёт не существовало, провинившаяся женщина была обязана вытерпеть любое наказание, вне зависимости рискует она залететь или нет. Даже при сто процентной уверенности, что наказание приведёт к беременности, женщина не имела право о чём либо просить. Ирка это отлично знала, поэтому попыталась схитрить, правдоподобно уверяя Андрея, что гинеколог не рекомендовал ей залетать в ближайшие пару месяцев. Андрей оказался молодцом и не повёлся на Иркин обман. А чтобы позлить нервничающую сестру, в дополнение к основному наказанию, назначил ей фотосессию после сеанса принудительного воспитательного секса. Любил он фотографировать свою шикарную взрослую сестричку в самые нелицеприятные моменты её падения, издевательски выделяя крупным планом лицо сосущей Ирки, её замечательные ярко накрашенные губы плотно обхватывающие очередной член, её приоткрытое после соития влагалище, густо истекающее спермой, и яркие абортные татуировки на лоснящемся лобке. Ирка всегда жутко бесилась от таких похабных фотосессий, отворачивалась, сжимала холёные стройные ноги, закрывала глаза.  Все эти нарушения служили хорошим поводом дополнительно наказать сестру за проявление стыдливости. 

​Представляю каково было Ирке принудительно заниматься групповухой на следующий день, надеясь на сомнительный авось. Не пронесло конечно, как и следовало ожидать Ирка опять попала. Только беременность на этот раз оказалась проблемной, внематочной, - Вика сделала паузу и вопросительно посмотрела на меня, ожидая видимо, что фраза не оставит меня равнодушным. Но о внематочной беременности я ничего не знал, поэтому слова сестры впечатления не произвели. Не дождавшись ответного интереса с моей стороны, кузина раздраженно повысив голос спросила:

- Знаешь хоть, что это такое и чем грозит женщине? - сестрица опять с видом экзаменаторши, сверлила меня пренебрежительным взглядом поверх очков, который раз вгоняя в краску. 

​Я отрицательно помотал головой, снова чувствуя полное превосходство сестры в вопросах секса и его последствий. Вздохнув, Вика чуть скривила губы в усмешке, видимо удовлетворённая моим конфузом. 

- Вижу ты совсем не подготовлен в теоретических вопросах, - продолжая корчить из себя учительницу, делано грустно заключила сестрица. - Ох, и чему вас в школе учат? А ведь всё должно быть понятно уже по слову внематочная. То есть беременность не в матке, как природой определено, а в другом месте. Иными словами оплодотворённая яйцеклетка не доходит до матки, а прикрепляется и начинает развиваться, как у Ирки, прямо в маточной трубе. Если такую беременность вовремя не прервать хирургическим путём, то последствия будут печальными. Обычно трубу рассекают и удаляют яйцеклетку, но бывает и хуже. Но в любом случае это в дальнейшем сказывается на репродуктивной функции женщины. 

​Естественно Ирка о своей внематочной беременности не догадывалась. По анализу крови она уже через неделю знала, что залетела после воспитательной групповухи, хотя простенький тест на беременность ничего в самом начале не показывал и это было странно. Ирка сильно нервничала, что Андрей тянет с разрешением на аборт, поэтому по глупому сорвалась и накричала на него дома. За такую очевидную наглость, Андрей наказал свою старшую сестру длительным подвешиванием грузиков на малые половые губы, а заодно отсрочил ей аборт на две недели. На ранних сроках ничего страшного в такой отсрочке нет, но женщину сводит с ума постоянное чувство, что внутри что-то есть чужое, особенно если беременность от изнасилования. Обычно так поступали с привлекательными необъезженными девицами, чтобы сразу обломать спесь от завышенного самомнения о своей внешности и приучить спокойно относится к случайным залётам; ну а заодно внушить мысль, что от рабыни ничего не зависит, даже такое сугубо интимное решение рожать или делать аборт. Я сама через это прошла, хотя и понимала, что накручиваю сама себя, но ничего поделать не могла, не спала по ночам и совсем не ела. Вот и Ирка, по её рассказам, испереживалась вся так, что есть не могла, но скрипя зубами продолжала изображать удовольствие, трахаясь с младшим братом. К концу второй недели она стала замечать ноющую боль в нижней части живота, сбоку, особенно после интенсивного полового акта. И только когда пошла делать УЗИ, обнаружилось, что у неё внематочная беременность, в левой фаллопиевой трубе. Ирке очень повезло, что плодное яйцо не разорвало маточную трубу, иначе её пришлось бы удалять. Врач настоятельно советовал, не делать больше абортов, выйти замуж и скорее рожать. Промедление грозило ей бесплодием. 

​В итоге, за время проведенное в сексуальном услужении у своего брата, она три раза залетала. Причём, два раза от него самого, чего при обычном инцесте стараются не допускать. 

- Но ведь допустили, - пробурчал я. 

- Так ведь Ирка сама спровоцировала такое обращение с собой. Если бы она с самого начала не показывала характер и не нарушала правила так очевидно, то возможно проблем было меньше. Интенсивно протрахалась бы с братом пару-тройку месяцев без замечаний, и аля-улю гудбай май лав, на свободу с чистой совесть.

- Можно же было как-то по другому наказывать, она ведь сестра... - не унимался я, но Вика меня не дослушала. 

- Как по другому? Она что особенная, или трахается лучше меня? - искренне возмутилась кузина. - Я тоже спала с Андреем не предохраняясь, когда у нас обмен партнёрами был. Специально попросила, что бы меня ему отдали, было интересно посмотреть, чему его научила старшая сестра. Чего он только со мной не вытворял в плане секса, всё сравнивал выдержку и умение своей сестры Ирки с моей. В итоге остался очень доволен и потом, участвуя в обменах, выбирал обычно меня. 

- Так ты и с ним тоже... - не сдержавшись воскликнул я, ощущая как во мне опять занудела червоточина тихой ревности.

- Конечно, он же был почти член клуба.., - Вика недоумённо смотрела на меня, словно я сморозил чудовищную глупость. - Я, знаешь ли, трахалась со всеми не меньше Ирки. А то что она беременела как кошка, так это организм видимо такой залётный. 

- Так она ведь от собственного брата, - опять вернулся я к засевшей в мозгу теме инцеста.

- Далась тебе эта ерунда, - поморщилась Вика раздраженно. - Лично я считаю, если совершеннолетняя провинившаяся рабыня, залетает от своего воспитателя, которым, волей судьбы, оказался её младший братик, то уже какая разница, кем они друг другу приходятся. Говорила же тебе, любая женщина в нашем клубе это прежде всего обворожительная секс-кукла для развлекательного совокупления, а уж потом родственница или даже сестра. Если отбросить пустые формальности, по факту, половой акт с сестрой, принципиально ничем не отличается от полового акта с любой другой клубной шлюхой. Главное ведь получить удовольствие от процесса, остальное предрассудки. В правилах не сказано, что трахаясь со своей сестрой без презерватива, нельзя в неё кончать, потому что она, видите ли, может залететь. Там только написано, что рабыня должна быть совершеннолетней и при запрете на противозачаточные, она обязана принять сперму партнёра как можно глубже во влагалище. И всё! А дальше уже как повезёт... Поэтому беременность взрослой сестры от своего младшего брата можно считать вполне допустимым побочным недоразумением, ответственность за которое никто не несёт. Это только секс, ничего личного. Кончая в меня вчера, тебе ведь было безразлично, кем я тебе довожусь. Ты просто использовал меня в качестве безотказного трахательного станка. И если я забеременею от тебя, после вчерашнего, то это точно будет лишь моей головной болью. Так ведь, согласись?

Оборвав своё занудство, Вика деловито сказала, что больше мне знать не обязательно. Передавая свои ощущения, сестра смаковала, подробно расписывая каждый эпизод. Она прямо сделала из себя и Ирины супер-пупер давалок. Уж не знаю, придумала кузина всё, или на самом деле эту смачную Иринку так подло подставил братец, но откровенность рассказа будоражила воображение и поднимала бугор на моих плавках. А Вика, опять видя моё невольное смущение, специально принялась натирать кремом свои длиннющие стройные ноги, подливая масла в огонь моего вожделения. У меня даже сложилось впечатление, что она нарочно накаляет обстановку, наслаждаясь оказываемым воздействием. Сестрица, словно в отместку за вчерашнее, доводила меня до кипения своими накрученными рассказами и эротическими позами, но не давала выхода моему возбуждению.

 

Глава 14. Шантаж действует

 

Эта неоднозначная история добавила мне желания на полную катушку раскрутить Вику. И одноразовым сексом она бы уже не отделалась. Вот тут я и вспомнил про Викины эротическиефотографии. 

Вот оно - средство сделать её сговорчивее. У меня почти сразу возник план. Оставалось найти подходящий момент, и наступил он довольно скоро.

Уже собираясь идти домой, Вика вдруг попросила сфотографировать её на фоне реки. Вид и впрямь был отличный. Она в купальнике прислонилась к берёзе, а на заднем плане изгибалась река и зеленел заросший высокой травой, луг. 

- Оставь эту фотку на память, хоть и не голая, но хорошо здесь получилась, - весело пошутила она, просматривая фотографию на телефоне. – Конечно совсем раздетой я бы более соблазнительнее выглядела… Или ты так не считаешь? 

Я не стал вступать с ней в дискуссию, пусть издевается. Самомнения ей не занимать.

- Бдительность превыше всего, поэтому уж извини, фотографироваться без купальника сегодня не буду, я же порядочная незамужняя девушка, - пафосно продолжала паясничать Вика, - которую дома ждёт ревнивый жених.

- Вот незадача, - невинным голоском пропел я, - а у меня остались фотографии где порядочнаядевушка, как непорядочная, лежит голая и раздвигает поднятые ноги… И что же теперь делать если жених это случайно увидит?

- Что-то не поняла про, что ты? - Вика даже сняла тёмные очки, пытливо глядя на меня.

​Потянув паузу, я рассказал про оставшиеся копии тех самых снимков, которые она считает стёртыми. А ещё намекнул ей, что могу их в интернете разместить, где фотки разбегутся так, что может и женишок увидеть. В её глазах отчетливо стало проглядывать беспокойство.

- Замечательно ты там получилась, все подробности видно, - съязвил теперь уже я, - кому показать, рты разинут. 

Ну а чтобы окончательно добить, вмиг погрустневшую, сестрицу, пришлось показать ей на экране телефона несколько вчерашних фотографий.

- Только давай без глупостей, у меня ещё копии есть, - добавил я, видя, её намерение выхватить у меня телефон. – Ну и как ведут себя порядочные незамужние женщины в такой ситуации? - скабрезно намекнул я.

Вика молчала, сосредоточенно что-то обдумывая. Лицо её выражало то озабоченность, то злость, то растерянность. Наконец она натянуто улыбнулась и устало вздохнув, словно отгоняя прочь сомнения, произнесла преувеличенно развязно:

- Готова отработать, так сказать, натурой. 

- Это как? – не показывая заинтересованности, отозвался я.

- Переспим как вчера… - артистично смутилась она.

- Маловато будет, за такие шикарные снимки, - начал набивать цену я.

Сестрица изумлённо подняла брови, явно не зная, как реагировать на мою дерзость. Да я и сам запаниковал, от своей поспешной смелости.

- Опять посмотреть тебя голой и быстро перепихнуться, уже не интересно, - добавил я изображая скуку.

На самом деле я, с замиранием сердца ждал, что ответит мне сестра, и уже был готов принять её условия, но Вика пожала плечами и понимающе закивала, после чего, стараясь не показать волнение и свести в случае чего все к шутке, робко предложила:

- Давай придумай сам, что бы ты от меня хотел. Я выполню, а ты снимки уничтожишь, такой вариант устраивает?

- А если не сможешь выполнить? – мне очень хотелось уколоть её самолюбие.

- Постараюсь не разочаровать тебя, - парировала она, и тут же строгим тоном женщины знающей себе цену уточнила. – Только сразу говорю, бегать голой по улице или опять фотографироваться точно не буду.  

Я ответил, что вечером видно будет, переведя разговор на другую тему. Мой план явно удался, кузина была на крючке. Теперь она обязательно вернется к этому разговору, поэтому можно было не спешить.

Вечером, после нескольких попыток правильно закрепить телевизионную антенну на крыше дома, мне удалось наконец настроить телевизор. Теперь хоть было чем заняться, когда совсем стемнеет. Хоть солнце клонилось к закату, на улице было достаточно светло и жарко. Я выволок из сарая старый велосипед, решив немного привести его в рабочее состояние. Рабочее - это сказано сильно конечно. Казалось, он был живой и обладал шкодливым характером. Разобрав и смазав заднюю втулку, я никак не мог устранить появляющийся после каждой затяжки люфт. Простое занятие вызывало кучу эмоций. Велосипед сдаваться не хотел, так же как и я. Сражение с механикой прервала темнота и её лучшие друзья комары. Эти маленькие сволочи так усердно находили бреши в одежде, что порой казалось, кто-то руководит ими, специально выбирая самые ответственные моменты. Плюнув на разобранный велосипед, мне пришлось ретироваться от ненасытных маленьких кровососов, в дом.

В комнате кузина расположилась на диване с чашкой чая, смотря телек. Я тоже наскоро сварганил пару бутербродов и наполнив кружку, сел рядом. Вика никак не отреагировала на мое присутствие. На экране две головы дискутировали о вечной жизни, обсыпая друг друга непонятными химическими названиями, ну в общем меня это не захватило. Новости меня интересовал гораздо больше, и я уселся с компом в кресло читать, краем глаза иногда поглядывая в сторону кузины. Странное дело, через некоторое время Вика сама попыталась привлечь мое внимание.

- Душно-то как у нас. Надо было на это окно тоже сетку повесить, чтобы открывать.

Теперь уже я старательно делал вид, что все мое внимание поглощено чтением и ничего происходящее вокруг не замечаю. Еще немного посидев, Вика сняла футболку, пару раз обмахнувшись ей. На ней остались красивый черный бюстгальтер и шорты. Очень возбуждающее получилось зрелище. Я ждал продолжения нашего разговора.

- Придумал, как мне расплачиваться за фотки? - наконец не выдержав, спросила она.

Отложив нетбук, я сделал вид, что задумался, разглядывая при этом ошеломительно стройные ноги кузины. Вика перехватила мой взгляд и встав, сняла шорты. Теперь она была только в вызывающих черных кружевных трусиках и подстать им бюстгальтере. Она всячески намекала о своем согласии к любым условиям. 

- Да, есть одна смелая идея, но даже не знаю, как ты её воспримешь. Вдруг тебе не понравится, - начал я нарочито предупредительно.

- Ой-ой-ой, какой заботливый, - завелась Вика. – Давай, не тяни. 

- Помнишь ты мне про правила игры на желания долго рассказывала, а ещё про себя, про то как подруга с братом... Ну про всякое такое, за что можно наказывать, увеличивать время, и от чего женщине нельзя отказаться… - начал было я, но сестра сразу зло перебила.

- Всё понятно, можешь даже не продолжать. Так и знала, что захочешь помимо постельных развлечений, ещё и поиздеваться. Значит будешь мной командовать, а я, будь добра, терпи и ноги раздвигай, как кукла для секса? – спросила она так презрительно спокойно, словно догадавшись обо всём наперёд. – Дура, что про наказания тебе рассказывала, ох дура.

- Совершенно верно, - подтвердил я её худшие опасения, - хочу до конца недели попользоваться тобой. Если ты выдержишь, то снимки удалю, если нет, то извини. Как тебе такое?

- Ты сомневаешься, что я выдержу? - воскликнула кузина эмоционально. 

- А ты готова ходить голой, трахаться в задницу, терпеть наказания и быть послушной шлюхой, как твоя подружка Ира? - удивляясь своей наглости выдал я. 

Сестра секунд пять ошарашенно смотрела на меня, а потом зло прошипела: 

- И всего лишь! Хочешь от меня секса и полного подчинения, чтобы проверить мою выдержку? Да запросто! Я и не такое проходила. Мог бы придумать что-нибудь более экзотичное! 

Она опять, словно не находя слов, примолкла. 

- Мне даже теперь самой интересно, что ты сможешь от меня потребовать, чего я откажусь сделать, – наконец самоуверенно заключила она, хотя получилось немного неубедительно. Вика откровенно блефовала.

- Это еще не все. Давай сразу условимся, что если ты чем-то недовольна, то это твои личные проблемы, которые меня не касаются. Ты же сама рассказывала…  

- Мог бы не уточнять, я же не девочка, всё понимаю, - сразу раздраженно оборвала она меня. - Тебе нужен беспроблемный секс с услужливой женщиной и ты его получишь, в лучшем виде. Останешься довольным, не сомневайся.

- Очень хорошо. Значит согласна и никаких возражений нет? – я даже сам не поверил, что сестра так быстро согласилась с довольно кабальными условиями её сексуального испытания, хотя я бы назвал это добровольно-принудительным рабством.

​Видимо кузина была готова к подобному и прекрасно понимала, что дёшево не отделается, но её самолюбие и высокомерие не позволили показать испуг и отступить.

- Можно подумать у меня есть выбор. Начнём хоть сейчас,  – сама предложила она, стараясь не выглядеть подавленной, - я согласна.

Я всё ещё удивляясь, как же мне так повезло, сально разглядывал полураздетую Вику. Она перехватила мой взгляд и гордо выпрямилась. 

- Можешь сколько угодно смотреть на меня как на проститутку, ты вряд ли меня этим проймешь, - как бы доказывая свою выдержку, с вызовом отчеканила она.

Не дожидаясь моего ответа, Вика расстегнула бюстгальтер. Я заворожено наблюдал, как она раздевается.

- Пойдем в твою комнату на кровать, - сказал я ей.

Кузина, демонстративно давая понять, что подчиняется только телом и то не по своей воле, вызывающе виляя изумительными бедрами, направилась к двери. У себя в комнате она взяла из, неубранной после вчерашнего, аптечки, купленные утром презервативы и быстро положила их под подушку. Я с удовольствием оглядел точёную фигуру обнаженной Вики. Встав около кровати, она ждала дальнейших указаний.

- Ложись.

Немного помедлив, она легла поверх накидки на спину. Возбужденно я начал легонькие и нежные поглаживания груди, то по отдельности, то обеих сразу а затем сосредоточился на соске теребя его сперва пальцами, затем лаская губами и языком. Мне показалось, что от этого роскошная грудь набухла и стала полнее. Помня, как это происходило в порнушных фильмах, я, слегка полизывая, ласкал верхушку и ареолу своим  языком,  потом, не выдержав, полностью вобрал в рот тугой сосок. Вика задышала глубже. Посасывая его я восторженно ласкал расслабленное женское тело, постепенно от упругих сосочков спускаясь вниз. Достигнув манящего влажного лона, легонько коснулся головки клитора. Вика вздрогнула, задвигала бедрами и попкой, чуть приподнимая её, дыхание начало меняться. А когда я провел ладонью по гладкой промежности Вика неожиданно, плотно прижимаясь горячей раскрытой вульвой к ладони, задергала низом живота. Её возбуждение передалось мне. Совсем потеряв контроль над собой, я раскрыл лепестки губ, а языком проник в теплую раскрытую пещеру влагалища, производя круговые движения. Пещерка имела приятный сладковато-кислый привкус. Свободной рукой я поглаживал груди, живот, бедра, а пальцами другой  руки  продолжал поглаживать вокруг клитора, не прекращая вращать языком внутри наполненного влагой влагалища. Вика еще интенсивнее заерзала задом. Стало понятно, что я на верном пути и у кузины приближается оргазм. Мое возбуждение достигло апогея, член просто разрывал  штаны. Не отрываясь я начал кончиком языка, очень нежно, водить вокруг клитора, чувствуя как он твердеет и растет, высовываясь  все  больше и больше между потемневших губ вагины, затем полным языком накрыв его стал хорошенько вылизывать, увеличивая нажим. Вика застонала. Тело её напряглось а дыхание сделалось сбивчивым и частым. Нет, все ж не зря прочитал технику секса в интернете! Потом опять кончиком языка провел по напрягающемуся бугру клитора. Теперь я видел, как полностью возбуждена и остальная вульва - набухли и напряглись большие губы, сильнее разошлись в стороны и между ними появились выросшие мокрые лепесточки малых губ. Вика еще более интенсивно задвигала попкой и бедрами, а её лоно увлажнилось. Не останавливаясь, интенсивно обрабатывая клитор кузины языком и губами, я легонько всунул в вагину большой палец. Вика прогнулась, задергалась постанывая. Влагалище, ритмично сокращаясь, выдавливало тягучую смазку, которая медленно потекла к анальной дырочке и ниже. Вика всё ещё дрожа всем телом схватила мою руку. Оргазм, как взрыв потряс её тело, покрыв поясницу и шикарные бедра поблескивающей испариной. Восхитительное зрелище женского оргазма все снова и снова прокручивались в мозгу. Затихши, кузина неподвижно с приоткрытым ртом распласталась на кровати.

 

Глава 15. Личная проститутка

 

​Через некоторое время Вика потянулась и села, поджав колени. В отличие от меня она выглядела спокойно и расслаблено. Мой же член просто пульсировал от возбуждения. Мне захотелось, чтобы Вика проделала то же самое со мной.

-Теперь твоя очередь доставлять мне удовольствие. Давай ротиком для начала, - произнес я, стаскивая с себя одежду. 

Она, с готовностью вскочила, стараясь показать, что ничуть не смущена таким потребительским обращением с собой. 

-Как скажешь, - с притворной готовностью отозвалась она,

Встав рядом, кузина легко повалила меня на постель, расположившись в ногах. Мой член торчал, как ракета подготовленная к старту! Вика взяла его рукой, а у меня по телу от удовольствия поползли мурашки. Склонившись, она медленно облизала головку и прошлась языком по стволу вверх-вниз, вверх-вниз спускаясь до яиц, вылизывая и их. Я весь трепетал от наслаждения. Игриво и очень нежно Вика рукой стала ласкать яйца. Видимо ощупывание их доставляло и ей удовольствие. Образовав губами крепкое гладкое кольцо, она, взяв головку в рот, медленно опустилась к основанию, затем обратно. Я уже приготовился кончить, но она неожиданно прекратила движения. Посасывая верхушку напряженно стоящего ствола, она, не ослабляя сжатия губ, втянула его наполовину в себя и потом быстро вынула изо рта. Раздался громкий, приятный чмок, словно из бутылки вытащили пробку. Проделав это несколько раз, она опять начала медленно вылизывать член от основания до головки. Это было подобно сладкой пытке, сестра доводила меня до верхней точки блаженства и отпускала, не давая кончить. Пропустив мою ногу между своих, Вика при этом еще и терлась грудями по ней. Сновапрофессионально втянув в рот полностью весь ствол, она, надолго замерла, а затем, то увеличивая, то уменьшая темп, продолжила водить губами по средней части члена, держа руки у меня под ягодицами. Я задыхался от наслаждения, но и на этот раз она не дала мне выстрелить переполняющей яйца спермой. Очень медленно, с причмокиванием облизывая член, кузина остановилась на нежной складочке под коронкой головки. Водя по ней вверх-вниз, она довела меня до состояния, когда мой член готов был разорваться от притока крови, но спустить при этом невозможно. 

Помучив меня таким образом еще немного, она сделала перерыв, продолжая рукой ласкать меня. Затем, снова плотно обхватив губами головку и увеличив глубину заглатывания, Вина начала заметно ускорять движения, действуя отработанно точно. Когда у меня уже начали дрожать ноги и в такт её движениям подниматься зад, сестрица резко ослабила темп и затем совсем отпустила меня. Тут я почувствовал, что член обтягивается чем-то прохладным. В полумраке было видно, как Вика умело натянула на него презерватив. Встав надо мной на четвереньки, она направила ствол себе в пещеру и медленно-медленно насадилась на него, совершая движения вверх-вниз лишь чуть-чуть, а я в такт ей поднимал зад. При этом кузина пожимала член влагалищем, усиливая трение головки о стенки. Наши движения становились резче и чаще. Я уже целиком входил в Вику. И тут у меня в мозгу словно произошла вспышка. По телу прошла судорога и рыча, не сдерживая себя, я начал кончать, заполняя презерватив спермой. Блаженство волной накрыло меня. Я лежал без сил, ничего не осознавая.

​Ощущение реальности скоро вернулось, и я с наслаждением обнял лежащую рядом обнаженную Вику. Предчувствие возможности воплотить с такой роскошной женщиной все свои сексуальные фантазии приятно возбуждало. Использованный презерватив Вика брезгливо, двумя пальчиками, положила на тумбочку и накрыла газетой. Наблюдая за действиями сестры, я невольно перехватил её виноватый взгляд. Она поправила волосы и неуверенно проговорила:

- Не под подушку же я его положить должна. 

Тут мне неожиданно пришла идея, как можно позлить эту брезгливую красотку.

- Оближи, - сказал я, выразительно переведя взгляд вниз.

Вика возмущенно уставилась на меня, а потом, не проронив ни слова, наклонилась и нехотя взяла в рот мой член, который от этого начал вставать. Обсосав, недовольная сестра вытерла рукой губы и насупившись села напротив меня, ожидая, чего я ещё придумаю.

Меня буквально распирало от ощущения власти над моей взрослой кузиной. А чтобы поиграть у неё на нервах и заодно посмотреть её реакцию, я объявил:

- В следующий раз трахаться будем без презерватива.

Вика удивлённо вскинула брови.

- Почему? - её лицо выражало растерянность.

- Мне нравиться в тебя кончать, - назло ей ответил я. – Разве ты против?

Сестра злилась, и это не получалось скрыть. 

- Но в меня не желательно, ты же знаешь… тебе объясняла, - нервно и отрывисто заговорила она, и вдруг спохватившись, несвязно залепетала, словно оправдываясь, – Нет, я конечно не против если в меня…  Да и не мне решать… Ну, просто может хватит того раза… Короче я конечно согласна, только лучше с противозачаточными… Можно купить вагинальные… А пока давай не в меня… 

Она опять запнулась. Воцарилась тишина.

- Значит ты отказываешься? – с издёвкой спросил я выждав время.

- Я не отказываюсь, с чего ты взял? - с нотками сдерживаемой истерики, затравленно процедила Вика. - Хорошо…  Делай, как хочешь.

Было ясно, что она сломалась и у неё просто не оставалось другого варианта, кроме как подчиниться. Я же чувствовал себя хозяином положения, хотелось ещё и ещё заставлять её делать то, что совсем ей не нравится, поэтому тут же вытащил презервативы из-под подушки и закинул обратно в аптечку.

Уже сама пикантность ситуации меня воодушевляла. Особо не церемонясь, я уложил Вику на спину и расположившись между стройных ног, уперся головкой вздыбленной плоти во влажные полураскрытые губки вагины. Плоский животик Вики напрягся, а пальцы сжали в кулаках простыню, как будто она боялась непроизвольно отстраниться. Когда мой член, без борьбы, легко проник в нее, стало понятно, что кузина сопротивляться не будет. Наслаждаясь своей вседозволенностью, я целовал её чувственные губы и шею, одновременно вгоняя в неё свой ствол. Мне доставляло огромное удовольствие самому задавать темп этой скачки. Викаохала и постанывала, обвивая меня своими длинными загорелыми ногами. Сомкнув руки у меня за спиной она извивалась в экстазе. Наращивая скорость, я почувствовал приближение оргазма и еще несколько раз, со всего размаха воткнув кузине своим орудием, разрядился полностью в нее. На Вику это подействовало как сигнал, она судорожно впившись в меня ногтями, прижалась всем телом и прерывисто выдыхая затихла, конвульсивно сжимая член влагалищем.

Ленивая нега разлилась по всему телу. Не хотелось даже шевелиться. Я так и продолжал лежать, обняв Вику, всё ещё оставаясь в ней. Первой очухалась она, сразу же попросившись в душ. Получив разрешение, она упорхнула, даже ничего на себя не накинув, лишь схватив по дороге полотенце. А я, в хорошем расположении духа, пошёл в кухню, набрал баранок и уселся смотреть телевизор в большой комнате, попивая остывший чай. Скоро вернулась обмотанная полотенцем, мокрая и злющая, Вика.

- Тебе, что обязательно в меня надо кончать? Да? – визгливо заголосила она.  – Я же залететь от тебя могу… Это не шуточки. Сейчас мне нельзя...

- Да ладно тебе, - лениво обронил я, - ты ведь можешь купить свои таблетки для экстренных случаев.

- Что в них толку, если ты продолжишь накачивать меня спермой, - сердито огрызнулась она. – Да и нельзя их часто глотать. Очень вредно. Я тебе это уже сто раз говорила. 

- Сама же считала опасные дни и сказала, что до четверга время есть, – находясь в прекрасном настроении, умничал я.

- Ты значит ни черта не понял, – не унималась Вика. – Я тебе сказала, что… 

У меня совсем не было желания спорить, поэтому даже не дослушал. 

- Можешь в любой момент сдаться, дело твое, - отмахнулся от неё я. – А твои фотки мне нравятся, я их на память оставлю.

- Щас! Вот уж фигу, не дождешься, - пошла на попятную она, резко сникнув. 

- Ладно, завтра продолжим. Будь готова.

- Испугал… Да без проблем, всегда готова… - гордо, но без прежнего энтузиазма ответила она.

- Как проститутка или как пионер? – я специально уколол её.

Вика зарделась от обиды, и ответила с достоинством:

- Нет, как незамужняя современная девушка без глупых сексуальных предрассудков. Понятно?

- Ага, это ты то девушка! Ещё скажи что девственница, но с абортной звездой на лобке, - опять поддел я её.

Вика буквально вспыхнула, пронзив меня презрительным сжигающим взглядом.

- Если ты спишь со мной и пользуешься моим телом, то это ещё ничего не значит. Здесь не публичный дом, а я не… - она осеклась и отвернулась. 

- А кто же ты тогда? - мне уже стало интересно доводить её.

- Временная любовница или девушка для... - сестра резко осеклась, и тут же смущенно поправилась, - Извини, оговорилась, конечно же ты прав, девушку лишенную девственности надо называть женщиной. Значит я женщина для... - она опять запнулась, - Для премиальных эскорт услуг. Так, надеюсь, устроит? – не глядя на меня, желчно выдавила из себя сестра, сильно покраснев. 

- По-твоему женщина оказывающая эскорт услуги не проститутка? И девица по вызову тоже не проститутка? - опять поддел я сестрицу. 

- Хорошо… Я твоя личная проститутка для сексуальных испытаний... И меня можно трахать сколько хочешь. Ты это хотел услышать? Доволен? - еле сдерживаясь, сорвалась Вика. - И вообще, я больше с тобой не разговариваю.

На этот вечер впечатлений было хоть отбавляй, и я не стал больше испытывать терпение сестры. Еще немного посмотрев кино, мы молча разошлись по своим комнатам спать.

 

Глава 16. Пробное наказание

 

​Всю ночь мне снилась кузина, а проснувшись я начал сразу придумывать, как буду развлекаться с ней сегодня. За окном слышалось мерное урчание трактора, копошащегося на соседнем поле. На улице начинало припекать, так что день обещал выдаться даже жарче вчерашнего. Это радовало. Позавтракали мы молча, Вика, после вчерашнего, демонстративно не разговаривала со мной. Несколько раз, попытавшись завести с ней разговор, я понял, что она выбрала такой стиль поведения не случайно. Своим молчанием она пыталась выразить протест, как бы демонстрируя, что игнорирует меня, хотя и подчиняется, но лишь телом.

Меня только раззадорило такое поведение сестры. Строить из себя оскорблённую, в её-то положении было, на мой взгляд, смешно. Так и распирало поставить кузину на место. Только сделать это хотелось, как-нибудь поизощрённее. 

- Раздевайся, - бодро произнёс я, когда позавтракав, она уже собиралась уйти к себе в комнату.

Вика бросила на меня недовольный взгляд, для вида потянула время, но подчинилась, молча скинув халатик и небрежно освобождаясь от нижнего белья. 

- Вот так и стой тут, - наслаждаясь властью над этой гордячкой, сказал я, а потом, подумав добавил. - Ноги расставь.

Стройные ноги разошлись, образовав соблазнительную арку, и я, не удержавшись,запустил руку ей между ног. Когда мои пальцы вторглись во влагалище, Вика настороженно замерла. В какой-то момент, мне показалось, что ей больно, но она терпела и молчала. Я обтёр мокрые пальцы об её живот, обнял кузину за талию и легонько потеребил губами крепкий сосок левой груди. Потискав ещё роскошное тело сестрицы и так и не добившись от неё ни слова, я понял, что должен придумать что-то понеприятнее простого облапывания. В голову кроме секса ничего не шло, но это можно сделать в любой момент. И тут мне припомнились слова Вики, про грузики на половые губы и про введение спермы. Она сама, тогда не понимая, подсказала, чем её можно пронять. Ну допустим сперма в матку, это совсем уж жестокое развлечение,требующее серьёзной провинности со стороны Вики, а вот помучить гениталии сестры оттягиванием изящных малых половых губок вполне даже приемлемо. Оставалось только разыскать необходимые причиндалы.

​Всё нашлось в чуланчике, там же оказалась тонкая верёвка, куском которой я связал между собой две самые упругие, похожие на крокодильчики, бельевые прищепки, прихватив горсть таких с собой и ещё большую тяжелую связку старых ключей от замков. Вика так и стояла голой посреди комнаты, расставив длинные ноги, когда я принёс эти предметы. Понадобилось ещё сделать крючок из проволоки и нацепить его на связку ключей. Кузина следила за моими приготовлениями с каменным лицом, наблюдая краем взгляда, а когда всё поняла, презрительно хмыкнула и отвернулась. Я присел, не спеша поиграл мягкими бугорками больших половых губ, а потом зажал на каждой по две прищепки, тем самым, раздвинув их, обнажая тёмно-розовые лепесточки малых губ. Затем аккуратно оттянул эти лепестки, и нацепил на них зажимки с верёвкой, после чего резко дёрнул вниз связывающую их верёвку, проверяя Викино терпение. Кузина вскрикнула от неожиданной боли, когда одна из пластиковых зажимок соскочила. Пришлось опять закрепить прищепку на покрасневшей губе. Делал я это специально медленно, наслаждаясь красивым телом моей сестры, а когда всё было готово, подвесил на верёвку связку ключей, отчего лепестки губок заметно провисли и потемнели. Поджарый животик сестры втянулся от напряжения, но она продолжала изображать полное безразличие, даже когда я стал мять её сочные груди, предварительно нацепив на соски прищепки.

​Наконец, напоследок громко шлёпнув её по соблазнительной попке, я сел в кресло. Викиного терпения хватило не надолго. Сначала она покусывала губы и морщилась от боли, а потом, сдалась.

- Чего ты добиваешься? – начала она.

- Твоих извинений за молчание. Для начала. 

- Хорошо. Извини меня, - выдавила она. – Всё?

- Не так, - продолжил издеваться я, - на коленях, как положено провинившейся публичной девкеперед своим хозяином. 

Сестрица метнула в меня уничтожающий взгляд. Была видна её внутренняя борьба. Она медлила, не зная как поступить. Наконец, приняв решение она встала на колени, и натянуто улыбаясь, стараясь выглядеть непринуждённо, произнесла, растягивая слова:

- Прости, я больше так не буду.

​Получилось нарочито неестественно, как будто она специально хотела показать свою иронию. Я, к тому времени уже порядком возбудившись от такого зрелища, быстро стянул с себя шорты и трусы. Вика поняла без слов, недовольно поморщилась, но без возражений обхватила мой стоячий конец губами. Умело работая языком, она буквально через минуту довела меня до семяизвержения, в момент которого не отстранилась, как я ожидал, а наоборот почти уткнулась носом мне в пах. В итоге разрядился я прямо в горло моей взрослой кузине. Но видимо семени было слишком много или попало оно не туда...

​ Закашлявшись, сестрица выпустила мой не успевший поникнуть член, и с краев её чувственных приоткрытых губ, на шею и грудь пролились мутные разжиженные сгустки. Быстро спохватившись и запрокинув голову, она раскрыла рот, так, чтобы месиво из слюней и спермы, было хорошо видно мне. Потом сделала быстрое глотательное движение и опятьокруглила липкие губы, демонстрируя, что во рту пусто. Всё это выглядело, как хорошо заученный ритуал, который моя старшая сестрица много раз уже с кем-то отрабатывала и поэтому вошедший в привычку. Похоже она даже не заметила моего изумления, ведь я видел подобное только в порно.   

- Я ещё нужна? – спросила Вика, невозмутимо глядя на меня. 

- Пока нет, - обескураженно ответил я, запоздалым жестом подтверждая, что отпускаю её. 

​Кузина вскочила с колен, быстро снимая впившиеся прищепки с грудей и половых губ. Интересное наказание получилось, подумал я, решив потом ещё разок использовать его, если Вика опять будет задирать нос. А она, не одеваясь, уже умывалась на кухне, приводя себя в порядок и полоща рот водой. Покончив с этим, Вика, невесело пошутила:

- Наглотавшись спермы, самое время трахаться не предохраняясь.

- Это почему? –  удивился я.

- Концентрация сперматозоидов снижается при каждом следующем семяизвержении, - застёгивая бюстгальтер, бодро ответила она, - да и количество семенной жидкости уменьшается... Короче залететь меньше вероятности. Ты не знал? 

​Теперь сестра разговаривала со мной подчёркнуто вежливо и даже фальшиво улыбалась, как будто ничего не произошло, хотя и она и я знали, что это не так. Фактически Вика не оспаривала моё право пользоваться её телом и даже приказывать ей. Но преподнестисестрица хотела это совсем по-другому. Скорее всего, длинноногой взрослой красотке, привыкшей осознавать своё превосходство, признать, что она не выдержала наказания и униженно просила прощение у семнадцатилетнего парня, это помимо удара по самолюбию, ещё и крушение иллюзии своего полного контроля над моими желаниями. Поэтому кузине хотелось всячески выказать, что это всего лишь такая проверочная эротическая игра в которой, опытная соблазнительница отдаваясь младшему брату доказывает свою выдержку и умение заниматься сексом. Причём она старательно делала вид, что секс и принуждение к нему воспринимает, как обязательную часть игры, а значит ничего унизительного, а тем более стыдного в этом нет. 

​Так рассуждал я, стараясь хоть как-то предсказать дальнейшее поведение моей сестры в ближайшие дни.  

 

Глава 17. Стриптиз с продолжением

 

​В обед, под доносящийся из комнаты звук телека, Вика кокетливо заигрывая со мной, попросила сгонять на велике в магазин, только не в наш, а в другой, который за рекой, купить что-нибудь сладкого. По её словам, ехать на машине в объезд, было далеко, да и дорога плохая, а вот на велосипеде за полтора часа можно обернуться. 

- Там ведь и аптека вроде должна быть? - невзначай спросила она. – Мне в нашем магазине вчера сказали, просто я не знала, как ехать.

- Может и есть там аптека, а что? – сразу поняв, куда она клонит, ответил я.

- Купи патентекс или фарматекс пожалуйста. Ладно? – попросила Вика. – На всякий случай. Раз уж мы без презерватива…

- На какой ещё случай? – строго нахмурился я.

- Ой, ты не так понял, - торопливо стала оправдываться она. – Просто эти препараты ещё как смазка работают. И хоть есть у меня интимный гель, но... А ещё конечно защищают от случайной беременности… Я же залететь в конце недели реально могу. 

- Опять ты за старое, - начал было я, но она жалобно перебила.

- Мне с противозачаточными спокойней, ну пожалуйста! Ты ничего не заметишь, обещаю.

- Хорошо, - сдался я, - если не забуду, то куплю. А если не будет?

- Ноноксинолон можно…

- Да такие названия хрен запомнишь, - попытался отвертеться я.

- Я тебе запишу, не переживай. Купишь, что будет. В крайнем случае, позвонишь, - засуетилась она, - мне очень нужно... Вернее желательно… Прошу...

- Ладно, пиши свои противозачаточные,- начальственно разрешил я, но тут же, чтобы поставить сестру на место, озвучил условие: - Только имей в виду, пользоваться ими сможешь только с моего разрешения.

На самом деле, мне было абсолютно наплевать, будет ли она спрашивать разрешение или нет. Просто хотелось, дать ей понять, что я тут главный и поблажек не будет.

Кузина на радостях, что уговорила, быстро написала на листочке наименования контрацептивов и благодарно чмокнула меня в щёку. Она ничего не сказала про моё условие, видимо не придав ему значение.

Оставалось только доделать велосипед. Упрямый механизм был опять разобран. Вика сидевшая на крыльце, с улыбкой наблюдала за моими мытарствами, откинувшись назад,подставляя гладкий живот и бедра солнышку. Наконец велосипед проявил признаки жизни и немного похрустывая задней втулкой, был успешно испытан. Радостная Вика принесла сумку и пожелав удачи, помогла открыть калитку. 

Ехать было одно удовольствие. Оставляя после себя встревоженную дорожную пыль, велосипед, издавая одни понятные только ему звуки, не спеша, катился с горки на горку. Иногда по шлейфу пыли вдалеке я определял встречный автомобиль, который через некоторое время, обдавая жаром и вонью, проезжал мимо. 

​Хитрая механика сломалась на обратном пути. Сначала стали проскакивать педали, а потом, в довершение непрухи, проехав по мусорной куче, спустило колесо. Оптимизма это не прибавляло, но кое-как я дотащился до дома. Вики нигде не было. Поэтому, всё, что привёз, я оставил в кухне, а пачку фарматекса положил ей в комнату. Пусть порадуется.

Было уже около пяти часов, я возился перед сараем с велосипедом, когда услышал скрип нашей калитки и затем знакомые голоса. Передо мной стояли Дима и Вован, нагрянувшие среди недели, как и обещали. Мои друзья с гиканьем приветствовали меня. Притащенные ими сумки мы оставили на крыльце и сразу понеслись к реке спасаться от жары. За недолгую дорогу меня полностью ввели в курс городских новостей и сплетен. Друзья, перебивая друг друга, рассказывали свои похождения и жаловались, что отпустили их только на одну ночёвку. Завтра после обеда им надо было уже уезжать. На подходе к воде мы заметили Вику, тоже сбежавшую от зноя к реке. От неожиданности Димон, запнувшись на полуслове, глупо уставившись на её обольстительные ноги. Сидя на переносном стуле, не видя нас, она что-то читала в тени двух деревьев. Уже описанный купальник бикини откровенно выставлял на показ великолепную стройную Викину фигуру.

Толкнув меня в бок, Вовик восторженно причмокнул. Наконец заметив нас, она с явным интересом наблюдала, как мы резко кинулись в воду.

- Это и есть твоя двоюродная сестра? – первым делом спросил Димка, когда вынырнул. – Крутая деваха. Бюст что надо. 

- Точно! Не отказался бы покувыркаться с ней в одной постели, - обрызгав меня водой, шутливо высказался Вован.

Плавая, они, с мужским азартом, словесно раздевали мою кузину. А она тем временем тоже направилась купаться. Тут же были обсуждены длинные сексуальные ноги, спелая попка, плоский живот и высокая грудь с явно выделяющимися, на треугольниках полупрозрачного купальника, сосками.  

​Мы долго еще плавали и бесились, после чего я представил своих друзей сестре. Солнце уже не жгло, но духота, от отсутствия ветра, изнуряла. Очень хотелось пить, поэтому, оставив Вику, мы пошли домой. Ребята рассказывали какие-то пошлые анекдоты, а в итоге опять все разговоры свелись к кузине. Они замучили меня вопросами. Наконец не выдержав, пообещав, что расскажу им что-то интересное, я принёс комп и показал фотографии с обнаженной Викой. Это произвело эффект разорвавшейся клизмы. Они молча сидели на кухне, уставившись в фотки, забыв, что собирались пить чай.

- Ничего себе! – выразил общий настрой Вова. 

- Офигеть! Давай выкладывай, как к тебе такая замечательная порнуха попала, - добавил он.

Потомив их еще, я объяснил, в общих чертах, каким образом сделал эти снимки. Не стал только пока говорить про то, как Вика выкупает фотографии. 

​Мы даже не услышали, как она вернулась. Снимки все еще были на экране, когда Вика в купальнике вошла на кухню и заметила их. 

- Так и знала, что ты всё расскажешь, - на удивление беззлобно сказала она, – везет мне на групповуху...

Чтобы окончательно удивить своих друзей, я подошел к кузине и бесцеремонно сдёрнул верх бикини, обнажив её спелые груди. Вика, даже не сделав попытку прикрыться, стоялавытянувшись в струнку и опустив руки. Поиграв её твёрдыми сосочками, я опять сел, оставив оголённую сестрицу на всеобщее обозрение. Димон и Вовик, ничего не понимая, глазели на устроенное для них шоу.

- Готова? – спросил я сестру.

Вика молча кивнула, прекрасно зная, что имеется в виду.

- Тогда почему ты ещё здесь? Раздевайся, - сказал я приказным тоном, а потом тихо, только для Вики добавил: - я купил, что ты просила. Посмотри у себя на тумбочке.

- Спасибо за заботу братик, ты настоящий джентльмен, - с обречённым сарказмом прошептала она, когда проходила мимо.

- Рассаживайтесь быстрей в комнате, сейчас будет стриптиз с продолжением, – обращаясь уже к дружбанам, добавил я, наблюдая, как кузина торопливо шмыгнула к себе в комнату и буквально через минуту вернулась, обтирая пальцы правой руки. Значит противозачаточная таблетка была уже в ней. Молодец, быстро сориентировалась.

Вована и Димку не пришлось просить дважды. Они, запрыгнув на диван, ждали продолжения. Вика, встав напротив, явно пересиливая себя, нерешительно стянула оставшиеся на ней трусики купальника, представ перед нами обнаженной. Под купальником кожа была менее загорелой и узкий треугольный след от трусиков, придавал особую пикантность этому вынужденному стриптизу. Мои друзья похотливыми взглядами шарили по её безупречному телу. Стыдливо опустив глаза, она грациозно прошлась по комнате, эффектно демонстрируя себя, словно фотомодель на подиуме, а затем, расставив ноги, села верхом на оставленном посреди комнаты стуле, выставив напоказ раскрытое влажное лоно с чисто выбритым лобком. Звёздочка, на лоснящемся светлом треугольнике лобка, была аккуратно заклеена квадратиком лейкопластыря под цвет тела. Когда только успела? Похоже сестрица действительно жутко стыдилась своей татуировки, раз не захотела привлекать к ней внимание. Вовка, а после Димон придвинулись на самый край дивана. 

Чтобы наконец прояснить ситуацию, я рассказал им про условия испытания, по которым Вика обязана делать всё, что ей скажут, причем пользуясь предоставленным случаем развлекаться с ней можно совершенно как угодно, стараясь чтобы она не выдержала и сдалась. Разрешены любые забавы с нашей секс игрушкой. Она не имеет права отказываться, иначе проиграет. 

- Кстати наша куколка возражать не будет, если кто-то пожелает кончить прямо в нее, она это в последнее время очень любит, - ехидно добавил я.

 

Глава 18. Укрощение строптивой

 

​В доказательство, что она не будет сопротивляться, я, подойдя к покрасневшей после моих заключительных слов кузине, беспардонно погладил упругий плоский живот замершей сестры, а потом медленно опуская руку всё ниже и ниже, по хозяйски запустил ладонь между её расставленных ног. Вика вздрогнула, еще больше покраснела, но осталась сидеть в той же позе. Обескураженные дружбаны возбужденно наблюдали за моими действиями. Тогда я, шлёпнув кузину по попке, жестом велел ей встать, после чего, приобняв её за талию и отодвинув стул, вплотную подвёл нашу роскошную живую секс-игрушку к дивану. По тому, как кузина позволяла распоряжаться собой, чувствовалось, что она не настроена сдаваться. Вика подчеркнуто непринуждённо давала понять, что её не пронять позированием раздетой. Но за напускной раскованностью взрослой голой женщины явно проглядывались переживания, что она оказалась в такой щекотливой ситуации. Я посадил Вику между Вовой и Димой, предоставив им полную свободу в действиях. Сначала, осторожно притрагиваясь к её интимным местам, они заметно робели, но не встретив никакого сопротивления, чуть осмелели. Вика, пряча взгляд, терпеливо сносила похотливое облапывание, лишь инстинктивно сомкнув пару раз ноги, когда Димка слишком глубоко проникал пальцами в нежное влагалище, и то сразу, словно обжигаясь, услужливо раздвигала бёдра шире прежнего.  

- Вика расстели простыню, чтобы ничего не испачкать, а вы, - я посмотрел на притихших друзей, - раскладывайте диван, пора использовать нашу очаровательную куклу по прямому назначению.  ​

​Когда всё было сделано, а обнажённая Вика стояла в нерешительности, переступая с ноги на ногу, не зная видимо ложиться ей сразу или ждать когда скажут, зазвонил мой телефон. Это была мама. Я вышел во двор поговорить. Собственно разговор сводился к расспросам, какая у нас погода, был ли дождь и есть ли еда. Передав всем приветы, я отключил телефон и вернулся в дом.

Друзья без меня не теряли время зря и, пользуясь Викиным положением, уже начали реализовывать свои смелые эротические фантазии. На разложенном диване, мою шикарную взрослую сестрицу, стоящую на карачках, энергично трахал, шлепая яйцами, Вовка. Кузина, уткнувшись лицом в подушку и иногда вскрикивая, усердно в такт его резким движениям, подмахивала. Своей очереди ждал раскрасневшийся от желания Димка. Я тоже сразу завелся, стянул плавки и залез на диван. Вовик с ходу понял мой план. Отодвинув назад Вику, он дал мне возможность расположиться перед кузиной. Вставшим членом я провел ей по губам. Зная, что от нее требуется, сестрица нехотя принялась отсасывать. Вовик, придерживая её за волосы,опять начал набирать темп. Причмокивая и прерывисто мыча, Вика, доставляя мне огромное удовольствие, заглатывала ртом пульсирующий ствол. Первым временно сошел с дистанции Вова, разрядившись, успевшей соскочить с него кузине, на раскрытую промежность. Его место тут же занял, заранее снявший плавки, Димон, легко введя в хорошо смазанное выделениями лоно, стоящей на четвереньках Вики, свою толстую палку. На смену состава она отреагировала, как на нечто само собой разумеющееся, видимо окончательно смирившись со своей ролью в этой порноигре. А мы с новыми силами принялись с двух сторон натягивать порядком разошедшуюся кузину. Судя по всему она приближалась к оргазму. Через некоторое время сестрица выпустила мой член изо рта и закусив подушку, тихо охала, когда Дима засаживал ей поглубже. Наконец Вика завыла, резко подалась вперед и вся обмякла. Тут же прямо ей на бёдра спустил Димон, довольный и вспотевший. Вика недвижимо лежала на животе, а на её коже выступили меленькие бисеринки пота. 

Все получили удовольствие кроме меня. Пока сестрица отдыхала, заставлять её кое какдоделывать минет, было неинтересно. Глядя на её аппетитную попку, мне сразу вспомнились порнушные фильмы, в которых почти всегда всё начиналось с отсосов, а заканчивалосьобязательным аналом. Тогда мне пришла интересная идея опробовать на кузине, пользуясь случаем, анальный секс, тем более для её гордости это будет хорошей пощечиной. Я почему-то был уверен, что эта затея ей не придётся по душе. 

Когда Вика пришла в себя, я опять поставил её на четвереньки задом к себе и придерживая за талию, попытался проникнуть, все еще мокрым после незавершенного минета орудием, в тугую попку. Это оказалось не так просто, как показывали в фильмах. Головка члена не желала сразу проскакивать через узкое колечко сжатого сфинктера. Сестра испуганно обернулась и дернулась вперед, пытаясь освободиться.

- Что случилось? – с притворной заботой спросил я.  

- Не надо… Прошу… Я не готова, - шёпотом начала уговаривать она, но я её перебил.

- Что значит, не готова?

Она даже покраснела, но потом опять еле слышно пролепетала: 

- В зад мне неприятно… И больно, когда резко... Я же тебе говорила, что так не люблю. 

- Любишь, не любишь, это твои проблемы, - мне не хотелось отступать.

- Пожалуйста… Не сейчас… Давай потом, - буквально простонала она, всхлипывая.

- Тогда будем считать, что ты сдаешься. Да? – победно заключил я.

- Нет, - почти крикнула она и уткнулась лицом в простыню.

Конечно я не особо поверил её причитаниям, но всё равно было очень необычно видеть мою гордую старшую сестрицу уязвлённой и подавленной. Взрослая разведённая женщина вела себя словно девственница перед изнасилованием. А ведь кузина всё это время позиционировала себя как опытную и сексуально раскрепощённую любовницу, прошедшую через все тонкости группового секса. Неужели выдумывала?

Для укрощения строптивости сестрицы, пришлось объявить, что каждый попробует её таким способом, а если она будет сопротивляться, то по условиям испытания интимные фотки остаются у нас.

Вика чуть не вспылила, когда это услышала. Для полного унижения, я придумал, чтобы Вика сама широко раздвигала ягодицы, раскрывая свою дырочку для проникновения. Опираясьголовой о подушку, стоя на коленках и раздвигая руками половинки аппетитной попки, кузина смотрелась супер эротично. Я же, плавно увеличивая нажим, продолжил прерванную процедуру, не обращая внимание на приглушенные вскрики старшей сестры. Вова и Димон с интересом следили, как мой член в натяг протискивался в задницу замершей от напряжения Вики. Наконец мои яйца коснулись её раскрытой мокрой щели. Кузина натужно простонала и немного расслабилась, вопросительно посмотрев в сторону моих друзей.

- Чего ждёте? Она классно сосет, - напомнил я.

​Вика убрала руки с ягодиц и опять измученно встала на четвереньки, давая возможность Вовке воспользоваться её ртом, в то же время я, крепко удерживая сестру за талию, продолжал неторопливо трахать её попу. Теперь еще и Дима расположился рядом с Вовой, наблюдая, как кузина смачно причмокивая, делает тому минет. Через некоторое время, Вова сам начал двигать членом, притягивая эту гордячку за волосы. Мы почти синхронно сопя, натягивали извивающуюся Вику в рот и зад. Ощущение власти над шикарной женщиной, возможность беспрепятственно заниматься с ней сексом, нас порядком раззадорило. Чувствовалось, что и Вика испытывает возбуждение, когда её насильно заставляют трахаться со всеми подряд. Увеличивая частоту, я со шмяканием, буравил зад кузины, и тут меня стал накрывать приступ оргазма. Еще несколько раз насадив зад сестры, я кончил туда и в блаженстве буквально сполз с дивана. Вика в той же позе продолжала сосать член Вовы, предоставив не успевший сжаться хорошо растраханный анус, теперь Димону. Наконец на диван уселся довольный Вовик, оставив свою порцию спермы во рту и на лице кузины. И только вспотевший Димон, ещё некоторое время усердно долбил, уже основательно раскрывшуюся, заднюю дырку моей стонущейстаршей сестрицы.  

Такую карусель мы бы повторили ещё, но больше не было сил. По Викиному поведению, было ясно, что просто так она сдаваться не собирается. Её упорство разжигало азарт. Нужно было менять тактику, ведь моя послушная сестрица, после такого сексуального испытания, не выглядела подавлено и если так пойдёт дальше, то она действительно сможет всё выдержать и выиграть, ну а стирать замечательные фотографии не хотелось, наоборот у меня появилась идея поснимать ещё, сделав потом слайд шоу с самыми отборными порносценами развлечений с ней.

- Мне надо в душ, ну пожалуйста, очень прошу, - тихо произнесла Вика, облизывая влажные губы, на которых помада осталась только в уголках рта.

- Кто ни будь еще, хочет нашу куклу? – спросил я, чтобы сестра понервничала.

Ответа не последовало. Друзья довольно ухмылялись, но никому уже ничего не хотелось, поэтому было решено сделать тайм аут, а потом, ближе к ночи, повторить, придумав за это время как еще поразвлечься с Викой. Вовка, давая понять, что самое интересное впереди, многообещающе похлопал Вику по заднице, а я предложил пойти в душ с Викой вместе.

 

Глава 19. Вагинальное зеркало

 

​Мы сидели во дворе и играли в карты, когда Вика тоже вышла во двор. Как ни странно в её руках была сигарета. Никогда до этого я не видел её курящей. На ней были джинсы и чёрный облегающий топ. Она курила стоя на крыльце, глядя на нас сверху вниз. Сестрица, словно провоцировала нас, заставляя чувствовать её моральное превосходство. Черный топик плотно облегал плоский живот, выделяя грудь и контуры стройной фигуры. Сейчас Вика выглядела строгой неприступной красоткой из американских фильмов, а холодный надменный взгляд ещёболее подчеркивал недосягаемость. Даже не верилось, что буквально двадцать минут назад её пускали по кругу, как обычную шлюху. 

​Когда она ушла, то в карты уже играть не хотелось, из головы не выходил её заносчивый вид. Всё же умела она преподнести себя. Мы сидели и обсуждали, как вынудить эту взрослую гордячку признать своё поражение, но при этом и вдоволь попользоваться услужливым телом. Надо было менять тактику, ведь просто сексом мы ничего не добьёмся. 

​Метод был придуман неожиданно простой. Вернее было бы конечно сказать, что не придуман, а тупо взят из вчерашних рассказов Вики. План заключался в том, чтобы превратить все дальнейшие развлечения в сплошное обидное изнасилование с использованием наказаний и воспитательного секса. А ещё воздействовать на Вику психологически, для начала лишив её возможности предохраняться от нежелательной беременности. Уж вряд ли из-за порнушных фоток она будет терпеть подобное издевательство, рискуя еще при этом, по-глупому, от кого-нибудь залететь. Ну и как крайнюю меру можно было использовать инсеминацию, про которую я им подробно всё рассказал и даже ролик на ютубе продемонстрировал.  

- Это осеменение, перебор. Она же не корова, - сомнительно покачал головой Вовик.

- Не дойдёт до этого, она раньше сдастся, - заверил в ответ я. – Мы ведь только попугаем её. Кстати надо будет обязательно проверить, как она на засосы отреагирует. Только с этим поосторожней, можно на грудях попробовать, там не видно.

- Точно. Затрахаем её, а если не поможет, то припугнём этой, как её, инициацией… Тьфу, ну короче осеменением, - поддержал меня Димон.

На том и порешили. Ведь нам тогда казалось, это самый простой и в то же время надежный способ, чтобы довести даже такую опытную и упрямую женщину до черты, которую она не решиться перейти. 

​Как всегда, первыми вестниками приближающейся ночи стали комары. Они атаковали со всех сторон, с противным писком кружа возле ушей. Посидев еще часок, мы переместились домой, и ещё долго дулись в карты на кухне. Все это время Вика находилась в своей комнате. Представляю, как она бесилась от мысли, что сейчас её вызовут и все начнется опять. Наверняка она слышала часть наших разговоров и злилась от бессилия, что либо изменить.

Наконец, около полуночи, мы позвали Вику. Задержавшись на пару минут, сестрица, мерно цокая шпильками своих босоножек, вышла в нижнем белье с недовольным брезгливымвыражением лица, и остановившись посреди комнаты, не говоря ни слова, сразу стала снимать бюстгальтер и трусики, делая это грациозно и очень уверенно. А когда на ней ничего не осталось, кроме откровенно проститутских босоножек на тонких длинных каблуках, сестра не спеша, с сознанием собственного достоинства, сделала шаг к дивану, на котором мы и сидели. Стоя перед нами голой, Вика явственно выказывала пренебрежение к тому, чем ей придётся сейчас заниматься, лишний раз давая нам понять, что для неё это только игра, и она, как взрослая женщина, без комплексов и предрассудков, не считает секс за наказание. Даже то, что она сама разделась, не дожидаясь когда ей скажут это сделать, как бы подразумевало, что не мы заставляем её трахаться, а она сама приглашает заняться с ней сексом. Нагая Вика выглядела очень эффектно и непринуждённо. Её бархатная кожа дышала нетронутой свежестью, словно бы и не было потной усталости от длительных совокуплений. Загорелые гладкие бёдра, ещё недавно липкие от мужских соков, теперь благоухали чистотой. А притягивающую взгляд попку, хотелось гладить и целовать, настолько невинно она смотрелась, хотя ещё не успело забыться, как между раздвинутых половинок ягодиц зияла неровная дыра растраханного ануса, откуда вытекала мутная струйка спермы. Холмы спелых грудей и подтянутый живот, ни чем не выдавали, как мяли и тискали их во время прошлых сношений. Даже малые половые губы аккуратными бутонами прятались в пухлых бугорках больших губ, совершенно девственно и целомудренно, будто несколько часов назад мы не видели их вывернутыми и густо вымазанными слизью выделений, уныло свисавшими оттрёпанными листочками вокруг натёртого до красноты, раскрытого зева натруженного влагалища.

Сейчас обнаженная Вика скорее больше была похожа на дорогую, ухоженную фотомодель, чем на общедоступную давалку. В общем, ничто не выдавало истинного положения моей сестры, глядя на которую можно было бы подумать, что молодая красивая тёлка просто так экстравагантно развлекается, приглашая в романтическом порыве, попользоваться своим шикарным телом. 

Такая трактовка событий мне совсем не нравилась, надо было срочно показать, кто она есть на самом деле. Для начала я приказал кузине принести те противозачаточные таблетки, которые купил утром в аптеке. Голая Вика, недоуменно посмотрев на нас, развернулась и громко отстукивая каблучками, принесла небольшую розовую коробочку, небрежно бросив её на журнальный столик.  

– Фарматекс, - прочитал вслух Дима, взяв коробочку. Потом достал начатую пластиковую тубу и высыпал большие белые, с дырочкой посередине, таблетки прямо на столик. Кругляши шумно раскатились по поверхности, словно маленькие сахарные баранки.  

- Должно быть двенадцать, а тут десять. Где ещё две?

- Одну в прошлый раз… - медленно, недоумевая произнесла кузина, - Вторую сейчас. 

Дима достал инструкцию из коробочки, развернул и вдумчиво прочитал:

- Противозачаточное средство для местного применения. Является одновременно спермицидом и антисептиком. Показания к применению. Местная контрацепция для любой женщины репродуктивного возраста при необходимости эпизодического предохранения от беременности… Таблетки вагинальные. Лежа на спине таблетку вводят глубоко во влагалище за 10 минут до полового акта. Длительность действия препарата 3 часа.

- Ты уже ввела? – спросил я, напустив грозный вид.

- Да, - подтвердила она, почему-то смущаясь. – Что не так?

- Без разрешения этого тебе делать было нельзя, ведь предупреждал… - повысил голос я.

- Это не честно! Ты же сам мне их купил и отдал, чтобы я не залетела! - воскликнула возмущённо кузина, эмоционально похлопав себя по низу плоского живота. - Никто мне сейчас не говорил, что предохраняться запрещено. Я думала, раз мне отдали, то можно уже не спрашивать. 

- Это не оправдание, - заключил я, не давая Вике опомниться. – По любому должна была спросить разрешение.

Между тем, Димон, продолжая с интересом изучать инструкцию, бубнил текст, не обращая внимания на нас:

- Перед каждым повторным половым актом обязательно следует вводить новую таблетку или капсулу… Кратность использования препарата ограничена индивидуальной переносимостью и частотой половых актов, - монотонно дочитал описание он, и неспешно собрав таблетки обратно в тубу, убрал её в свой карман.

Обреченно проводив взглядом отобранное противозачаточное средство, Вика, конечно догадалась, что не сможет воспользоваться им во время наших с ней сексуальных забав.

- Таблеточки тебе сегодня больше не понадобятся, - подтвердил её опасения Димон.

- Отдайте, это ничего не меняет, - подавлено выдохнула она.

Сестрица была заметно раздражена, и это надо было использовать, чтобы сбить, неподобающие безотказной шлюхе, которую мы из неё целенаправлено делали, строптивость и спесь.

- Отдадим, только зачем они тебе будут нужны после. А за такое дерзкое самовольство, придется тебя наказывать. Клин клином вышибают. Что ты говорила про инсеминацию? – непробиваемым тоном произнёс я, отслеживая её реакцию. 

- Не надо… – с паническим выражением на лице, отшатнулась от меня сестра, словно я паука ей подсунул. Скорее всего, в этот момент, она даже забыла, что может послать всех к чёрту. Ну подумаешь фотографии у меня останутся, досадно конечно столько вытерпеть и сдаться, но сносить такие издевательства куда обиднее, да и правда залететь ведь можно.    

- Не надо так наказывать, я... Я сейчас выну таблетку… Она не успела раствориться… Меня же не предупредили… Я ввела только пару минут назад… Больше такое не повторится... Обещаю…Прости пожалуйста... - упрашивала сестрица срывающимся голосом.

- Это слишком просто, не соглашайся - тихо прошептал мне Димон. – Давай раскручивай её по полной программе.

​Я и сам не хотел упускать шанс покуражиться над этой гордячкой. Только важно было не перегнуть палку. Иначе она может сойти с дистанции раньше времени, ещё до траха.

- Наша, провинившаяся кукла, осознала свою ошибку и попросила прощение, так, что наказание пока отложим, - сказал я громко, и специально для Вики уточнил: - Но ещё не отменяем. Посмотрим на твоё поведение. А сейчас неси вагинальное зеркало.

- Что вы ещё хотите со мной делать? – испугалась она, невольно прикрывая ладонями треугольник гладко подбритого лобка. 

- Мы разве должны отчитываться? Ты совсем обнаглела шлюха! - грубовато осадил я её. 

​Вика сразу сникла, как от хорошей пощёчины. Она, как провинившаяся служанка после воспитательной порки, молча стояла перед нами опустив голову, голая и подавленная.

- Я так просто спросила, извините, - попыталась выкрутиться сестрица, когда пауза чересчур затянулась.

- Быстро неси вагинальное зеркало, – повторил я.

Понимая, что сама прокололась, показав свой страх залететь, кузина, поджав губы, мелко семеня на высоких каблуках, принесла прозрачную упаковку, суетливо надорвала её, и выложила гинекологическое приспособление на салфетку. 

- Ложись, - приказал я, указывая на большой обеденный стол.

Вика, уже пришедшая в себя, напустив маску безразличия, элегантно легла спиной на стоящий посередине комнаты стол, подняв вверх и демонстративно широко разведя стройные загорелые ноги. Как бесстыжая механическая кукла она лежала, с подчёркнуто равнодушным видом, не смыкая точёных бёдер и удерживая на весу чуть согнутые в коленях ноги. Моя старшая сестра, опять преобразилась в уверенную в себе взрослую и опытную женщину, которой наплевать, что будет происходить с ней дальше. Презрительно-насмешливо смотря на нас, она давала понять, что способна удовлетворить любую самую пошлую сексуальную прихоть своих мучителей, хотя плотно сжатые губы выдавали, как тяжело ей удается сохранять спокойствие, и какой моральной пыткой это было. 

Изображая заправского гинеколога, я помыл руки и пооткрывав несколько раз вагинальное зеркало, не очень-то понимая, как правильно его ввести, попытался протиснуть прозрачный клюв между половых губ неподвижно лежащей сестры. Вика вскрикнула.

- Не так. Дай я сама,- произнесла она раздраженно, и забрав у меня этот инструмент неожиданно облизала сжатые створки.

- Для смазки, - объяснила она, видя наше изумление. – Чтобы мягче вошло.

Затем одной рукой раздвинула половые губы, а другой, быстро и легко, ввела под углом створки зеркала себе во влагалище. Ловко развернула, сдвинула ручки относительно друг друга, потом максимально раскрыла клюв этого гинекологического инструмента и зафиксировала в таком положении. Несколько раз, как будто нащупывая что-то, она покачала внутри себя раскрытыми створками, ещё более углубив их внутрь влагалища, и опять откинулась на спину. Получилось у неё всё умело, словно бы она не раз тренировалась, а может, так и было на самом деле.

​Теперь она красиво лежала, опершись каблуками босоножек в самые края углов стола, призывно разведя согнутые в коленях ноги, положив руки вдоль тела, с торчащим из промежности ручками вверх и довольно широко раздвинутым, вагинальным зеркалом. В месте его входа между растянутых половых губ, большим розовым овалом, зияла дыра открытого влагалища. Прозрачные створки гинекологического инструмента образовывали ровную скважину, уходящую вглубь Викиного лона. Света не хватало, пришлось поставить прямо между ног сестры настольную лампу, чтобы хорошо видеть выпуклое дно раскрытой вагины. Между створками зеркала, словно округлый мячик, стала хорошо видна полусфера шейки матки с маленьким воронкообразным отверстием сверху. В прозрачной жидкости вокруг шейки лежала светлая, почти распавшаяся, баранка противозачаточной таблетки. 

- Ага, вон и фарматексина, - сказал я, показывая её Вовке и Димону.

Нам было очень интересно рассматривать Вику в этом ракурсе. А она, явно чувствуя себя не в своей тарелке, закрыла лицо руками.

​Пальцами у меня не получилось дотянуться до белеющей пилюли, и поискав что-нибудь подходящее я попросил принести из кухни ложку, которой и попытался зачерпнуть эту таблетку из тягучей водянистой жижицы, в нижнем своде Викиной пещерки. Но таблетка стала мягкой и разломившись выскользнула, оставив прозрачную слизь на ложке. Всякий раз, когда я дотрагивался ложечкой до шейки матки, кузина вздрагивала и напрягала мышцы влагалища, словно хотела вытолкнуть из себя непрошеную гостью. Наконец я подцепил и вытянул сначала одну половинку, а затем другую.

​Во время этой процедуры, сестра лежала, не проронив ни слова, всё также закрыв лицо ладонями. Загорелые бёдра покрылись испариной, а напрягшийся живот вздрагивал, как будто она беззвучно плакала, хотя слёз видно не было. 

- Ложись на диван, - сказал я ей, когда мы достаточно насмотрелись.

- Прямо так? – С плохо скрываемым раздражением, Вика показала на вагинальное зеркало. 

- Можешь вынуть, только далеко не убирай, - ответил я.

Вика облегчённо избавилась от гинекологического инструмента и, оставив его на столе, подошла к дивану. Понимая, что над ней специально издеваются, кузина подчёркнуто безразлично спросила:

- Как ложиться? На живот или на спину?

- А ты как сама хочешь? – развязно изрёк Димон.

- Как скажите, так и лягу, - резко ответила она, словно всё происходящее её не касалось. 

Безукоризненная фигура обнаженной кузины так и манила. Вика не собиралась отступать, и это только затягивало её всё дальше и дальше в омут секса по принуждению. Во всём, что сейчас происходило, присутствовал некий привкус пагубы, одурманивающий красивую самолюбивую женщину и толкающий её на безрассудные поступки. Ночь обещала выдаться интересной.

 

Глава 20. Игрушка для секса

 

 

Я включил музыку. В тишину ночного дома полилась незатейливая мелодия какой-то песенки. Сестра уже лежала задрав ноги, понуро ожидая своей участи. Сдаваться она не собиралась, видимо надеясь пройти до конца по скользкому пути сексуальной невольницы. А мы приготовились развлекаться с ней по одному, предварительно предупредив Вику о дополнительном наказании, если она не будет давать кончать глубоко в себя. Само по себе это не имело значения, но было хорошим способом вывести из равновесия эту самодовольную красотку. Нас заводило её зависимое положение, позволяющее обращаться с ней как с живой, безупречных форм, куклой. Было приятно, вот так запросто, разложить на диване длинноногую обольстительную молодую женщину, мечту любого мужчины, в обычное время недоступно строгую, и наблюдать, как она услужливо раздвигает загорелые бёдра, открывая на показ своё аккуратное, чистое лоно. Ещё приятней было по хозяйски мять ей груди, оттягивать соски, нагло лазить во влагалище и наблюдать как безмолвно бесится эта высокомерная стерва, когда мы между собой называем её блядью.​

- Долго ты ещё эту блядь тискать будешь? Не задерживай очередь, - пошутил Димон. 

​Сестра возмущенно зыркнула в его сторону и уже было хотела что-сказать, но в этот момент я резко вошел в неё. Она тихо вскрикнула и стыдливо переведя взгляд на потолок, сосредоточенно попыталась поймать мой ритм. Через минуту кузина совсем преобразилась, исчезла скованность и напряженность. Она уже полностью отдалась сексу, когда я быстро сменил позицию. Теперь стоя на коленях над чуть расплывшимися грудями сестры, я вплотную поднёс к её ярко накрашенным губам мокрый после влагалища член. От неожиданности она удивлённо смотрела на меня, словно не понимая чего от неё требуют. Понадобилось буквально силой пропихивать ей в рот свой твёрдый аргумент, чтобы сестра очухавшись начала совершать сосательные движения, глотая слюни и громко причмокивая. Наконец, красная от нехватки воздуха, Вика что-то невнятно замычала давясь глубоко заправленным членом. Не давая Вике опомниться, я грубо выдернул обслюнявленный ствол и, несколько раз повозив им по Викиному лицу, опять небрежно вторгся в нежное влагалище сестры, отчего та непроизвольно отстранилась, пытаясь сжать ноги. Пришлось посильнее обнять встревоженную старшую сестрицу, прижимая её к дивану и одновременно рывками продавливая член в отторгающее его лоно.

Вика, конечно держалась хорошо. Опять, как ни в чём не бывало, она, прикрыв глаза и постанывая, подмахивала в такт моим движениям. И когда подкатил мой оргазм, моя партнёрша встретила его погруженная в свои ощущения с чуть отрешенным выражением лица и с легкой гримасой притворного удовольствия. 

Спускать в роскошную взрослую тёлку, обвившую своими длинными ухоженными ножками твою вспотевшую спину, послушно принимающую глубоко в себя первую большую порцию спермы, ощущая трепет её упругого тела в момент извержения - это несказанное удовольствие! А если потом наблюдать, как она старательно обсасывает, только что вынутый из неё, липкий мокрый член, то удовольствие это двойное. 

Кузина, отработав подо мной, беспрекословно легла под привередливого Вовку, который сначала заставил её сходить подмыться и прополоскать рот. Но с Вовиком кузина вела себя более скованно, хотя старалась этого не показывать. Он, кусая ей соски и сжимая спелые груди руками, мерно отдолбил постанывающую сестричку и тоже разрядился глубоко в недра вагины, в завершение дав Вике вылизать своё орудие.

Я в это время залез в Интернет и не давая кузине расслабиться, нарочито громко, читал статью про женский оргазм: 

- Даже чистюли после оргазма некоторое время полностью расслаблены и не сразу бегут принимать душ. Женщины, которые регулярно испытывают оргазм, обычно не пользуются спринцеванием с целью предохранения от беременности, так как знают, что пока она будет отдыхать, время будет упущено. Современные женщины знают гораздо более эффективные контрацептивные средства. А если женщина сразу же после полового акта живо вскочила и побежала в ванную, — то, скорее всего, ее стоны были притворством. Но это пятьдесят на пятьдесят, так как страх забеременеть, если женщина заранее не предприняла мер для предохранения, может быстро активизировать ее. Однако оргазм и страх забеременеть не сочетаются. Если женщина во время полового акта не забывает о том, что сегодня есть риск забеременеть, то она, скорее всего, не сможет пережить оргазм, так как страх не даст ей возможность достигнуть нужной степени возбуждения…

Сломалась сестрица на Димоне. В финале полового акта, несмотря на предупреждение, она почему-то запаниковала и стала вырываться, не давая Димке кончить в неё. Выглядело это нелепо. Но, то ли до кузины только, что дошло, что из неё сделали безвольную подстилку, то ли Димка целовал груди слишком больно, а может и то и это, вместе взятое, в общем она выскользнула, торопливо спрыгнула с дивана и нервозно суетясь попыталась натянуть полупрозрачные трусики. Нога не попадала, кузина раздражённо бросила трусы на пол,лихорадочно схватила бюстгальтер, и вдруг испуганно замерла, видимо поняв, что сделала непростительную глупость. Все молчали, были слышны только звуки музыки и сбивчивое дыхание моей старшей сестрицы.

- Ты что себе позволяешь, шлюха? – нарушил первым молчание я. – Не хочешь трахаться, так и скажи. Тебя никто тут не держит. Можешь уматывать. Пошла вон.

Вика не отвечала, стоя потупив голову и плотно сжав бёдра. Её плоский живот вздрагивал, груди, пятнами покрасневшие от поцелуев и облапываний, помято выступали из под скрещенных рук, которыми она словно замёрзнув, обхватила себя за плечи. Через некоторое время руки непроизвольно поменяли положение и она закрыла ладонями лицо, всё также прижимая локти к грудям, а по тихим и бессвязным всхлипам, стало понятно, что наша игрушка пустила слезу. 

То, что она не убежала к себе в комнату, продолжая стоять тут голой, выслушивая гадости в свой адрес, говорило, что продолжение, скорее всего, будет. После такой групповухи, сдаваться наверное поздно, иначе какой смысл было всё это терпеть. Наконец сестра пришла в себя и опустила руки, открыв лицо с размазанной косметикой. 

- У меня могут остаться засосы, - неуверенно попыталась оправдываться она.

- Ну и что? Это не причина вскакивать, когда тобой пользуются, - укоризненно, стараясь не пережать, ответил я. – Ты понимаешь, как провинилась?

- Да конечно… У меня просто крышу сорвало, когда представила, как явлюсь с отдыха домой сзасосами на… Мой ревнивец сразу всё поймёт… Простите…  Если хотите, начнём заново… Назначьте любое наказание, я вытерплю, - виновато запричитала она. – Так случайно получилось… Не надо прогонять.   

Я даже сначала не понял, про, что она говорит. Потом до меня дошло, что Вика сама предлагает любой вид наказания, лишь бы не остаться ни с чем. Значит, сестрица на самом деле подумала, что все её труды пошли насмарку, и её сейчас прогонят, лишив возможности выкупить своим телом пикантные фотки. А она уже столько успела вытерпеть от нас. Получается, эта гордячка сама себя загоняла в тупиковую ситуацию. Ведь чем дольше кузина отдаёт себя, для издевательских развлечений, тем сложнее разорвать этот порочный круг.

Мне даже стало её немножко жалко. 

- Ты не дала кончить в себя, это очень серьёзный проступок. Надо было сначала дотрахаться, а потом попросить не оставлять засосы… И уж никак нельзя было без разрешения вставать. 

Вика заискивающе согласно кивнула, а на лице промелькнула хищная презрительная улыбка, от которой мне стало не по себе. Словно она на мгновение сдёрнула маску покорности, под которой прятались надменность и высокомерие. 

- Я же не против трахаться и всё такое, только не надо на теле следы оставлять, – елейно попросила она, поняв, что её не прогонят, и кокетливо добавила: - У меня кожа нежная, что я скажу своему молодому человеку, если он засосы увидит? У нас свадьба скоро. 

- Дура, а что ты ему скажешь, если забеременеешь? – вырвалось у Димки.

​Сестра перевела взгляд на него, недоуменно пожала плечами, и с пошловатой улыбочкой проворковала, словно растолковывала прописные истины маленькому ребёнку:

- Ничего не скажу. Сделаю по-тихому мини аборт, после навру, что голова болит и плохо себя чувствую, воздержусь от секса несколько недель и про случайную беременность он разумеетсяне узнает… А уж чем я тут занималась, под кого ложилась и с кем залетела, вообще только моё частное дело, и будущему мужу знать такое ни к чему - честно призналась моя расхрабрившаясясестрица. – Нет следов, нет подозрений. Не хватало ещё, чтобы увидев засосы он, перед свадьбой, стал меня подозревать...

- Что тогда будет, если твой будущий муженёк увидит фотки где тебя долбят во все дыры? - поинтересовался Вовка. 

Сестра зло глянула на него и дерзко ответила:

- Ну, начнём с того, что у вас нет таких фотографий. Есть только, где я в разных ракурсах позирую раздетой...

- Думаю и этого будет достаточно, чтобы свадьба точно не состоялась, - опять вступил в разговор Димон.

​Сестра прижала руки к влажным бёдрам и виновато опустила голову. Её обнаженная фигура с идеальными пропорциями тела ласкала взгляд. Было интересно наблюдать за душевными метаниями нашей взрослой постельной игрушки. С одной стороны она стремилась продемонстрировать свою выдержку и полнейшее отсутствие стыда, с другой стороны, сестрица реально опасалась огласки своих подвигов, а с третьей стороны эта красивая длинноногая гордячка прекрасно понимала, что вляпалась по самые уши и теперь не контролирует ситуацию.  

- Вик, давай мы тебе отдадим противозачаточные таблетки, а взамен ты дашь адрес электронной почты твоего парня, - задумчиво произнёс Дима провоцируя её. - Но фотки останутся у нас...

​Не успел он договорить, как сестра сделала шаг вперёд, вскинула голову и гордо, с лёгкой иронией в голосе, произнесла:

- Я, Димочка, лучше вашей шлюхой побуду и потом аборт сделаю, чем дам повод свою свадьбу сорвать. Ведь не идиотка, понимаю чего вы добиваетесь. Насилуйте сколько угодно, кончайте в меня, не разрешайте предохраняться... Я перетерплю... Развлекайтесь, как хотите, но умоляю об одном, - она слишком театрально воздела руки вверх, словно прося пощады, - как женщина, которая старше вас почти на девять лет и которая через пару месяцев выходит замуж, - кузина попыталась сделать голос жалобным, - не оставлять видимых следов от грубого секса, ну хотя бы на верхней части грудей. Как я надену платье с глубоким декольте, или открытый купальник, если будут видны засосы? Как мне перед моим мужчиной оправдываться?

​Слушая пафосные причитания сестры складывалось впечатление, что Вику заботило только сокрытие последствий своего блядства. С тем что она может залететь, кузина похоже уже смирилась и даже не упрашивала нас вернуть отобранные противозачаточные таблетки. 

- Вот стерва, - процедил Димон.

​Вика на это только хитро и бесстыже улыбнулась, подтверждая, что её фривольное поведение останется, для следующего мужа, нашей общей тайной. 

Между тем по её сжатым бёдрам потекла жижа из остатков не смытой спермы и собственных выделений. Водянистая тягучая полоска ползла прямо из вывернутых половых губ, выпирающих в просвечивающем треугольнике промежности, как растрёпанный цветок перезрелой орхидеи. Заметив это, сестра посмотрела на нас вопросительно. Теперь она опять выглядела высокомерно и самоуверенно.

- В рот, - приказал я этой шикарной длинноногой шлюхе.

​Кузина не спеша расставила стройные ноги и изящно залезла наманикюренными пальчиками себе во влагалище, раскрывая его. Сразу её ладонь обильно залило мутноватым киселём. За несколько заходов, она, неприязненно поглядывая в нашу сторону, слизала с ладони всё, что вытекло. Я даже пожалел, что не успел снять телефоном эту пошлую картину.

​Сестра так и осталась стоять, расставив ноги, ожидая дальнейших распоряжений, а я понял, что она перехватила у нас инициативу и почувствовала себя чуть ли не прощённой.

- Бери её, - подмигнул я Димону. – У неё должок перед тобой. Только руки ей привяжи, чтоб не взбрыкивала. Верёвка в чулане. И на глаза повязку… На всякий случай.

А для Вики уточнил: - С засосами сама разбирайся, меня не волнует, как ты их появление объяснять будешь и как это на твою свадьбу повлияет. Но идею ты мне хорошую подкинула. Будем за малейшую провинность вешать тебе прищепки на буфера и бёдра, чтобы следы оставались.

Дима с пониманием улыбнулся, а Вика быстро обдала меня испепеляющим взглядом, и сразу опустила голову, отчего её волосы почти скрыли недовольное строгое лицо сильно оскорблённой женщины. 

Сестре завязали глаза тонким шарфиком, найденным в гардеробе, и опять разложили на диване. Она молчала и терпела, даже когда Димон, связывал ей кисти рук верёвкой, протянутой через деревянную спинку дивана к одной из его ножек. Когда он натянул верёвку, лежащая Вика оказалась с вытянутыми над головой руками и могла только раздвигать и поднимать ноги, а большего от неё пока и не требовалось.

Когда на сестрицу залез истомившийся Дима, я достал телефон и полностью снял их возню. В этот раз, сглаживая свою оплошность, Вика с показным безразличием старательно делала вид опытной раскованной жрицы любви, которой наплевать с кем трахаться и от кого залетать. Хотя по тому, как она страдальчески морщилась, когда Димка целовал её в шею, как гневно дергала связанными руками, и мстительно фыркая, вертела головой, когда он щипал её налитые сиськи, как напряженно сжимала натёртое влагалище в финале полового акта, было видно, насколько сестрице тяжело даётся напускное спокойствие и смирение. 

После Димона, на безвольно лежащую Вику, сразу же налёг взбудораженный Вовик, и разнузданное действие повторилось. Измученная сестрица только охала, насаживаясь снизу на его толстую палку. Наконец и член Вована оросил недра Викиного влагалища семяизлиянием.

Подняв раскинутые ноги, и принимая все глубоко в себя, как ей и было велено, Вика лежала в липкой белесой луже, натекшей из переполненного лона. Но для законченной картины Викиного падения с высот недоступной чопорной красавицы, до послушной куклы для секса, ложащейся под любого по первому требованию, мне не хватало завершающего штриха. И такой штришок быстро нашёлся! Я снял, как Димка и Вовик кормят нашу секс-куклу спермой из её же влагалища. Мутную жижу Вовка зачерпывал ложкой из покрасневшей вагины сестры, а Димка вливал эту субстанцию в Викин раскрытый рот, шлёпая её по щекам и заставляя глотать. Вика опять было начала вяло вырываться, но со связанными руками это ей конечно не удалось. Хотя она видимо и не старалась, лишь только делая вид, что пытается освободиться, а на самом деле выполняя некий игровой ритуал, позволяющий ненавязчиво демонстрировать своё недовольство и возмущение. Одновременно, при этом она не забывала расторопно раскрывать рот и слизывать с губ остатки мутной жижи. Напоследок Димка собрал её тоненькими трусиками вытекшие на простыню белёсые водянистые сгустки, протёр промежность и мокрую дорожку от ануса к вывернутым, покрасневшим половым губам, а потом запихал скомканные трусы Вике в рот. Сестра, что-то мычала, вертела головой и выгибалась, театрально пытаясь вырваться, но через некоторое время затихла и бездвижно лежала с трусами во рту и повязкой на глазах.

Мне тоже вдруг до боли в яйцах приспичило внести свою лепту в этот вертеп. Только вот трахать сестрицу в использованное мокрое и скользкое влагалище уже не хотелось, слишком основательно там потрудились мои друзья.

Подложив ей под зад две толстые подушки, и прижав ноги сестры к её животу, я с нескольких заходов ввёл член в сжатый анус кузины. Она запоздало дёрнулась, истошно замычала, закрутила попкой, но я, не прекращая нажима пропихнул воспрявшее орудие на всю длину, в её тугую задницу. Сестра сразу, как по команде, прекратила показушные трепыхания и опасливо притихла.

Напористо и азартно я терзал Викин задний проход. Через несколько минут, она опять что-то забубнила сквозь трусы во рту, и попыталась вывернуться, дёргая связанными руками, но я не обратил на это внимание, продолжая шерудить в её попке, а когда закончил, и резко выдернул член из ануса, то взору открылось тёмное кольцо не успевшего сжаться сфинктера. Обмякшая Вика, часто дыша, так и осталась лежать попой на подушках, с поднятыми и широко разведёнными, как у лягушки, ногами.

Все мои действия снимал на свой телефон Дима. Который опять после меня полез на уже никак не реагирующую кузину. И откуда у него только энергия бралась, наблюдая это, недоумевал я. Мне же вообще ничего не хотелось, только полежать и отдохнуть.

Не спеша одевшись и накинув джинсовку, я вышел в прохладу ночи. Переваривая  новые полученные ощущения и находясь в некотором смятении, от произошедшего, я смотрел в освещённое окно дома словно в телевизор, отрешенно наблюдая там реальный порнографический фильм, как два парня лениво насилуют безвольно лежащую голую красивуюженщину. 

Сестрица уже даже не пыталась сопротивляться, она только иногда мотала головой и поднимала стройные загорелые ноги, на бёдрах которых виднелись многочисленные отметины от щипков, щлепков и засосных поцелуев. Как она только ещё терпела? При кажущейся свободе выбора это больше напоминало изощренный сексуальный квест, проходя который Вике не оставалось возможности прекратить издевательства над собой. Сейчас кузина зашла слишком далеко, чтобы добровольно сдаться, и это меня тревожило. Пора бы уже заканчивать этот балаган, она всё же моя двоюродная сестра.

Я постучал в окно, обращая на себя внимание. В этот момент, в Викин рот освобожденный от пропитанных слюнями и спермой трусов, всунул своего полувставшего скакуна Вовка, а Дима опять трудился во влагалище. Жестами я показал, что хватит мучить мою старшую сестрицу, и отошёл в темноту, вглядываясь в прозрачную глубину ночного звёздного неба.

Минут через десять на крыльцо вывалили полуодетые, удовлетворённые энтузиасты блуда. Восторженно переговариваясь, они сели на ступеньки. 

- … но ведь не выплюнула, - донеслось до меня.

Я подошёл и тоже сел рядом с ними.

- Это мне тоже непонятно, странно она как-то себя ведёт… - продолжая разговор, рассуждал Димка.

- Что тебе непонятно? – вклинился я в их разговор.

- Непонятно почему она трусняк свой не выплюнула. Ведь я ей просто так трусами заткнул рот. Для прикола. Она могла запросто выплюнуть…

- Не могла, - твёрдо произнёс я. – Во-первых, наказания боится, за неподчинение. Во-вторых, она сама перед собой так оправдывается, мол, кричать не получалось, когда её драли во все дыры, а руки связаны были, вот и пришлось терпеть. Так как-то…

Воцарилось долгое молчание. Уж не знаю о чём думали они, а я вспоминал, как Вика слизывала сперму с ложки и губ. И хоть выглядела сестричка при этом довольно пошловато, но самообладания не теряла, да и держалась она словно дорогая и искушенная порномодель.  

- Думаю, Серёга прав, - подбил итог Вовик. – Интересно, она долго ещё продержится?

- Теперь уже и не знаю, а так не хочется фотки стирать, - ответил задумчиво я.

- Так ты и не стирай, скажи что стёр а сам… - подсказал Димон.

- Не, я так не могу, вернее могу конечно, но не хочу. В этот раз не буду её обманывать. 

- Ну дело твоё. Зато развлекаловка отпадная, - воскликнул Димка. – Жалко завтра уже уезжать надо, не увидим, чем всё закончится.

- Я расскажу потом, - обнадёжил я погрустневшего дружка.

 

 

Глава 21. На краю бездны

 

 

​Когда мы вошли в комнату, Вика, словно в стоп кадре лежала в той же позе, как её и оставили. Выглядело это так: вытянутые, связанные над головой руки, страдальческое лицо в сперме и размазанной косметике, немного сползшая повязка на глазах, широко раздвинутые, согнутые в коленях ноги, мокрое пятно под попкой и сочащаяся из приоткрытых, растянутых половых губ, белёсая струйка, стекающая на простыню через припухший анус, из которого тоже подтекали мутные тёмные капли. Пользуясь тем, что её глаза все еще были завязаны, я достал свой телефон, и сделав музыку погромче, чтобы заглушить все звуки, сфотографировал кузину в таком виде.

​ Трахаться вообще не хотелось, ну по крайней мере мне. На сегодня, я бы сказал, план по сексу был перевыполнен! Настало самое время воспользоваться Викиным состоянием и завершить этот сексуальный праздник нашей победой над самодовольной гордячкой. Мне уже виделось, как она позорно признаёт поражение, и ругаясь на нас и на свою глупость, убегает к себе в комнату посрамлённой.

Развязав Вике руки, я освободил её, но повязку с глаз не стал снимать. Сестрица привстала и брезгливо обтёрла щёки и губы тыльной стороной ладони. 

- Всё? Я могу идти? – неестественно сдавленным голосом произнесла она отрывисто.

- Нет, не можешь. Теперь будет самое интересное, – спокойно начал я. – Бери шприц, и пока из тебя ещё не всё вытекло, набирай сперму. И не надо гримасы жалобные тут корчить. 

Она сразу всё поняла и, сдернув с глаз забрызганную повязку, чуть не расплакалась, всхлипывая от обиды и бессилия. Видимо, после всех этих постельных совокуплений, которые наша гордая длинноногая красотка вынуждена была исполнять совершенно не предохраняясь, трахаясь со всеми по очереди, Вика совсем раскисла. И хоть она стремилась скрывать от нас свои эмоции, чтобы все выглядело, как обычная эротическая забава с раздетой взрослой секс- рабыней, но получить порцию спермы себе в матку и при этом изображать полное безразличиесестрица была не готова. Скорее всего, она надеялась, что всё закончилось, ну а когда услышала про шприц, то не смогла сдержаться. Казалось, наконец-то её проняло и она вот-вот, вскочит и убежит в свою комнату. Я уже приготовился сказать, по этому поводу, что-нибудь подковыристое, но всё пошло по другому сценарию. Сестрица беззвучно попускав слёзы, теперь молча, с каменным лицом смотрела в пол, и никуда сбегать не собиралась. 

Никто этого не ожидал, и что теперь делать мы не знали. Но показывать растерянность было нельзя, и я попросил Диму принести аптечку из комнаты Вики, может вид медицинских инструментов прочистит ей мозги.

- Осеменять тебя будем как корову. Ещё не поздно сдаться или попросить перенести наказание на завтра, если боишься... - зашёл я с другого конца, давая её шанс выкрутиться.

- Да я может, уже залетела, - вспыльчиво перебила она.  

В это время Димка принёс её медицинский чемоданчик, и со словами:

- Сдавайся дура, это уже не шутки, а то и правда беременной приедешь, - открыл его перед полулежащей красной и взъерошенной Викой.

Каменное выражение на лице сменилось на презрительное. Сестра решительно протянула руку и взяла из чемоданчика запечатанный маленький шприц, выдавила его из упаковки и быстро набрала из своего растраханного лона полный одноразовый шприц бледно-прозрачного месива. Потом победно глянула на нас и достала из своего чемоданчика упакованную скрученную тонкую трубочку, ловко надела наконечник жесткой трубочки на шприц и отложила всё это в сторону. 

- Не торопись, - сказал я, поняв, что она не испугалась и теперь надо срочно придумывать другой план.

Мне на помощь пришёл Вовка. Протягивая Вике ложку, которой я доставал противозачаточную таблетку, он деловито распорядился: 

 - На вот, собирай пока... И чтобы всё проглатила, поняла шлюха?

Возмущённо дёрнувшись при слове «шлюха», кузина буквально обожгла нас долгим ненавидящим взглядом, но подавив в себе вспышку гнева, вырвала у него ложку, молча раздвинула половые губы и, помедлив, зачерпнула из раскрытого лона пузырящейся киселеобразной жижи. Брезгливо морщась, она поднесла первую порцию к открытому рту, остановившись в нерешительности. Тягучие сгустки прочертили по светлому треугольнику лобка и упругому животу полупрозрачную дорожку, капая теперь ей между затисканных, со следами свежих засосов, грудей. Понимая, как выглядит со стороны, Вика, затравленно пряча взгляд, собрала все губами. В этот момент, я, уже не скрываясь, быстро сделал снимок. Сестрица напряглась, замерла и вся побелела от негодования. Неожиданно, резко вскочив, как взбрыкнувшая кошка, она левой рукой выхватила у меня телефон.

- Зачем ты опять снимаешь? Это подло… - жалобно взвизгнула она и пугливо замолчала.

​Моя нагая взъерошенная сестрица, в этот момент, стала похожа на разозлённую девятиклассницу, которой хулиганы, у всех на глазах, задрали юбку. Эта взрослая, хорошо сложенная, обольстительная женщина, сейчас понуро стояла не зная, что делать дальше, робко спрятав левую руку за спину, а в правой, словно обороняясь, продолжая держать перед собой ложку, которую только, что облизывала. Почувствовав видимо, что из неё опять начинает вытекать, она инстинктивно прижала ладонь с ложкой к лону, и стиснула бёдра. Вид получился нелепый, но очень распутный. Обнаженная, вымотанная сексом, стройная красотка, безвольно стоящая, с зажатой между безупречных длинных ног ладонью, из которой выглядывала измазанная спермой ложка. Увидев, приближающегося Вовку, она встрепенулась и суетливо тряхнув грудями, отступила на шаг, не отнимая руки от лона. 

​Я дал ей немного угомониться и мягко проговорил:

- Прекрати истерику. Отдай мобильник и заткнись. А то, в конце концов, мне начинает надоедать твоё постоянное нытьё. 

- А эти фотографии? – недоверчиво спросила она, всё ещё пряча за спиной мой телефон.

- Тебе-то какая уже разница? Целку тут строит из себя, - ответил за меня Димка.

Вика и так уже поняла, что опять совершила глупость и теперь должна подчиниться. Для видимости потянув ещё время, она нехотя вернула мне телефон.

- И чего она хотела? - ехидно спросил Вовка, на самом деле ни к кому не обращаясь.

- Наверное, чтобы её по полной программе осеменили, - предложил неугомонный Димон.

- Да уж. Теперь она точно нарвалась. Надо наказывать, - подтвердил Вовка, вопросительно глядя на меня.

В это время Вика обхватив себя руками, словно ей было холодно, стояла плотно сжав ноги. Понимая, что если сейчас не наказать сестру, то она поймёт, что её просто пугали, и не будет в дальнейшем всерьёз воспринимать мои слова, я согласно закивал. Сестра всхлипнула, и кажется побледнела ещё больше.

- Ложись, - коротко скомандовал я и включил камеру телефона.

​Метнув в меня возмущенный взгляд и явно преодолевая внутреннее сопротивление, она стыдливо подошла к столу и спиной легла на него, привычно задрав раскинутые ноги.

Дальнейшее происходило, как в дурном медицинском фильме. Димон, не обращая внимания на Викины мольбы быть с ней не таким грубым, очень глубоко пропихнул ей во влагалище вагинальное зеркало, и с усилием, широко раздвинул створки, так, что прозрачный пластик прогнулся, а сестра застонала от боли. Потом, подставив настольную лампу, Вовка пинцетом из аптечки, с нескольких попыток ввёл кончик тонкой трубки, от того шприца со спермой, в ровное отверстие на обнажённой выпуклости дна Викиного лона, и основательно заправив трубочку, резко выдавил содержимое шприца прямо в матку, приглушённо вскрикнувшей от этого, сестры. 

Я больше смотрел на экран, чем на реально происходящее. Поэтому, продолжал снимать, как расплакалась кузина, схватившись за низ живота.

- Ну как, записал? – взбудораженно зашептал Димка.

И только в этот момент я понял, что наказание нашей секс-игрушки закончено, и сестрица уже получила порцию спермы себе в матку.

- А чего она ревёт, - со страхом спросил я, убирая телефон и чувствуя накатывающийся внутренний холодок.  

- Больно наверное, а может обидно… Или то и другое… Какая разница? – ответил подумав Димон.

​Вика продолжала содрогаться и всхлипывать, повернувшись на бок и прижав ноги к животу. Выглядела она измученной и подавленной. Мы ждали. Постепенно всхлипы становились реже, и кузина прекратив пускать слёзы, болезненно морщась, приподнялась и села на край стола, по прежнему держась ладонями за низ живота.

- Какие же вы сволочи, - неожиданно спокойно и уверенно произнесла она хриплым неприязненным голосом не глядя на нас. 

- Что? – удивившись такой дерзости Вовка.

- Во даёт, шалава, - вырвалось восторженно у Димки.

- Ну хватит уже. Пошли лучше чай пить, - отозвался я, облегчённо вздохнув.

Пока мы не спеша пили чай, голая Вика, установленная на всеобщее обозрение посреди комнаты, опустив голову, размазывала руками по плоскому животу и узким загорелым бедрам вытекающие из неё остатки спермы. Следы бурного секса просматривались даже на её растрепанных волосах. Подавляя естественный стыд, от такого обращения с собой, она невозмутимо выдержала и это испытание.

- Долго мне еще так стоять? - вызывающе произнесла Вика, как будто не мы только, что издевались над ней, а она над нами.

Было понятно, что она подбадривает саму себя, как бы демонстрируя свое пренебрежение к тому, как с ней обращаются. 

Чтобы позлить сестрицу, мы специально принялись обсуждать, прямо при ней, периодически смотря на нее и оценивая реакцию, как наиболее позорнее и обиднее попользоваться нашей порномоделью завтра, чтобы до конца раскрыть её женские способности. Димон даже предложил трахнуть нашу испытуемую сразу втроем, а перед этим, в качестве развлечения, основательно разработать бутылкой её дырочки. Эта затея точно не пришлась кузине по вкусу. Наградив его долгим мстительным взглядом, она, повернула голову к окну, оставив нас в уверенности, что метод воздействия выбран правильно.

​Наконец, этот спектакль надоел, и мы отпустили нашу использованную игрушку, а сами разбрелись спать. Я ещё долго слышал, стук тонких каблучков её босоножек, сначала по ступенькам крыльца, когда моя взъерошенная кузина бежала подмываться, а потом в её комнате.

 

Глава 22. Горько-сладкое послевкусие

 

​Проспали мы почти до одиннадцати. На улице уже стояло безветренное пекло, когда мы только усаживались завтракать. Вика, стараясь не пересекаться с нами, поджав губы, собиралась на речку. 

- Во сколько электричка? – сонно спросил я Вовку.

- Около пяти, что-то, - пробурчал он мне в ответ.

- Не охота уезжать, тебе то хорошо… - поддержал разговор Дима, бросив скарбёзный взгляд на мою сестрицу, выходящую в этот момент из своей комнаты.

- Тогда не тяните время, доедайте и пошли купаться, - взбодрил я их.

Мы быстренько поели и покидав посуду в мойку пошли к реке, в тенистые заросли кустов и берёз. Вика, задержалась дома, а когда я позвал её с нами то ничего не ответила, тем самым лишний раз выказав своё неудовольствие, вчерашней беспардонной групповухой.

Течение сносило к противно цепляющимся за ноги водорослям, что не мешало гоняться друг за другом, брызгаясь и окатывая водой. В тишине крики и смех разносились далеко, заглушая гудящее стрекотание кузнечиков.  

​Вскоре подошла и кузина, и долго натирала себя кремом, демонстративно не замечая никого вокруг. Выглядела она строго и неприступно. Спустя некоторое время, сестрица, степенно зашла в воду подальше от нас, специально игнорируя наше присутствие. 

Набултыхавшись вдоволь, мы расположились на берегу перекинуться в картишки. Погода располагала к хорошему настроению. Карты быстро надоели и каждый занялся чем-то своим. Я с Димоном  рассматривал новые автомобили в журнале, а Вовик, от нечего делать, вырезал из толстого бруска эдакую пародийную членягу, время от времени показывая свое творение нам. Кроме приступов смеха это ничего не вызывало. Вскоре Вика тоже заметила деревянный член, и сразу отвернулась, а потом суетливо засобиралась домой.  Гордо подняв подбородок и расправив плечи, она не спеша, прошла мимо, но, не отойдя даже на десять шагов, вернулась. 

- Надеюсь, до обеда, я не нужна? - спросила она с гонором, - Хочу спокойно почитать.

- Когда понадобятся твои услуги, позовем. Кстати, приготовь жирный крем и линейку, - ответил за всех Вова.

- Это еще зачем, - заволновалась Вика.

- Будешь примерять вот этот размер.

Вован протянул деревянный фаллос, разозленной Вике, но она его не взяла.

- Ты рада? – заботливо поинтересовался он.  

- Очень, - изображая улыбку, сквозь зубы прошипела сестра.

- Вот и умница. Ты же любишь когда тебя прут во все дыры? Не слышу ответа? – продолжал издеваться Вовик.

Вика сразу покраснела и чуть не влепила ему пощечину, даже руку уже занесла, но стерпела.

- Да, - еле выдавила она.  

- А давай её прямо тут… - азартно предложил Димка.

Вика от неожиданности округлила глаза и сбивчиво зашептала:

- Увидят же, не надо… Давайте домой пойдём… Там удобней… Прекратите…

​Но Вовка уже стягивал с неё купальник. Оставшись раздетой, она присела, прижавшись спиной к берёзе и попыталась прикрыть ладонями свою наготу, но словно, что-то вспомнив,сразу быстро вскочила, вытянулась в струнку, резко отдёрнула руки и виновато опустила взгляд.

- Простите… Кто будет первый? – услужливо спросила она, смирившись, что придётся трахаться прямо на берегу.

Первым стал Димон, долго обрабатывая стоящую широко расставив ноги Вику, которая прогнулась обхватив, для устойчивости, ствол берёзы руками. Сестра, наученная вчерашним опытом, теперь спокойно позировала, когда я крупным планом снимал входящий в нее член, который, как поршень, выдавливал из влагалища липкую смазку. Когда же Дима наконец кончил, она с облегчением встала на колени, зная, что теперь надо всего лишь поработать ртом.  Смущенно озираясь по сторонам, она взяла в рот только, что побывавшее в ней мягкое разряженное орудие, покрытое слоем тягучей спермы, и облизав с брезгливым отвращением вытерла скользкие подтёки на губах. Проделав это много раз вчера с завязанными глазами, теперь она оглядевшись понимала, как выглядит со стороны, хотя даже и сейчас надменнопоглядывая в нашу сторону, пыталась показать, что не испытывает комплексов и неловкости относительно того, чем с ней занимаются последние пару дней. 

Пропустив по кругу послушно раздвигающую ноги Вику, мы довольные рассматривали получившиеся после этого, откровенно порнушные, снимки. Спросив разрешение, Вика оделась и ушла домой, а мы остались и ещё долго лежали в тенёчке берёз, играя в картишки, а когда очухались время было уже около четырёх. Пора было собираться.

Вовка суетился дома, собирая разбросанные вещи, а Дима сидел со мной на крыльце всем своим видом сожалея, что надо уезжать. Наконец все вещи были собраны и друзья спешно стали прощаться, чтобы успеть на поезд. 

​Вика, в своём коротеньком халатике-пеньюаре, тоже вышла проводить, и даже непринуждённо простилась, сдержанно поцеловав Вовика, а потом Димку в щёчку. Создавалось впечатление, что она на них не сердится, хотя некий затаённый осадок, скрываемый кукольной улыбкой, проглядывал, когда она щурясь смотрела вслед удаляющимся фигурам. 

- Какие будут указания? - холодно промолвила она, когда мы остались одни. Теперь она сталапрежней амбициозной и высокомерной, хотя и пыталась скрыть это, под маской покорности.

- Да никаких пока, - ответил любезно я, и подмигнул ей, - хочешь перепихнуться?

Она неопределённо пожала плечами. 

- Как скажешь…

Трахались не спеша, долго и молча. Когда я кончил в сестру, она не проронив ни слова, просунула ладони между ног, накрыв ими истекающее спермой лоно и отвернулась к стенке. Уходя я слышал как она тихо рыдала. Полчаса спустя, Вика торопливо сбегала в душ и, накинув пеньюар, села читать книгу в своей комнате.

Ещё раз пять, я, как хозяин, приходил к ней в этот день. Сестрица спокойно вставала, откладывала книгу, ничего не говоря раздевалась, и с дежурной услужливостью хорошо вышколенной бляди, принципиально не снимая своих открытых босоножек, ложилась в кровать трахаться. Сначала мы обычно продолжительно целовались, при этом Вика всячески избегала поцелуев в губы, а если такие случайно получалось, всегда вздрагивала и поворачивала голову так, чтобы наши губы больше не могли соприкоснуться. Спускаясь ниже, я мял и лизал её налитые натуральные сиськи, покрывал поцелуями плоский живот и лобок, а когда дело доходило до секса, сестрица болезненно морщась, сама норовила ввести мой член себе во влагалище. К чести искушённой в любовных играх кузины, её ухоженное лоно всегда было подготовлено к проникновению, ведь тюбик с каким то прозрачным кремом постоянно находился под подушкой. Неуловимым движением, голая сестрица, извлекала оттуда тюбик, быстро выдавливала чуток крема на ладонь и нежно вводя в себя мой детородный орган, одновременно смазывала его и вход во влагалище, отчего воспрявший конец моментально проскакивал глубоко в её тёплые недра. А потом начинался акт стремительного совокупления. Старшая сестрица, прикрыв глаза, вертелась на моём члене, будто заведённая. Трах получался хороший, качественный, но слишком механический. По сути это и был всего лишь телесный контакт, без любви и душевной близости, где от шикарной обнаженной женщины требовалось лишь заученное умение страстно придаваться сексу. Временами Вика напоминала дорогую пластиковую куклу, настолько застывшим и равнодушным было её красивое лицо. Создавалось впечатление, что чувства и эмоции сестра сознательно отключала, целиком сосредотачиваясь только на оказании сексуальных услуг.

С мастерством истинной проститутки, знающей толк в ублажении мужской похоти, Вика, профессионально подмахивая, и умело сжимая мышцы вагины, буквально вынуждала, в скором времени, кончить внутрь себя. Но когда моя сперма попадала в неё, кузина сбрасывала маску показного безразличия, сникала и замирала, бросая на меня тревожные взгляды. На сестрицу, по окончании секса, словно накатывало чувство жгучей вины, или она никак не могла унять свой протестный стресс от невозможности предохраняться, точно не знаю, но она теряла выдержку, раскисала и отрешенно дожидалась моего ухода, а оставшись одна, беззвучно ревела, уткнувшись в подушку. Эта взрослая обольстительная женщина, вытерпевшая наказания и сексуальные унижения, сейчас элементарно не справлялась с нахлынувшими чувствами, когда осталась один на один с саднящей совестью. 

Однако, ведя голую сестру в следующий раз трахаться, я наблюдал, как бледная Вика снова превращалась в бездушную длинноногую блядь, с полнейшим отсутствием стыда за свои поступки. Каждый её новый трах проходил с чересчур показным рвением и притворным пренебрежением к возможной беременности, словно энергия секса подпитывала сестру изнутри, помогая переступать через своё, многократно изнасилованное за эти дни, женское достоинство.

В зависимости от позы, сестра, почувствовав первые толчки моего семяизвержения, до упора надвигалась на выстреливающий сперму ствол и кусая губы, терпеливо ждала, когда я полностью спущу, в самую глубину её гостеприимного влагалища, очередную порцию залётной жижи. Ощущая Викино, тщательно маскируемое недовольство, я специально не торопился вынимать своего утомлённого скакуна из начинающей нервничать сестры, продолжая млеть от приятной теплоты и обволакивающей мягкости её вагины. Моя циничная неторопливость, скорее всего, бесила кузину, я опять чувствовал как прерывисто сокращаются стенки её узкого влагалища, лёгкими толчками выдавливая надоедливого гостя. Спустя какое-то время моё опавшее достоинство вываливалось из затопленной спермой пещеры раздраженной сестры, и тогда я заставлял эту самолюбивую красотку сосать перемазанный член, пока мне не надоедало слушать слюнявые причмокивания. При этом, как было положено по правилам, сестре приходилось удержать разжиженную сперму в себе, прикрывая ладонями раскрытые половые губы и облизывая мокрые пальцы. Случалось, что сперма случайно выливалась из под ладоней на пол или кровать, и тогда сестрица, виновато косясь в мою сторону, отрывалась от сосания члена и брезгливо слизывала всё пролитое, до единой капли. 

Особенно мне нравилось ставить, только что оттраханную, голую старшую сестру посреди комнаты и наблюдать как жижа из её влагалища, тягуче капая с отвисших срамных губ, мутными струйками стекает по восхитительным бёдрам, этой замершей куклы. Потом она нехотя широко раздвигала стройные ноги и собрав фужером загустевшие подтёки, одним глотком выпивала это, противное на вид, пойло. В конечном итоге мне наскучивало так развлекаться с Викой и я её отпускал. Кидая на меня презрительный взгляд, растрёпанная, обозлённая сестрица, мелкими шажками, сжимая бёдра убегала в душ, громко цокая высокими каблуками. А после сдержанно ревела в своей комнате, словно её силой затащили в постель и грязно лишили девственности перед свадьбой. Отчасти конечно так и было, если не брать в расчёт, что она уже давно не девочка и к тому же сама согласилась стать игрушкой для пикантных сексуальных забав. 

И тем не менее, Вика старательно демонстрировала идеальное подчинение, невзирая на слезливые приступы депрессии и явно плохое настроение. Так продолжалось до самого позднего вечера.

За весь день, много и самозабвенно трахаясь со мной, сестрица не выпрашивала противозачаточные таблетки и не возмущалась, когда я кончал в неё, как это было в начале испытания. Она совершенно ни как не отреагировала, даже когда я, для разнообразия, захотел поиметь её в попу прямо на кухонном столе. Кузина, сразу поняв чего я от неё хочу, предупредительно задрала ноги и с безразличным спокойствием оттрахалась в задницу. Затем победно взглянув на меня, всё так же без малейших эмоций опустила ноги, виляя попой сползла со стола и неторопливо присев, втянула в рот блестящий от смазки член, монотонно заскользив по нему накрашенными губами. А уже через минуту, кокетливо подтерев салфеткой губы и попу, опять призывно раздвинула холёные ноги, словно приглашая войти в неё ещё разок. 

С нашего первого полового акта старшая сестра сильно изменилась. Сейчас Вика жила сексом и не могла остановиться. С помощью него, моя гордая кузина доказывала окружающим свою взрослость и мнимое бесстыдство. Насильный секс подавлял в ней естественный женский страх забеременеть. Моя взрослая сестрица целенаправлено создавала себе репутацию опытной и ничего не стесняющейся современной женщины, которая запросто переспит с любым, если этого требуют обстоятельства. Но как только эту самолюбивую красотку оставляли в покое, в ней просыпалось подобие угрызения совести. Сестра начинала понимать, что перед свадьбой, по собственной глупости, превратилась в шлюху, для экстремальных любовных развлечений. Это понимание изводило её, портило настроение, заставляло паниковать и выжигало до слёз...

По крайней мере так я объяснил себе поведение старшей сестрицы. И похоже это соответствовало действительности. 

Спали мы вместе в обнимку, как настоящие любовники. Я так устал за этот день, что уснул не вынимая член из старшей сестры. А ночью у неё сильно разболелся живот и поднялась температура. И утром следующего дня мы срочно покидав вещи в багажник, уехали с дачи в город.

На этом можно бы было и закончить. В дороге Вика серьёзно поинтересовалась, полностью ли я доволен сексом с ней и есть ли у меня претензии. Я сказал, что доволен и претензий нет - трахалась она хорошо. Тогда она извинилась, за наш досрочный отъезд и стеснительно напомнив про уговор, попросила уничтожить всё, что наснимал за эти дни. Фотографии и видео я прямо при ней стёр, когда мы ехали в машине, поклявшись, что больше копий у меня нет. На этот раз я почти не соврал.

 

Сестра позвонила мне в конце августа. Говорила она ровно, дружелюбно, без всплесков неприязни, словно докладывая, что с ней произошло за последнее время. Оказывается, через неделю после приезда, она попала в больницу и пролежала там полмесяца с воспалением придатков. Но перед этим разошлась со своим перспективным бойфрендом, потому, что он обнаружил засосы и устроил жуткий скандал, чуть не избив её. Этот эпизод Вика особенно долго смаковала, в деталях рассказывая, как ругалась и выгоняла этого ревнивого идиота. Любви, судя по всему, она к нему не испытывала, просто хотела выгодно выйти замуж, чтобы уехать в Канаду. Теперь она опять не занята и находится в поиске, так и выразилась.

По словам Вики, на даче она всё же тогда залетела. В больнице, уже перед выпиской она узнала про беременность, и тут уж ничего не оставалось, как делать аборт. Никакой обиды и сожаления в её словах не слышалось, наоборот присутствовала лёгкая самоирония. Она даже пошутила про абортную ромашку на интимном месте и съязвила, что с такой ромашкой ей точно будет прямая дорога в публичный дом. Возможно, упоминания про беременность и аборт, были хитрым обманом, чтобы уколоть мою совесть и вызвать чувство вины, но выспрашивать я ничего не стал. Сестрица, в конце разговора, вдруг доверительно сообщила мне, что теперь стала постоянно принимать гормональные противозачаточные таблетки и слегка замявшись, пригласила в гости.

Вот такие странные дела. Я обещал прийти…

 

 

​                                  ​​​​​​ Zalon  2016

 

Об авторе

Zalon Zalon

Ttt, Rrr

Оставить комментарий

Наши партнеры

Меню

  • Главная
  • Реклама на сайте
  • О нас
  • Пользовательское соглашение

  • Яндекс.Метрика

©2018 Все права защищены. Эроградстори - Эротический сайт.
Программист Gor Abrahamyan